Часть 9. Снова здравствуйте, глава Цзян.
...«С уважением Лань Цижень.»
Ну, БЛЯТЬ, за что..?!
Не успеешь покончить с одной проблемой, как тут же вылезает боком другая, а ты этого даже не поймёшь…
***
На улицу уже стали опускаться сумерки , а он то и дело что смотрел то на письмо, то на адепта. Ну шок у человека, что тут поделаешь? Уехал он значит с Гу Су несколько дней назад, а там уже их глава и очнулся, и улыбнулся(...и ебанулся), и поел, и поспал... И память потерял! Ну бывает... Ёб его мать!
Нет это...
ту дей! Бля... Кто не со мной, тот проклятый гуй, нахуй! Ситуация из разряда — полной пиздец, треш и хуета́!!!
Нет, ну где ж так нужно ебануться, чтобы память потерять?! Вот это тотальный пиздец!
Ну и спросите вы — а что теперь делать? А хуй его знает... Бухать наверное! Хотя нет — думать полезнее, хотя бы для печени.
Сейчас бы собрать свиту: адептов, лекаря и ещё дохрена всего и всех, но... Но он так за-е-бал-ся!!! Так что пусть все идёт к чертовой матери — ему как-то фиолетово, знаете ли.
И такое поведение у него не зря...
***
Ёб ту дей! Бля... Кто не со мной, тот проклятый гуй, нахуй! Ситуация из разряда — полной пиздец, треш и хуета́!!!
Нет, ну где ж так нужно ебануться, чтобы память потерять?! Вот это тотальный пиздец!
Ну и спросите вы — а что теперь делать? А хуй его знает... Бухать наверное! Хотя нет — думать полезнее, хотя бы для печени.
Сейчас бы собрать свиту: адептов, лекаря и ещё дохрена всего и всех, но... Но он так за-е-бал-ся!!! Так что пусть все идёт к чертовой матери — ему как-то фиолетово, знаете ли.
И такое поведение у него не зря...
***
Утро в Пристани как всегда «прекрасно». Солнце светит, птички поют, адепты купаются, а он... А он сидит в своем кабинете и работает.
Воистину работы хоть отбавляй, на троих с головой хватит! Здесь и отчёты, и цифры, кто сколько взял, кто сколько дал, и письма, в особенности много от главы Яо, аж целых пять... Он там что, историю своего клана переписал?! Так что можно даже не читать, а сразу спалить, чтоб глаза не мозолило. Так он просидел где-то до обеда, а дальше его желудок начал напоминать о себе. Надо бы что-нибудь съесть, а то так и помереть недолго.
Понял. Принял. Стал. Обернулся. И пошел. Пришел он так удачно, слуги только начали накрывать на стол. От запаха еды, внутри все скрутило. Он чуть слюной не давился. Когда же с едой было покончено, пришло время идти и работать дальше.
Когда он вышел, не успел и глазом моргнуть, как в него кто-то врезался. И конечно это, никто иной как его «дорогой» племянник собственной персоной. Последний был весь мокрый, то ли вспотел, то ли куда-то опять вляпался, а ещё запыхавшийся будто бы бежал от Гу Су к Юньмену на своих двух не останавливаясь.
— Д-дядя... — заикаясь, кое-как сказал парень в золотых одеждах, — Там это..!
— Что опять случилось? — проворчал Цзян Чэн, — И куда ты... вляпался? Или снова что-то учудил?!
— Да ничего я не чудил..! — недовольно сказал А-Лин, — Пока я летел сюда, кое что заметил... В лесах на западе отсюда, появилась какая-то тварь, большая и зелёная! Так что я решил сразу же сказать тебе...
А вот тут Цзян Чэн насторожилсь. Если он прав... То нужно поспешить. Он быстрым шагом добраться до поля, где тренировались адепты, выбрал пять лучших и отправился в западный лес.
***
Спустя каких-то двадцать минут, он был на месте. Вокруг возникла странная атмосфера. И странная она была не просто так. Во-первых всюду отчётливо ощущалась тёмная энергией и вперемешку с ней что-то ещё. Во-вторых было очень тихо, обычно в лесах бывало очень шумно. Оглушающая тишина резала уши и заставляла насторожиться.
За его спиной стояли ещё пять адептов. Он обернулся чтобы проверить все ли на месте, но...
— Блять, куда они делись?! — пробубнил Цзян Чэн, когда обернувшись, обнаружил что на месте остался лишь один из пяти (кажется он всегда был один, но сейчас не про это), а на траве растекалось несколько лужиц крови.
