Глава 16. Белая кошка к добру не приведёт
Ситерессу покрутила в руках кружку. Она всё ещё думала о своём приступе истерики, о том, как оказалась на полу, а потом сидела в объятьях напарницы. «Это было так странно». Терсу непроизвольно прижала плечи к себе, отпивая чай. «Голова болит... И то, как она напротив стояла…», – Терсу перевела взгляд на руки Филори, выше она не решилась. – «Что это было? Это так странно…». В момент резкой боли перед Терсу всплыла картинка, как кадр из фильма. Апостол не могла вспомнить всё в мельчайших деталях. Только и помнила, как какая-та девушка стояла перед ней, но вместо того, чтобы тянуть руки, та прижала их к себе и… взгляд. В ту секунду Терсу ощутила на себе не уверенный и встревоженный взгляд Филори, а чей-то обеспокоенный и непонимающий. Как бы Ситерессу не пыталась схватиться за мелкие детали этого фрагмента, она не могла вспомнить больше. Только голова начинала сильнее болеть. Нет. Если Терсу продолжит копаться в этом моменте, то она всё равно ничего не найдёт. «Но я всё равно буду возвращаться к этому кадру. Это зацепка! Зацепка, почему я не помню своё прошлое…».
Терсу потянулась и поставила кружку на тумбочку. Она хотела отправить сообщение Надин. И, главное, отвлечься.
– Я пойду в коридор — свяжусь с Её Величеством. За одно и проверю, как расположились души в этой гостинице. Может кому-то нужно сбалансировать ци.. я не знаю, сколько они провели времени без сосуда, – вставая с кровати, промолвила Терсу.
Филори потупила взгляд на Ситерессу и кивнула.
– Если тебе будет не хорошо, то возвращайся скорее, –поддельно спокойно попросила Филори.
В индиговых глазах виднелась небольшая тревога, на которую Терсу не знала, как реагировать. Она быстро отвернулась и быстрым шагом скрылась за дверью – так она избежала лишней головной боли. Терсу откинула волосы назад и поспешила к концу коридора – к окну. Нет, не скинуться. Хотя ей хотелось это сделать. Облокотившись о подоконник и открыв окно, Терсу преподнесла к себе браслет. Глубоко вздохнув, апостол приготовилась говорить отчёт. Браслет засветился лавандовым – любимым цветом королевы Надин.
– Ваше Величество, отчёт задания о мёртвых душах. Поиски причины привели меня в район Пеликанов, где через два дня я должна буду встретиться с первой подозреваемой – Е.. Мория. Тёмная душа… Как она проникла в Поднебесье мне неизвестно. В ходе расследования я узнала, что все апостолы, кроме двух, и асфаны были, как я предполагаю, убиты. Как только я разберусь с Морией, то прошу вас направить сюда апостолов. Два апостола, которых мы встретили – Найля и Ран, родом из района Пеликанов. Так же прошу направить в район Пеликанов минимум три асфана прямо сейчас.
Терсу замолчала на долю секунды. Три асфана нужны для убийства нечисти, но Терсу нужно узнать подробнее о смерти душ. Нельзя убивать Есению. Ситерессу свела брови к переносице. Нельзя использовать облака для задержки нечисти – они могут пригодится для лечения возможных ран. Не понятно, что хочет Мория и какие последствия будут после встречи. «Нельзя устраивать засаду, состоящую лишь из нападения…».
– … Ваше Величество, пришлите не три асфана, а одного. И пришлите три стражника. Мория нужна нам живой. Она может знать не только об убийствах, но и о появлении нечисти в Поднебесье. Заранее благодарю. Отчёт окончен.
Браслет медленно потух. Лавандовым цветом загорелась одна из ячеек, а после стала прежней – сообщение отправлено.
