Библиотека послесмертных некрологов. Том 1

– Сейчас нажми сюда и телефон заработает. 

Филори слабо кивнула и нажала на кнопку ″Далее″. На экране высветились статичные обои, иконки приложений и большой виджет с часами. Час назад напарницы решили сходить за телефоном для Филори, чтобы у той была связь на случай, если Терсу будет работать или уходить куда-то. Ну или наоборот. Кто это предложил? 

***

Открыть глаза было сложно. Прям как в первые разы после недельных ночных смен, где нельзя лечь и поспать хотя бы пару минуток. Горло будто сжимало от чего-то, но притронуться она не рискнула. В четвертый раз Ситерессу не переживёт этих ощущений. 

Аккуратно поднявшись, Терсу посмотрела в первую очередь на подушки – их стало больше. Две стояли около стены, не давая макушке в случае чего удариться, а другие две были просто хорошо взбиты. Терсу потёрла третий глаз. «Филори услышала и прибежала помочь…» – устало вздохнула апостолиса. Скинув с себя одеяло, Терсу не спеша направилась на первый этаж. Спускаясь по лестнице, апостолиса зашипела от когтей на плече.

– Чара, твою то мать… – не смотря на слова, Терсу дала кошке понюхать себя, а уже потом почесала под подбородком. Чара фыркнула, но «Снизошла Её Величество до простого люда». Терсу заглянула на кухню, где Филори развешивала содержание в кружке. Не произнесла апостолиса и звука, как напарница повернулась и бросила переживающий взгляд с бровями "домиком". «Опять… Не хочу начинать привыкать к этому взгляду» – Терсу посмотрела на пол.

– Доброе утро. Ты как себя чувствуешь? 

– Лучше намного, – Терсу всё-таки зашла на кухню, подходя к столешнице. – Спасибо… что положила на кровать. 

Филори, на первый взгляд, спокойно кивнула.

– Да не за что… – ответила Филори и Терсу тихо цокнула. «Не за что… Есть за что! Как Лин, звёзды свидетели! Мгм... Или мне уже кажется… Вчера она рассуждала, как Лин. Вспомнила и почти сложила детали» – ложка выскользнула из пальцев, упав на пол. Филори подняла её, сполоснула и отдала обратно, а Терсу растеряно кивнула. Продолжая размешивать кофе, апостолиса думала о вчерашнем приходе асфанов. «Если Филори что-то вычудит, то мало не покажется…» – Филори же сидела за столом и гладила рядом сидевшую Чару. Быстро они привыкли друг к другу. – «…». «Если она будет в беде, то нужно хоть какое-то средство связи».

– Сходим тебе за телефоном сегодня. Сейчас неизвестно, что будет и нужно быть на связи. – стараясь как можно спокойнее, сказала Терсу.

– Оу… – слегка удивилась Демулин. – Хорошо? 

***

Терсу выдохнула. После настройки телефона апостолиса планировала пойти к архивистам, поискать некрологи и сделать их копии для исследования. «Хоть наводящих и нет, но если есть некролог Есении, то возможно можно будет что-то да узнать». Терсу откинулась на спинку дивана.

– Ты сможешь его настроить без меня? 

– М? Вполне. Тут не так много отличий от того телефона, что был у меня при жизни, – с вопросительной инстанцией проговорила Филори, а после добавила: – Странно говорить подобное сочетание… 

Терсу ничего не ответила на это. 

– Я тогда в замок, поищу документы. Телефон дать нужно… – Терсу подошла к тумбочке и порывшись в одном из ящиков нашла бумажку с ручкой. Записав свой номер, Терсу положила бумагу рядом с напарницей, а сама направилась к выходу.

– Хорошо. Удачи! – чуть бодрее сказала Филори. Терсу чуть улыбнулась.

Путь в замок не занял много времени. Зайдя к архивистам, Терсу обозначила на какое имя ищет некролог. Перебирать пришлось много книг. Приходилось открывать каждую страничку, чтобы вникнуть в историю человека и понять, тот самый это некролог или нет. Архивистка, помогающая Терсу, тоже проглядывала некрологи. Только у неё глаза не болели так сильно, как у Ситерессу за столь долгое чтение. Не удивительно, ведь им – архивистам – приходится работать с тонной некрологов каждый день. Взгляд намётан. Перебирав всю бумажную волокиту, Терсу нахмурилась.

– Прошу прощения, апостолиса Ситерессу. Здесь нет того, что Вы ищите. Думаете, очередной некролог утерян?

– Трудно сказать. Есения – нечисть, а значит не факт, что некролог был доставлен в архив, – Терсу тяжело вздохнула. – Но проверить стоило. Давайте уберём весь этот бардак.