По спине пробежал табун мерзких мурашок, а внутри все скрутило в тугой узел, да так сильно что хотелось кричать. Но в горле встал ком, который не позволил ему даже пискнуть. Может это и к лучшему. Почему то страх накрыл его огромной волной, и ему до пиздеца стало страшно. Подождите... Страшно? Не хотелось слушать даже собственные мысли и без того голова кругом. В какой то момент он осознал что это может быть его последняя ночная охота. Просто что-то выйдет из-за дерева и всё... А он понимал, что не сможет ничего сделать, он дышит то тут кое-как, как же здесь отреагируешь и убежишь? Давно он не ощущал такой беспомощности, аж плакать хочется. Но он все не мог понять, почему это с ним происходит...
А происходило это все из-за тёмной энергии, которая его окутывала, словно кокон, со всех сторон. Тварь которая здесь находится — оказалась высшего ранга, а именно — это Демон Кровопролития! Эта тварь владеет некой техникой — «Расширение территории*». Это воистину коварная техника, это как поставить огромный купол на территории и достигать он может довольно больших размеров. Все кто туда попадают, никогда не выбирались оттуда живыми, это как попасть в паутину паука будучи мелкой мушкой, назад путей нет, только вперёд... Прямо на тот свет.
Но говорят что кому-то да и удалось выбраться. Видите ли, изнутри купол практически невозможно пробить, надо быть как минимум Богом, чтобы расколоть эту непробиваемую стену, но... Но у каждой сильной техники всегда будет какой-то нюанс. Изнутри невозможно выбраться, так как стены очень прочные, а снаружи как раз таки нет — достаточно будет несколько заклинаний и барьер треснет, как скарлупа, но для этого надо найти якорь и уничтожить его, что в принципе не составит большого труда.
Но вот только он здесь один и ему некому помочь. А пока кто-то что-то да сделает, будет уже слишком поздно.
А Цзян Чэн даже не представляет насколько он сильно влип, да по сами уши. Его сейчас занимали совсем другие мысли, от которых хотелось рвать и кусать всё. Его буквально разрывало изнутри на мелкие кусочки, ещё немного и голова лопнет. Он будто находился в каком-то трансе и...
— Кто здесь?! — хотел сказать Ваньинь, но слова застряли где-то глубоко в горле. Перед ним появились то, чего он теперь точно боялся. У твари было четыре глаза, шесть рук, огромная пасть, а ростом она достигала до метров двух-трёх. Рывок и тварь перед глазами... Удар в живот. Хлынула кровь. Потемнело в глазах и тварь стала медленно приближаться к своей добычи. Потом яркий свет и громкий крик. Голос до боли знакомый.
Цзян Чэн!!!
Цзян Чэн, Цзян Чэн, Цзян Чэн...
***
Где он?!
На том свете?
Не похоже, но...
Додумать он не смог, резкая боль в животе заставила забыть всё. Было невыносимо больно, хотелось кричать, плакать... И может даже Умереть. За что же ему это все..? Боль прошивала всё его тело, словно иголка, любые, даже маленькие движения приносили дикий дискомфорт. В глаза будто бы засыпали пару цзиней мокрого песка, так что затею открыть их он бросил.
И снова резкая боль накатила мучительной волной, из-за этого его тело содрогнулось, практически принимая сидячие положение. Но вдруг Цзян Чэн почувствовал как пара сильных рук уложили его обратно. Захотелось закричать от невыносимой боли, а заодно и беспомощности, но вырвался лишь слабый стон, горло пересохло и стало напоминать пустыню Гоби. Такое чувство что он всё то время кричал не останавливаясь.
Снова чудовищная волна боли, плюс головокружение и пересохшее горло сделали своё дело. Не выдержав острой боли, глава Цзян провалился в беспамятство.
В следующий раз он очнулся от того, что в него вливали горькое и отвратительное лекарство. Он закашлялся, приподняв руку, чтобы прикрыть рот.
От неприятных ощущений он окончательно проснулся. Его горло дьявольски болело, чуть ли не разрывало, рана внизу живота постоянно беспокоила его. Когда резкая боль пронзила все тело, он не выдержав, закричал во весь голос. Горло за это ему спасибо точно не скажет. Внутри все та же сухость, дико хотелось пить.
«Дайте же мне сп...»
Закончить свою мысль он не смог, все в его нутро вывернулось на изнанку. И все же он предпринял попытку что-то бормотать, наплевав на адскую боль в горле:
— Молю... — хрипло сказал Цзян Чэн еле вороча языком, — Умоляю, прошу убейте... Убейте меня!
