Крипипаста. Последняя Битва.

- Мама, мама посмотри! - Девчонка быстро бежала по мокрой, от росы, траве и в руках ее ярко выделялся цветок. - Посмотри, правда красиво? - Она подбежала к женщина и осторожно села на коленки, отдавая цветок.

- Да, Елена, очень красиво, - женщина улыбнулась довольно искренне, а после посмотрела в сторону озера, - таких цветов очень много, моя дорогая. Каждый красив по своему, в каждом из таких цветов есть своя тайна, история. Они могут хранить много интересных вещей и может о многом сказать.

Девчонка с любопытством и слегка приоткрыв рот взглянула на цветок. Ее мама все так же смотрела на водную гладь озера, на берегу которого рыбачили ее муж и сын.

- Запомни это, моя дорогая, - она с чистой лаской и любовью посмотрела на свою дочку и тепло улыбнулась.

- А о чем тебе говорит этот цветок? - Елена протянула красный бутон в нежный руки мамы.

- Это мак, он еще совсем молодой, не опытный, скорее всего бутон распустился совсем недавно, - она убрала прядь волос с лица девочки и закрепила это все цветком, - но ему не суждено уже набраться этого опыта и увидеть хотя бы завтрашний рассвет. Поэтому пусть сыграет свою последнюю роль, украсив собой твои волосы.

На пару секунд наступила тишина, такая спокойная и приятная, что захотелось спать. Мама с дочерью, подобно солнцу и его первому лучу, светились от счастья.

- Поймал! - Звонкий и еще мальчишеский голос растворили идиллию. - Папа, смотри! Я поймал первую рыбу!

Парнишка прыгал так, что вокруг него отлетали капли грязи и воды. Его радости не было предела, а глаза сияли ярче звезд на ночном небе.

- Адам, ничего себе! - Маленькая Елена встала с колен и побежала к брату и папе. - Дай, дай мне посмотреть.

Она босыми ногами звонко прыгнула в воду, в попытках дотянуться до добычи своего брата, но не могла. Он был выше ее, чем всегда пользовался, задирая младшую.

- Сынок, ты молодец, - отец подошел к нему и потрепал по голове, он так же как и все расплылся в теплой улыбке, - это только начало, вот увидишь. Ты поймаешь столько рыбы, что никто унести не сможет.

- Дай мне посмотреть, - платье девчонки намокло и затрудняло ее прыжки, но она не оставляла попыток добраться до, блестящей на солнце, рыбы.

- Еще чего, - Адам ловко перекинул рыбу в другую руку и ухмыльнулся, - ты мелкая, да и к тому же девчонка.

- Адам, не задирай сестру, - мама строго, но с теплом и заботой взглянула на своего сына.

- Но мама, - пока он искал оправдание, Елена уверенно и без лишних движений вырвала добычу и отбежала на пару метров от брата, - эй, отдай! Это мое!

Взрослые только смеялись и с интересом наблюдали за спором своих детей. Погода была благосклонна к ним в этот день. Солнце уже спускалось за горизонт и все в округе окрасилось в малиновые тона.

Спустя некоторое время, все мокрые и обиженные друг на друга, дети вышли из воды, угрюмо сдвинув брови к переносице и сложив руки на груди.

- Что случилось? - Озадаченно спросил отец.

Взрослые на столько погрузились в свои разговоры, что даже не обращали внимания на сына и дочку.

- Она упустила мою рыбу! - Адам толкнул сестру в бок.

- А ты меня в воду толкнул, а если бы я захлебнулась? - Елена посмотрела на него и надула губы еще сильнее.

- Ну и хорошо было бы! - Почти крича мальчик сделал шаг в сторону сестры.

- Адам! - В голос сказали родители с далеко неодобрительным взглядом. - Так нельзя поступать, сынок, - продолжил отец, - Елена - твоя сестра, ты - ее брат. Вы наша с мамой гордость, понимаешь? - Он протянул руку к сыну и тот послушно подошел. - Ты старший брат, а это значит, что именно ты опора своей сестры. Настанет время и ты поймешь, какого это - заступаться из чистой любви к ней. А ты Елена впредь не балуйся так и не вредничай. Договорились?

- Да, - ответила Елена, а ее брат просто кивнул и уже по другому посмотрел на нее.

- Нужно собираться, - женщина поправила платье и встала с пледа, - скоро стемнеет и придется ехать в темноте.

- Да, ваша мама права, - он взглянул на Елену и достал из рюкзака сухое и чисто платье, - переоденься, дорогая. Вся вымокла.