На наведение чистоты на рабочем месте много времени не понадобилось.  Архивистка позвала на помочь коллегу и только благодаря этому некрологи отправились на места в течении двух часов. Терсу вышла измотанной. «Никогда не притронусь к архиву больше…» – думала Терсу, понимая, что ей ещё потребуется зайти в архив за другими некрологами по ходу расследования. Выйдя к главной площади, апостолиса присела на скамейку. «Но некролог Есении должен быть где-то. Вряд-ли она его забирала. Валяется на какой-то точке? Нет, опасно», – Терсу закинула ногу на ногу и облокотилась локтем о колено. – «Тогда где он может быть?».

Даже при свете солнца сцена выглядела мёртвой. Души проходили мимо неё и только маленькие дети интересовались ею, пытаясь иногда залезть на неё. Терсу с раздражением сжала свою щёку. «Обратиться к ним?». Цокнув, апостолиса уставилась себе в ноги. «Обращусь и что? Подвергну их лишней опасности. Иоко ещё и переволнуется, если узнает. Хотя эти двое наверняка единственные кто контактировал с Есенией помимо Катарсиса».

– Ой блять… – Терсу провела пальцами по всей длине волос. Поднявшись, она направилась в сторону кафе. Как только Терсу переступила порог, Нэя радостно улыбнулась.

– Тирамису! Как обычно? – пролепетала Нэя.

– Здравствуй, – Терсу через силу улыбнулась. – Нет. Я сегодня за пирожными или другим любым сладким. Что у тебя есть? Только без орехов.

Нэя недолго смотрела на Терсу, а после тихо вздохнула.

– Иди сюда. Есть конфеты из горького шоколада, пирожные с черничной и клубничной начинкой. Мм… Есть ещё конфеты с ромом. Ты ведь к Со и Хелен идёшь?

Терсу

слабо кивнула.

– Ага.

– Тогда это то, что может им понравится. Упаковать?

– Всего понемногу. Сколько с меня?

Терсу оплатила. Нэя упаковала конфеты в целлофановые пакетики, а пирожные в коробочку без каких-либо надписей. Терсу вскинула брови в удивлении.

– Держи! – Нэя передала пакет апостолисе. – Но, Терсу, могу попросить об дружеской услуге?

– Да?

– Не говори, что покупала у меня. Они тогда есть их не будут.

Собиравшись уже уходить, Терсу замерла, а после медленно обернулась на хозяйку заведения. Нэя вроде и ответила на созревший вопрос, но теперь появился новый.

– Почему не будут есть?

– Конкуренция, – быстро и чётко ответила Нэя. – Просто Хелен такой человек… Она не любит дешевизну. А ты и сама видишь, что моё кафе хоть и пользуется спросом, но цены небольшие.

– Ты права в чём-то… – растянула Терсу. Спустя небольшое молчание, апостолиса поджала губы. – Я пошла, а то дел много. Спасибо!

– Хорошего дня! – Нэя помахала и широко улыбнулась.

Терсу последний раз взглянула на сцену и направилась к бутику. В предыдущие разы шагая по этой улице, Терсу ощущала такое спокойствие в теле, что сложно во всех подробностях его описать. Апостолису всегда ждали в бутике, как члена семьи. Обнимали и пригревали. У Терсу время от времени складывалось ощущение, что со всеми с кем она была знакома до недавних пор являлись её семьёй. Открытые, понимающие и прикрывающие ей спину. Но всё началось трескаться так же неожиданно, как и начиналось. Теперь Терсу шла по улице так, будто облака вот-вот рассеются и этот мир исчезнет. От этих мыслей бросало в дрожь, глаза теряли чёткость. Терсу быстро вытерла влагу. «Я не хочу так… Я не хочу потерять эту жизнь, даже не вспомнив прежнюю. Принимать это теперь сложно, но и отрицать же нельзя» – Терсу посмотрела на пакет. – «Я боюсь потерять и их тоже. Они ведь и себя защищали. Я же ведь тоже бы так сделала, если на кону стояла жизнь близкого человека. Могу ли я злиться на Акане и Сина?». Пакет зашуршал. Терсу сжала ручки, впившись ногтями себе в кожу. «Нет… Они сами не знали, как правильно поступить. Даже с Даром Небес далеко не уйдёшь. В особенности, когда вы известные личности. Я им помогать должна, а не призирать. Наверное так будет правильно». Терсу остановилась, прижав обе ладони к глазам. Порой апостолиса не удивлялась отметине в виде слезы на щеке. Эти два года прожившие в Поднебесье, Терсу много плакала. Видимо это отметина отсылала на то,  что при жизни Ситерессу была той ещё плаксой. Апостолиса не могла до конца удостовериться в этом, но все мысли ли сводились именно к этой теории. «Не хочу терять их... Не хочу!». Утирая слёзы, Терсу замедлила шаг. Идти оставалось много, но казалось, что, застревая в своих мыслях, дорога пронесётся мимо глаз.