Слёзы текли его по щекам ручьём, не останавливаясь. Он кричал и стонал от боли что разрывала его изнутри, больше он не мог этого терпеть. Трепыхаясь в агонии, он отключился. Желая не просыпаться больше. Никогда!
***
Цзян Чэн проснулся и это было... странно? Он больше не чувствовал боли в животе, разве что ссаднило горло. В принципе неудивительно, он ведь кричал сутками напролет.
Его тело все ещё было слабо после лихорадки, но не настолько что бы снова отключиться. Он решил на пробу немного пошевелиться, хотя бы рукой. Ну что ж у него это получилось. Хотя и стоило титанических усилий.
Спустя несколько минут, он услышал приглушённые голоса. Результат его размышлений — кто это может быть, привёл его к ответу, но увы не самому утешительному.
По его подсчетам это был никто иной как — Вэй Усянь. Его «любимый братец» с которыми он в свои юные годы разъебал половину поднебесной. Но Усянь наверное зашёл ещё дальше и отправился на небеса доставать своих праотцов... О, простите небожителей! Тьфу! Ну это же Вэй Усянь, единственная и неподражаемая — скотина, причем во всех смыслах этого слова.
Если бы меня попросили его описать, то это выглядило так (можете кинуть в меня тапком):
Коротко о Вэй Усяне — Дед инсайд.
—Предводитель всей хуйни;
— И швец, и жнец, и на дуде дудец;
— Живой щитпост;
—То что он живой — заслуга его спринтерских способностей, и в частности мужа, который вытянул его из полного пиздеца, а заодно — и с того света.
— Заноза в заднице всего древнего Китая;
—Би-катастрофа!
И всё же он был рад его услышать, наверное впервые в жизни. А ещё почему-то Ваньиню кажется что там присутствовал ещё его муженёк. Ну да конечно. Кто же ещё? Лань Ху... То есть Глава клана Лань? Хм... Это спорный вариант.
Конечно же что этот идиот не отходит от своего мужа — главной ледышки ордена Гусу Лань! Вряд ли Усяню хватило мозгов на что-то разумное. Но больше всего его интересовало то — откуда же они здесь взялись? И как нашли его?
Послышались неторопливые шаги, но все же достаточно громкие чтобы понять, что за конь к нему скачет.
Надо хотя бы попытаться открыть глаза, чтобы показать что он проснулся. Говорить было явно плохой затеей.
Тогда Усянь подошёл к его ложу он попытался приоткрыть глаза, но получилось не очень. Вэй Ин увидев что веки у Цзян Чэна мелко дрожали, понял что тот наверное не спал, ну или ему кошмары снились.
Но когда Чэн, приложив огромные усилия, все же приоткрыл глаза и посмотрел на него из полуопущенных век, Усянь тихо зашептал:
— Ц-цзян Чэн... ты проснулся, — радостно начал Усянь, слёзы стояли в уголках его глаз, — Как же я рад!
В порыве эмоций Вэй Ин не сдержался и обнял Цзян Чэна. Кажись не совсем рассчитал силу, потому что перекошенное лицо Ваньиня, говорило само за себя.
— Придурок! Полегче, я и так одной ногой в могиле, — с наигранным возмущением, прохрипел Цзян Чэн. Усянь тут же быстро, но аккуратно отпустил его, положив на ложе обратно.
— Я рад тебя видеть ши... Цзян Чэн, — снова проговорил Вэй, и на этот раз, уже аккуратно обнял Чэна.
— Я тоже рад, — едва шевелил языком, продолжил, — Я должен извиниться...
— Нет! Не должен! Это я должен извиниться.... Прости! Я тебя оставил, отвернулся и ушел. Прости! Прости! Прос...
— Заткнись! Ты идиот?
—...да, я идиот.
— Ну тогда знай, что на идиотов обиду не держат... Я скучал!
— А-Чэн, какой же ты милый! — расплылся в счастливой улыбке, эта зараза, Усянь.
— Закройся! Лучше скажи мне вот что: как вы меня нашли? Где я? И почему я все ещё жив?!
Усянь начал рассказывать что недалеко от сюда у них было задание, избавиться от одной высокоуровневого демона (да тот самый демон с которым столкнулся Цзян Чэн). Когда они подошли поближе, то барьер уже был замкнут, что означало — внутри кто-то уже был! Когда барьер уничтожели, они ворвались внутрь, спустя несколько минут они услышали странные хрипы и последовали туда, откуда они исходили. Там они нашли главу Цзян, которого опутала тьма, словно кокон. Не успели они толком подойти, как живот Ваньиня был пробит насквозь, прямо у них на глазах. Спустя время они сразили ту тварь, потому что у них был особый талисман Гу Су, после чего забрали Чэна в ближайшую пещеру, а там встретили Хулиза, который им помог вылечить ранения Цзян Чэна. Но что именно делал здесь лис не спрашивали, и без того было ясно.
