Мелодия что так греет его уши
Существуют различные классификации степеней ожогов, однако для оказания первой помощи проще разделить ожоги на поверхностные и глубокие. Но для Луизы поверхностные, это тоже самое что любой ожог на ее коже, без разницы какой стадии. Но вот глубокий ожог, это уже то что не всегда можно излечить. Нельзя поменять сердце на другое если на нем появляются ожоги, можно только ждать, пока они сами не излечатся, это то чем она занимается со своих восемнадцати лет — лечит ожоги на своем хрупком сердце. Сколько же ожогов принесло то кольцо что так жжется на ее безымянном пальце, поверхностные и глубокие. За свою жизнь она не разу не любила, но знала и ждала этого чувства которое по словам других приходит как искра. Эта искра приходит к ней тогда когда ее нежные, тонкие пальцы касаются смычком струн на скрипке. Лишь одно слово брак, приводит Луизу в сильную паническую атаку. Каждую ночь ей снилось как она подписывала брачный контракт, как его руки касались ее светлого нежного лица, как ее закапывали заживо...
После чего она решила избежать страшных снов и перестала совсем спать! Ей это не как не мешало больше, не кто ее не трогает и не будет, возможно....
Возможно
Возможно
Возможно
ВОЗМОЖНО
ВОЗМОЖНО
ВОЗМОЖНО — крутилось слово на кончике ее языка каждую проклятую секунду. «Возможно, когда ты умрешь мы снова встретимся, Фрейде Фридлин... ты больше не будешь вырываться из моих объятий и мы сможем жить так как Я всегда мечтал»
Проклятая... я проклятая, вот что сделал со мной этот брак по расчету - думала Луиза, отнюдь, ее настоящее имя было Фрейде Фридлин.
Между тем как Луиза думала что же будет делать дальше, на верхушке Отеля где была башенка с Радио станцией, в полной темноте и страха, на бордовом кресле сидел Аластор. В руках он вертел тот бланк что оставила скрипачка для Чарли. Он не был уверен в том, открывать ему этот листок или нет.
- подскажи-ка мой друг, с каких пор меня заинтересовала она? - он оперся головой об руку и лишь взглядом посмотрел на стену. На стене, где было тусклое свечение красного неба появилась тень что так была похожа на Радио-Демона. Она материализовала в руках теневую скрипку и начала беззвучно играть.
- Эх, возможно ты и прав... ничего так не расслабляет как ее игра на черной скрипке. Такая изящная и интересная музыка... - скрипка вдруг испарилась из рук тени и та склонила вопросительно голову, к сожалению ее метод общения понимал только этот Демон что сидит сейчас на красном кресле и вертел в руках свернутый бланк.
- Думаю, Чарли уже обыскалась... наверное так и ищет этот листок, надо бы отдать. - после чего он аскарид свою улыбку - хахаха, но мы этого делать не станем, мы подождем, пока настанет нужный момент. Это будет как подарок мне самому - он встал с кресла, поправил галстук-бабочку и исчез в темной густой дымке.
Каннибализм достаточно странная херня, на столько что даже отвратительная для многих кто хоть как то знает подробности. Когда животное поедает себе подобного, а еще хуже когда это человек. Именно из за того что бывают каннибалы в Аду, для них сделали отдельное место, которое огораживалось высоким железным забором поверх которого была толстая железная проволока. В это жуткое место был только один вход который так же был закрыт высокой железной дверью. За высокими железными воротами доносился жуткий, вонючий запах мертвечины. Конечно же там до сих пор происходят кровавые побои, но им не когда не сравнится с тем что произошло в 1933 году, когда туда пришел странный Демон что говорил как сломанное Радио которое так и хотелось хорошенько стукнуть что бы лучше работало. Но не в этом суть, так вот, не далеко от этого места находилось красивое здание что было задекорировано под готический стиль. Сюда приходили только те демоны, у которых было излишне много денег. Да, да, вам не послышалось ~излишне много денег~ , а все для того что бы слушать красивую живую музыку самых разных и известных композиторов. Концертный зал был огромен, покрыт золотом и работами художников у которых явно руки росли от куда надо. Сейчас было уже поздно, но в зале продолжалась тонкая игра на струнном инструменте что так грело уши.
«Ох Паганини, твой 24 каприз будет самым ярким в руках этой кудрявой особы»
- я достаточно услышал - донесся голос сверху с Бельэтажа. - я понял что вы хорошо играете на скрипке, но вы понимаете что тут играют только музыкальные гении. Вы что то сами создавали? - вдруг послышался еще один голос, который девушка узнала раньше чем кто либо мог.
- Федор, я вовремя? - голос незнакомца был ярким и четким как и должен был быть по его характеру.
- Аластор? Рад видеть тебя, мой друг! - продолжил Директор этого зала - да вот, провожу собеседование с одной одаренной особой, присядь, послушай! Я не как не могу придумать что бы ей сыграть... знаешь, такое что бы она прямо сейчас придумала - Аластор посмотрел на сцену, где виднелись кудрявые волосы и черная скрипка
- Ох, это же Луиза! Она работает сейчас в Отель Хазбин психологом. Ну и подавленный проект, хо хо хоу - Аластор сел на сиденье, его лица не было видно Луизе, но она чувствовала как его взгляд плыл по ее волосам и телу.
- Хм, придумал - вскрикнул Федор - раз вы знакомы, сыграй мне тогда его характер! Если сыграешь мне его характер и у меня пойдут мурашки , то тогда я занесу твое имя и давай, допустим будешь приходить сюда каждый вечер по пятницам! - Директор сел в предвкушении. Луиза усмехнулась и встала в позу. С ее струн начала звучать острая и резкая игра, отрывистыми звуками была музыка. То сверху звучит стаккато, то снизу легато. Саркастически звучала мелодия, даже больше ироническая, колючая, ядовито-насмешливо,, едко и сатирически.
Аластор сначала оскалился на столь деку мелодию в его сторону, но потом осознал, что она играет лишь ту сторону, где Аластор чувствует власть и свое превосходство. После части А пошла часть Б, где звучала грустная мелодия, но она была похожа на что то, что он слышал когда ему было шесть лет. Он убедился что Федор не смотрит на него, его улыбка все спадала и спадала, но вдруг Яркая и саркастичная мелодия снова вернулась и не дала ему даже и опомнится как музыка закончилась.