Ситерессу закинула ноги на подоконник и облокотилась о стенку. Тонкие пальцы расстегнули пуговицы на жилетке и сняли её с плеч. Так дышать было гораздо легче. Временами жилетка становилась слишком тяжёлой, чтобы носить её. Из улицы повеяло прохладой. Терсу подставила лицо на встречу ветру, глубоко вдыхая до боли свежий воздух. Мурашки побежали от пальцев до самых кончиков ушей. Собирался дождь: тёмные облака заслоняли вечерние лучи; в домах загорались лампы; дети прощались и разбегались к домашним. Терсу бегала взглядом от здания к зданию в поисках чего-либо подозрительного. Не зная, радоваться или отчаиваться спокойной обстановке, Ситерессу спрыгнула с подоконника. «Сообщение Надин отправлено, что ещё тут делать?» – размышляла Терсу, прикрывая окно. Однако её взор зацепили две пары кошачьих ушек. Терсу хмыкнула: «Я не думала, что они придут и будут разгуливать по району». Син кивал и спокойно шёл за своей сестрой, пока Акане широкими в припрыжку шагами топала впереди и что-то рассказывала своему брату. Терсу облокотилась об окно. Син не сбавляя шага огляделся по сторонам и безошибочно посмотрел в окно, где была апостол. Ситерессу этому не удивилась. У Сина было хорошее чутьё. Терсу помахала среднему Со, а тот кивнул и слабо улыбнулся.
Терсу закрыла окно на проветривание и пошла обратно в комнату. «Что делать в оставшиеся дни – не понятно. Просто стоит дождаться асфана и стражу… и никуда не лезть».
– Ой!
Терсу устояла на ногах. Обернувшись, апостол поняла об кого запнулась. И это маленькое бедствие прямо сейчас вцепилась в штанину Терсу и целеустремленно ползла вверх. Ухватив котенка под лапки, апостол подняла его на уровень лица. Пушистик немного успокоился и стал взамен разглядывать Терсу.
– М-да... Слишком много кошачьих меня окружает, – беззлобно проговорила девушка.
Алые глазки потемнели. Кошка, словно поняла слова апостола, начала кричать и царапать девушке руки. Ситерессу стиснула зубы.
– Да я в хорошем смысле! Не царапай!
Однако котёнок не послушал из-за чего в последствии оказался на полу. Терсу разглядывала свои исцарапанные руки. Котёнок постарался, чтобы обеспечить себе защиту!
– Ta mère! – выругалась Терсу. – С каких пор кошки царапают ни с того ни с сего?!
¹Ta mère - твою мать.
Тратить время на разборки с животным, что со стеной разговаривать – не поймёт ничего. Терсу развернулась и направилась дальше по намеченному пути. Позади она услышала цоканье когтей. Девушка обернулась, скептически подняв бровь. Кошка шла следом за апостолом. Терсу сделала пару шагов вперёд, кошка пошла за ней. Терсу нахмурилась и подняла исцарапанные руки.
– Ты меня поцарапала, – будто вынесла вердикт Терсу.
Пушистые ушки опустились, словно выражая стыд за содеянное. Терсу не могла злиться. Кошка просто защищалась. «Я вспомнила откуда она. Эта кошка была среди душ без сосудов.. Видимо, она хорошо перенесла поглощение ци, раз есть силы отбиваться. Это хорошо». Терсу опустилась на колено, протянув кошке руку. Пушистик задумчиво покрутил головой, а после размышлений начал подходить ближе. Обнюхав ладонь апостола, кошка показушно шиканула, обошла Терсу и пошла вперёд по коридору.
– Вот же..! Спасибо, что не укусила, – раздражённо вздохнула Терсу.
Девушка поднялась с колен, отряхнула с брюк пыль и повернулась на четырехлапую злюку. Кошка выжидающего смотрела на Терсу. «Меня ждёт?» – только и пронеслось в голове Ситерессу, после чего она пошла следом. Кошка никуда не сворачивала. Даже не смотрела в сторону лестницы или других дверей. «А может у меня паранойя и я просто так иду за ней?». Не смотря на свою мысль, Терсу шла дальше за белой кошкой, пока та не остановилась напротив одной из дверей. Не выпуская когтей, кошка начала водить лапками по деревянной поверхности.
– Так это мой номер, – только дошло до Терсу. – Зачем тебе туда понадобилось?
– Мяу!