— ... после чего он ушёл и оставил целебные травы для тебя, — закончил свой рассказ Усянь.
— Ясно. Сколько я провалялся без сознания?
— Три дня. Через час можем выдвигается...
***
Вечер. Два часа назад он вернулся в Пристань Лотоса, после произошедшего на охоте. Завтра он собирается отправиться в орден Гу Су Лань, хотя он должен был там быть ещё дней пять назад, но увы как-то не склеилось.
А сегодня он опять за работой. И когда же она закончится? Ну хорошо что половина уже выполнена, но вторую кажись не суждено закончить, так как в его кабинет, словно тайфун, ворвался племянник.
Он подорвался с места, и уже было хотел отругать его, но...
— Не делай так больше! — бросился к нему Цзинь Лин и заключил в крепкие объятия, — Не пугай меня так...
— Прости... Я.. я не хотел, — сменил гнев на милость, Цзян Чэн обнял своего племянника, которого опять довел до слёз. Плечи А-Лина мелко треслись, а ревел он уже во всю. Ваньинь начал гладить его по спине, а носом уткнулся в его макушку, — Тшш... все хватит. Я здесь и стою перед тобой.
— А если бы ты умер? Ч-что бы я делал..?!
— Я не умру. И никогда не оставлю тебя, А-Лин.
— Обещаешь?
—Обещаю.
Сколько они так стояли, Бог разве что знает. Когда Цзян Чэн почувствовал, что ноги племянника уже не держали, подхватил его на руки. Сильно перенервничав за своего дядю, А-Лин моментально отрубился в теплых объятиях. Цзян Чэн отнёс его на свою кровать, после чего сам лёг возле него и обнял, как в детстве, когда его Цзинь Лин был совсем маленьким.
***
Утро настало слишком быстро, Цзян Чэн проснулся первым и обнаружил что лежит в обнимку со своими племянником, который ещё дрых. Он аккуратно выбрался из постели чтобы не разбудить Цзинь Лина, оделся, написал небольшую записку и направился к главным воротам Пристани, так как уже нужно было отправляться.
Путь к Гу Су был не очень долгим, так как они спешили. Кроме главы Цзян с ним за компанию был ещё целитель и несколько его адептов. Подлетев к воротам Гу Су Лань, их уже ждали, потому что Цзян Чэн все же успел отправить срочное письмо учителю Ланю.
Их ждали Лань Сычжуй и Лань Цзинъи, они быстро поприветствовали собравшихся и впустили их внутрь через барьер. Как только они оказались внутри, сразу же направились в покои главы ордена Лань.
Цзян Чэн постукак несколько раз, после чего услышал одобрительное...
— Входите, — сказал Лань Ванцзи.
Цзян Чэн и целитель вошли внутрь, а за ними Сычжуй и Цзинъи. Все взгляды были прикованы к ним.
— Сичень, у тебя нет аппетита? — спросить Цижень у главы Лань.
— Нет, дядюшка, просто... Как можно есть эту дрянь? — ответил Хуань.
Блять, его лицо!!! Вы бы видели перекошенное лицо учителя Ланя. Кажись он впал в ступор, точно не ожидая такого крутого поворота событий. А Цзян Чэн и Вэй Ин...
— Ахахахха, Цзян Чэн ты, ахаха... это слышал?! — едва проговорил Усянь, уже во всю ржал и катался по полу. У Цзян Чэна не было столько бесстыдства, но все же ноги его не держали.
У остальных же было лицо камнем, не зная плакать им или смеяться.
— Рад что вы прибыли, глава ордена Цзян, — откашлявшись, поприветствовал Ваньиня Цижень.
— Здравствуйте учитель Лань, — ответил Чэн, когда отошёл от приступа смеха, после чего покосился на Сичэня, который во всю его рассматривал.
— Что?! — не выдержал Цзян Чэн. Но тот улыбнулся и выдал:
— Снова здравствуйте, глава одрена Цзян, — сказал Лань Хуань, после опустил глаза в пол и задумался. Спустя минуту он поднял взгляд на Цзяна и сказал, — Хм... Как же я мог забыть такое красивое лицо?