Вскоре Терсу потирала красные глаза, а  когда уже подошла к бутику покраснение, к счастью, прошло. Переступив порог под звон колокольчика, Терсу оглядела помещение. Не так много людей, человек 10, но даже с их глаз Терсу хотела скрыться. Выпрямив плечи, апостолиса пошла в служебную комнату. Хелен заметила подругу, улыбнулась ей, но подойти не смогла. Была занята клиентом. Терсу кивнула и зашла за дверь. Служебная комната представляла собой столик, удобные диваны, на одном из которых Терсу уснула когда-то. После ночной смены Лин должна была заглянуть к Хелен, а Терсу в тот момент работала в паре с подругой. Лин довольно долго беседовала с Хелен, а Терсу упала на диванчик и не заметила, как провалилась в сон. Тогда они остались ночевать у Хелен.

Сейчас на этих диванчиках сидели три кошки и один кот. Два из которых сидели с не скрытым напряжением. Хвост Акане сразу обвил её ногу, а Син вжался в диван, нервно дёргая хвостом. Терсу закрыла дверь.

– Я думала вы сегодня репетируете, если честно, – как обычно начала диалог Терсу.

– Мы решили сегодня передохнуть, – спокойно ответила Иоко. – А ты сегодня не работаешь? Бодрая довольно.

Терсу по-доброму хмыкнула. Подойдя к столику, апостолиса начала распаковывать пакет. Два пакетика конфет и пирожные.

– Я взяла на себя заботу о новой душе. Кто-то же должен помочь ей с домом. Смотрите, здесь просто шоколадные конфеты, здесь с ромом, а здесь, – Терсу указала на коробки. – Пирожные с черникой, а тут с клубникой. Я их не пробовала, но должны быть вкусными.

– Терсу, всё хорошо? – спросила Иоко.

Ситерессу подняла взгляд на старшую Со.

– Н-да? – протянула Терсу.

– Обычно ты не говоришь так много, – уточнила Иоко. Терсу ощутила, как уголок губ предательски дёрнулся. В горле что-то застряло, мешая нормально вздохнуть. Иоко всегда внимательна. – Мы можем как-то помочь?

Терсу метнула взгляд на близнецов из-за чего появилось ощущение, что глаза краснеют, но уже не от слёз. Акане сжала диван, словно не боится, а наоборот готова оттолкнутся и побежать к Терсу в любой момент. Навострившиеся уши тому подтверждение. Ноги Сина были направлены в сторону уборной: там обычно хранилась аптечка, тряпки и которые можно было использовать для прикладывания к телу. Терсу еле держалась на ногах, прокручивая на языке слова. В глазах темнело, дышать становилось всё сложнее. Собрав последние мысли, апостолиса отвела взгляд в пол.

– Мне нужна помощь Сина и Акане! – выпалила Терсу. – Мне… Это очень важно.

Акане аккуратно подошла к Терсу, придерживая её за плечи. Хвост Акане был низко опущен. Проведя Терсу до диванчика, Акане помогла ей сесть, а после приземлилась сама. Приняв полулежащее положение, Акане аккуратно наклонила Терсу к тебе, а та и не была против. Айдолка обняла апостолису, гладя её по голове. «Она… мурчит?» – задумалась Терсу, когда её ухом приложили рядом с шеей. На спину легла рука Иоко. Она начала нежно поглаживать Терсу по спине. Апостолиса замерла, вслушиваясь то в тишину, то в тихое мурчание, то в ощущения. На глазах собирались капли слёз, готовые вот-вот потечь. Син уже стоял около небольшой столешницы и вскоре принёс на столик пять кружек с чаем и сахарницу. Хотелось закрыть глаза руками и извиняться, извиняться и извиняться. За что? За тот холод, недоверие, осторожность, даже если они были обоснованы. Терсу хотела спросить: «Вы не злитесь?», но как она такое спросить при Иоко? Иоко ничего не знает. И не должна знать. Либо стоит подождать или же вывести близнецов. Терсу ощутила, как диван сзади чуть прогнулся, а позже стал пуст.

– Поговорите. Я пойду к Хелен, – холодно выговорила Иоко. Обернувшись, Терсу с облегчением и лёгкой тревогой проследила, что Иоко вышла из комнаты. Да, Иоко научилась справляться со своими эмоциями, чтобы Проклятье Небес не действовало, но порой Терсу было очень жаль подругу. Она не могла прочувствовать всё.

В комнате воцарилась тишина. Видимо, пора начать разговор.