Терсу... Ничего не поняла. Однако решила всё-таки открыть дверь незваной гостье. Кошка свернула к середине комнаты. Ситерессу зашла следом за ней, перекидываясь взглядом "я не знаю, что она хочет" с Филори. Теперь обе девушки следили за действиями кошки. Четырехлапая обходила всю комнату, к чему-то принюхивалась, заползала под кровати, а потом вовсе прыгнула на каждую, покрутилась и всё-таки выбрала кровать, на которой спала Филори. Кошка улеглась клубочком, обвив себя хвостом.. и уснула. У Терсу даже глаз подёргался. «Она серьёзно шла сюда, чтобы поспать?! Что уж ожидать от кошки... Да и чего я ожидала? Иллюзию, как с крысой?!». Апостол сложила губы в полоску, сдержанно выдыхая через нос.
– Всё в порядке?
Терсу повернулась на Филори. Вновь обеспокоенные искры пробежали в её глазах. Почему она беспокоится? Опять. Терсу не хотела в этом копать. Задание закончится и они разойдутся. Ситерессу подошла к своей кровати и не спешно опустилась на неё.
– Я вызвала к нас подмогу, – Терсу решила проигнорировать вопрос напарницы. Она хочет держать дистанцию. – Три стражника и один асфан скоро должны быть на месте. Минимум завтра. Лучше отдохни перед встречей с Морией.
– А ты? Тебе тоже нужен отдых.
– Я отдохну. Буду патрулировать окрестности и следить, чтобы не было новых жертв. Апостолов же нет больше.
– А Найля и Ран? – как-то осторожно произнесла Демулин.
– Они? – Терсу чуть задумалась, чтобы правильно подобрать слова.
Девушке так и хотелось высказать, что они трусливы и слабы. Но это не была главная причина.
– Скорей всего их уберут со службы апостолов. Они нарушили правило: запрещено избегать своих обязанностей. Они не пошли спасать те души, а это можно рассчитывать, как покушение. Я не знаю, они провели души на небеса или нет, но факт того, что они были где-то в лесу, а не на посте есть факт.
– Есть факт? Они даже во время опасности должны просто стоять на своих постах и помогать?! – внезапно повысила голос Филори. – Но они пытались разыскать Морию, разве за это их не должны хотя бы… не знаю. Оставить на постах? Что с ними будет после того, как с них снимут обязанности?!
Терсу кончиками пальцев сжалась в кровать.
– Тебе не положено знать, Демулин, – отчеканила Ситерессу.
– Не положено? – повторила Филори. Терсу покосилась на неё. – Я должна помогать не зная всех мелочей? Объясни мне. Их ликвидируют? А если бы я не стала помогать? От меня бы тоже избавились?
Терсу вскочила с кровати, но не посмела сделать шаг. Дрожь прошлась по телу. Откуда Демулин вообще взяла это?! Что ей ответить? «Нельзя долго молчать! Что она сделает.. А что она сделает?». Ситерессу развела плечи.
– И что ты будешь делать, если это так? – в ва-банк так в ва-банк. – У тебя нет сторонников, а Ран и Найля знают об этом. Возможно, они сейчас думают, как избежать этой участи? А ты, если жизнь посмертная важна, лучше молчи, Демулин.
Мерзко. Мерзко, мерзко, мерзко..! От этих слов нарастал ком в горле, а в душе осадок. Но Демулин зашла далеко – пусть терпит. Терсу скрестила руки на груди.
– Не играй в героя, Демулин.
Филори держит зрительный контакт. Молчит. Не движется. Что с ней? «Почему она так тяжело смотрит?!». Терсу держалась, чтобы не сжаться. Ей и так было не приятно. А ещё этот взгляд. Это молчание. В такие моменты обычно агрессировали, бежали, плакали, но не просто молчали и пронзали взглядом. Облегчением стало, что Филори слегка опустила голову и прикрыла глаза. Она выдохнула и вновь подняла взгляд. Безразличный взгляд.
– Ладно. Когда это всё окончиться меня навсегда убьют? – равнодушно, то ли дала заключение, то ли спросила, Филори.