Малышка убежала в сторону машины, пока родители собирали все вещи. Солнце словно последние угли в костре, догорело и окончательно скрылось за горами, оставляя лишь малую часть света. Природа начала погружать в сон. Время словно остановилось, но в то же время бежало с невероятной скоростью. Тени от деревьев пропали, цветы закрыли свои бутоны, а вода превратилась в абсолютно ровное полотно. Наступила тишина.

- Елена, Адам, - мама ласково позвала детей, а те послушно прыгнули на заднее сидение автомобиля.

Захлопнулась дверь машины и заверещал двигатель. Не хотелось оставлять такое райское место, ведь в городе даже такой красивый закат умирает в высоких бетонных строениях, суматохе, работе и простым нежеланием любоваться красотами, которые дает нам природа.

- Мама, - Елена потерла глаза маленькой, совсем детской, ручкой, - я хочу спать.

- Поспи, дорогая, - женщина достала плед и передала его девчонке, та сразу же укрылась им и закрыла глазки, - а ты, Адам? Дорого предстоит долгая, можешь тоже поспать.

Мальчишка даже не ответил. Он положил голову на окно и так же закрыл глаза. Отец, который сейчас отвечал за жизнь своих детей и жены, находясь за рулем, посмотрел на Елену и ее брата через зеркало заднего вида, а после выехал на главную дорогу.

- Я считаю, что мы прекрасно провели этот день, да, дорогая? - Мужчина положил руку поверх руки жены.

- Да, конечно, - улыбка была фальшивая, натянутая, но она старалась не подавать виду, что это так, - это был хороший день. Елена с Адамом за долгое время наконец то поиграли. С тех пор как тепло в семье почти пропало, они тоже не горели желанием общаться друг с другом. Сегодняшний день - это уже успех.

- Я думаю, это успех не только в их отношениях, верно? - Он хотел сплести их пальцы, но женская рука не поддавалась. - Грейс?

- Все в порядке, - ее лицо стало мрачным и убийственно напряженным.

- Грейс, ты же...

- Нет, не надо, - наконец она и вовсе убрала его руку со своей, - я слышала миллионы раз эти твои "Грейс, я не то, я не это, это не моя вина" и так далее. Ты понимаешь все прекрасно, Рик, я не могу простить измену. Я пытаюсь, но не могу. Может мне потребуется еще больше времени, чем уже прошло.

- Слушай, я устал, - челюсть мужчины напряглась, - да, я не без греха. Я не отрицал этого и все то, что было с этой, - его глаза забегали по всему лобовому стеклу словно в поисках подсказки и какой то помощи в этом диалоге, - в общем, все что было с ней - это просто, - глаза вновь забегали, - просто интрижка. Я люблю и всегда любил только тебя, пойми это Грейс.

- Интрижка? - Голубые и до этого светившиеся от радости за детей, глаза заблестели от подступающих слез, - Интрижка, Рик? - Голос стал чуть громче. - Эта "интрижка" может стоить тебе семьи. Нашей, мать твою, семьи! - Удар в плечо. - Семьи, которую мы строили годами, ты решил разрушить какой то "интрижкой"?! - Первая слеза потекла по белой коже, стекла до подбородка и упала на платье, мгновенно впитавшись.

- Вот именно, - Рик даже не посмотрел в сторону жены, - "которую мы строили годами" - процитировал он, сделав ударение на слове "мы", - та позволишь, что бы я все это разрушил? Скажи мне, любимая, ты это допустишь? Или ты хочешь развод? Оставить Елену и Адама одних? - Мужчина выгнул бровь и требовательно посмотрел на Грейс, без капли сочувствия.

- Какой же ты подонок, - она опять ударила его в плечо, но уже сильнее, - они никогда не останутся одни. Никогда, понял? У них всегда была и буду я. А ты уже разрушил нашу семью. Тебе и дела нету до наших детей, а до меня и подавно.

- Это не так, - мужская рука поднялась и остановилась у виска, массируя его круговыми движениями.

- Да? Что ты сделал, когда узнал, что у нас будет двойня? - Грейс сложила руки на груди и облокотилась на спинку сидения. - Ты сказал: "Как на счет аборта? Еще же ведь не поздно, да?"

- Потому что я знал, что двойню ты не родишь, - звук был шипящим, слова проходили сквозь зубы и было видно как мужчина злиться, - роды Адама чего стоили, а тут двойня.

- Нет, Рик. Ты даже Елену не хотел. Когда врачи сказали, что есть возможность родить двоих, о, дорогой, - нервный смешок вырвался сам по себе, - видел бы ты свое лицо, - еще одни, но более четкий смех, - ты как будто призрака увидел.

- Не неси чушь, Грейс.