Терсу опешила. «Или я перегнула палку?». Ситерессу нерешительно спрятала руки за спину и сжала потные ладони. Филори не дожидаясь ответа пошла к своей кровати, но увидев кошку, которая в наглую улеглась по середине пастели, девушка повернулась на апостола.
– Я посплю на твоей кровати, раз ты уходишь на ночное дежурство? – как же сухо это прозвучало. Терсу поморщилась, как будто съела лимон.
– Можешь. Да…
– Спасибо. Удачи. Будь аккуратна.
Ситерессу ничего не ответила. Она ушла из номера. Пошла по коридору. Вышла на улицу и побежала куда ноги уведут. Дышать было тяжело. Мерзко. «Почему мне мерзко от себя?». Терсу ускорялась. Ей было плевать, если её увидят не в форме апостола. А туда, куда она прибежит и вовсе об этом беспокоится не нужно будет. В глазах мутнело и размывалось от накопившихся слёз. Головная боль стала сильнее из-за неё. Опять из-за неё! «Почему она так безразлична?! Почему она не паниковала, когда умерла?! Почему она даже не пыталась сопротивляться смерти?! Почему сейчас она была спокойна?! Она же поняла, что умрёт! Я видела! Она не скрывала! Она недоговаривала! Почему я вообще волнуюсь?! Что случилось?».
– ДА КТО ТЫ, ДЕМУЛИН?!
Терсу понимала, что она её не слышит. Этого и не требовалось. Ситерессу облокотилась о доску и скатилась вниз по ней. Девушка не знала, успела ли высохнуть краска и какова вероятность, что её спина сейчас не чёрная.
– Проблемы с напарницей?
– Почему именно через неделю? Ты вертишься вокруг меня третий раз. Почему не можешь прямо сказать, что тебе нужно, Мория.
– Ох, оставляем почести? Я не против, – хихикнула Есения.
Где-то звучала незамысловатая мелодия на скрипке.
– Когда я упала в обморок, вы были рядом?
– Были. Так мило, что твоя подружка побежала к тебе на встречу! Сколько ты с ней знакома, хм?
Терсу сжала брюки. По щекам полились слёзы, а ноты в мелодии немного сменились. Ситерессу слышала, как стенд тихо обходят. С тем, как движения Есении сменяли друг друга менялась и мелодия. Терсу ощутила тонкие пальцы на своём подбородке. Рука сама потянулась перехватить чужое запястье. Раскрыв глаза, Ситерессу увидела лёгкую улыбку девушки напротив.
– Больно сжимаешь. Ты зла на меня? – не дав ответить, Мория сказала, – Или зла на напарницу? Она тебе не рассказала что-то, милая?
Этот приторный голос раздражал. А её слова…
– Тебе какое дело?! – Терсу откинула руку Мории, а после встала, толкнув абонента. – Тебя здесь не должно быть.
На миг улица озарилась светом. Терсу провела ладонью по золотому поясу, собрав каки-то частицы.
– Ты должна гнить в мире живых. Кто тебя сюда пустил?!
Терсу не успела договорить мысль, как её неожиданно толкнули. Девушка отлетела не пару метров, больно ударившись плечом. Поменяв положение на сидящее, Терсу схватилась за плечо. «Апостолы не созданы для сражений». Эта внезапная мысль нагнала страху, но Терсу сейчас была одна и поддаться эмоциям равносильно погибели. Подняв свои янтарные глаза, Ситерессу заметила какого-то парня, который помог подняться Мории. Юноша сыграл какую-то короткую грустную мелодию, на которую Мория натянула нежную улыбку.
– Со мной всё хорошо, милый, не переживай. При жизни было хуже! – вновь хихикнула девушка, а потом повернулась на Терсу. С какой-то странной ухмылкой Мория сказала. – Поговорим потом. Не забудь залечить свою ранку, милая!
Ситерессу ничего не ответила. Парень оголил своё запястье… Браслет! «Это… Это он был?! С Лин! Тогда! Он…», – Мория превратилась в парящий тёмный шар. – «Та душа… Мория…».
Лин убили Мория и этот парень.
Терсу не проследила куда они ушли. Да и зачем? Терсу была в замешательстве. «Поговорим потом…».