- А когда я все же родила, - глаза метнулись на мирно спящих детей и вернулись на мужское лицо, - ты заставил меня отказаться от Эйви. Заставил, зная, что она не выживет без материнского молока. Но, слава всем Богам, Елену ты оставил, а я теперь каждый день живу с мыслью, что я, своими руками, подписала смертный приговор своему же ребенку.

Наступила тишина. Елена тихо сопела, Адам был занят тем же. Обиженные друг на друга и прекрасно понимающие, что брак вот вот рухнет, все еще муж с женой сидели молча. Каждый из них думал о своем. Каждый молчал и считал себя правым.

На лице Грейс не было эмоций. Она больше не плакала, не злилась. Ей было никак. Единственное, что она чувствовала в те минуты - боль, обиду и горечь измены. Но не показывала. Как же ей хотелось забыть все, оставить эти мысли и чувства где то далеко, за пределами ее жизни. Спрятать их там, где никто и никогда не найдет, не заставит вспомнить. Но такого места не было, а потому она молча прятала их в себе. Хранила, как верная собака, а они ее сжирали каждую секунду до костей. Бедная, измученная горем, она искала силы что бы жить дальше во всем. В каждом дне, вещи, что окружала ее, и находила. Она находила эти силы в своих детях. Только они были рядом из чистых побуждений - любви к ней. Это была единственная искренняя любовь, которая ее окружала.

Рик не мог сказать ни слова. Он только мельком поглядывал на детей через зеркало заднего вида и периодически томно, тяжело, словно в последний раз, вздыхал.

- Прости меня, - грубый голос разрезал тишину как лезвие самого острого ножа, - я дурак и последний урод. Я не должен был этого делать. Мне искренне жаль, что Эйви не член нашей семьи, - он оторвал взгляд от дороги и снова взял руку жены, тем самым заставив посмотреть на него, - я тогда не думал ни о чем. Мне было не так интересна семейная жизнь, ведь тогда появлялся свой бизнес. Я все время отдавал в него и не обращал ни на что внимания, - слова звучали искренне, но все же было в них что то предательское и не вызывающее доверия, - я считал, что если родится ребенок, то все. Прощай бизнес и все остальное, - он все так же смотрел в глаза Грейс, - я подумал, что одного ребенка еще можно выдержать, а потом ты сказала, что двойня и...

Яркий свет ударил по глазам обеих. Заскрипели тормоза, послышался громкий вопль, не понятно чей именно. Скрежет металла о металл, осколки стекла мигом посыпались на землю и в салон машины, что то задымилось, сработала подушка безопасности. Машина, а в след за ней и другая, полетели в овраг с криками и грохотом.

- Елена! - Только это и успела выкрикнуть женщина.

Удар. В глаза яркая вспышка. Еще удар. Темнота. Послышались чьи то голоса. Открыть глаза было равносильно невозможному, выходящему за рамки возможного, но у Грейс получилось. Какие то люди ходят вокруг машины. Свет фонарика в лицо и вопрос: "Мисс? Мисс, вы меня слышите?" - последнее, что услышала Грейс.

Дальше воспоминания отрывками. Врачи, свет, кровь, крик, какие то капельницы и уколы. Звуки дефибриллятора. А потом снова темнота. Долгая и безмолвная темнота.

- Мисс, - доктор махала рукой перед лицом, - вы меня слышите?

- Где я? - Грейс открыла глаза и через туман в глазах, попыталась рассмотреть лицо доктора. - Елена? Адам? Где мои дети? - Она начала подниматься на локтях, но тело безумно болело.

- Успокойтесь, - доктор руками показала ей, что бояться нечего, - мое имя Лори, вам нельзя пока что вставать и вообще предпринимать какие либо действия связанные с физической активностью.

- Где мои дети? - Вопрос прозвучал немного грубо.

- Адам находится под наблюдением в палате, - в ушах зазвенело, а в глазах все стало расплываться, - а Елена находится в реанимации... - что говорила доктор дальше - Грейс уже не слышала.

- Они выживут? - В висках начало пульсировать, а свой голос она слышала как будто из под воды.

- Понимаете... - девушка посмотрела на какие то бумаги.

- Ответь мне, мои дети будут жить? - Контролировать себя было сложно. - С ними все будет в порядке?

- Адам - да, у него не значительные повреждения, так как он был пристегнут ремнем безопасности, а вот ваша дочь - Елена... - она посмотрела на больную, - она находилась на заднем сидении не пристегнутой и получила в разы больше и серьезнее травм. Она находится в реанимации и...

От таких новостей рассудок окончательно покинул Грейс, как и силы. Она закрыла глаза и моментально погрузилась в состояние сна.