88. [День рождения].
О том, что с Янь Вэньтином и Се Дунъюем что-то случилось, Се Си узнал лишь на следующий день. Накануне вечером, после получения награды, его немало поили - день был радостный, и он не стал отказываться.
Тем более он вовсе не переживал, как будет возвращаться: Пэй Лан с самого начала и до конца сопровождал его на церемонии награждения. Просто они не сидели вместе, поэтому никто этого не заметил.
Пэй Лан присутствовал как приглашённый гость со стороны организаторов. Он держался сдержанно и не афишировал себя. Хотя лицо казалось знакомым - он ведь участвовал в развлекательном шоу, - широкой известности это ему не принесло, так что желающих подойти и завести разговор было немного.
Когда Пэй Лан привёз Се Си домой и открыл дверь, выяснилось, что дядя Цзянь и остальные уже знали о награде и приготовили дома праздничный ужин.
Се Си, увидев это, только вздохнул:
ну что ж - значит, продолжаем пить.
После этого Пэй Лан, к удивлению, вёл себя очень прилично. Боясь, что Се Си станет плохо, он ничего лишнего не делал: помог ему помыться, умыться, уложил в постель и аккуратно укрыл одеялом.
Се Си проспал почти до полудня. Он выпил на двух застольях подряд, так что само по себе то, что он смог проснуться к этому времени, уже было достижением.
Когда он пришёл в себя, из-за двери доносились приглушённые голоса.
Слух у Се Си был острый - он сразу узнал старика Се и Тянь Цзянуо.
У Тянь Цзянуо в тот день был выходной, и, узнав с утра о новостях про этого подонка Янь Вэньтина, он тут же примчался вниз и начал стучать в дверь. Его остановил Пэй Лан, который как раз собирался в компанию: сказал, что Се Си ещё не проснулся. Выслушав «хорошие новости» от Тянь Цзянуо, он лишь приподнял бровь - удивился, но особого значения не придал.
Пэй Лан спешил на работу и потому не стал вдаваться в подробности. Зато старик Се, услышав разговор, вышел из комнаты. Когда Пэй Лан уехал, старший и младший тут же отправились «есть дыню», обсуждая сплетни.
К тому моменту, как Се Си проснулся, они как раз раскладывали доставленную еду и продолжали обсуждать свежие новости.
Из их разговора Се Си понял главное: накануне Янь Вэньтин попал в аварию. Угрозы жизни не было, но только что сообщили обновлённую информацию - пострадала нога. В целом всё обошлось, однако после выздоровления он, возможно, будет слегка хромать.
Тянь Цзянуо не скрывал радости:
- Да это же чистейшая карма! Старик, ты просто не представляешь, насколько гнилым был этот Янь Вэньтин. Крёстный раньше расспрашивал о прошлом брата Се - так выяснилось, что Янь Вэньтин тогда специально его окручивал. Всё из-за того, что брат Се был старшим сыном семьи Се. В таком возрасте он уже прекрасно понимал, что делает... А потом - несколько романов сразу, всё к этому и шло. Он не только связался с братом Се, но и держал на крючке того Се Дунъюя. А Се Дунъюй, видно, с детства привык отбирать у брата Се всё подряд, вот и снова попался. И теперь разве это не расплата? По официальным данным выходит, что Янь Вэньтин просто бросил Се Дунъюя - более того, отказался признавать десять миллионов, заставил его самому расплачиваться с долгами и даже видеть его больше не захотел.
Се Дунъюй, разумеется, не собирался с этим мириться. Те десять миллионов он перевёл ради Янь Вэньтина, позже ими же затыкали дыры в делах семьи Янь. А теперь что? Репутации нет, личности нет, а Янь Вэньтин просто отказался признавать долг.
Янь Вэньтин заявил, что деньги он «брал взаймы» и к нему это не имеет никакого отношения. Мало того - он заблокировал Се Дунъюя по всем каналам связи и вовсе уехал из города J, так что тот даже не мог его найти.
На этот раз Се Дунъюй наконец-то улучил редкий шанс - Янь Вэньтин ненадолго вернулся в город J. Он решил пойти ва-банк и рассчитывал погибнуть вместе с ним.
Однако Се Дунъюю повезло: он отделался лишь лёгкими травмами. А вот Янь Вэньтин пострадал куда серьёзнее - он ехал на кабриолете, который ему совсем недавно купила богатая покровительница, и при столкновении с другой машиной удар оказался тяжёлым.
Тянь Цзянуо был в превосходном настроении. Пусть брат Се давно уже отпустил прошлое, но прежние раны всё равно оставили след. Видя, что и Янь Вэньтин, и Се Дунъюй оказались в беде, Тянь Цзянуо искренне радовался за Се Си.
- Я отправил людей дежурить в больнице. Говорят, семья Янь приезжала вчера. А сегодня утром, стоило Янь Вэньтину очнуться и услышать, что он, возможно, останется хромым, они сразу же ушли, заявив, что это их больше не касается. Похоже, решили, что раз он больше не представляет ценности, не сможет цеплять богатых женщин, да ещё и репутация испорчена - так проще от него отказаться. Так ему и надо! Впрочем, вся семья Янь - те ещё персонажи. Говорят, Янь Вэньтин так отчаянно нуждался в деньгах именно потому, что его младший брат сбил человека, и все средства ушли на затыкание этой дыры.
Тянь Цзянуо только цокал языком: Янь Вэньтин был одновременно жалок и отвратителен. Но этот путь он выбрал сам - теперь всего лишь расплачивался за собственные поступки. Карма. Он просто на собственной шкуре испытал ту боль, через которую когда-то заставил пройти других.
Впрочем, рассказывать всё это брату Се не стоило - незачем пачкать ему уши.
Се Си в комнате услышал основное, а остальное выяснил сам. Поняв, что они не хотят, чтобы он знал подробности, он нарочно громко встал с кровати, но, выйдя, ни словом не обмолвился о Янь Вэньтине.
Янь Вэньтин, узнав, что семья фактически от него отказалась, устроил скандал - его репутация окончательно пошла под откос. Но теперь он уже ничего не мог изменить и просто пустился во все тяжкие.
Се Дунъюй, оказавшись под арестом, наконец-то начал трезво мыслить и понял: с самого начала это была чистейшая афера.
Те десять миллионов он тогда перевёл напрямую младшему брату Янь Вэньтина. Поэтому он заявил, что одолжил деньги именно ему, и предложил кредиторам обращаться напрямую к семье Янь. Сам он всё равно не сможет ничего вернуть - его ждёт срок.
Кредиторы быстро всё поняли и без лишних разговоров отправились к семье Янь.
Неизвестно, какими методами они действовали, но меньше чем за полмесяца семья Янь продала дом и всё, что только можно было продать, затем заняла ещё денег, чтобы вернуть эти десять миллионов, и всей семьёй уехала.
Когда Янь Вэньтин узнал об этом, перед ним предстала суровая реальность: помимо искалеченной ноги и огромных медицинских расходов, за плечами у него были годы в индустрии - и при этом полная финансовая пустота.
Эта новость мгновенно разлетелась по СМИ. В конце концов, скрипя зубами, Янь Вэньтин смог лишь пообещать, что будет усердно работать и когда-нибудь расплатится со всеми долгами.
В итоге Се Дунъюя, благодаря тому самому письму о примирении со стороны Янь Вэньтина, приговорили к трём годам.
Время пролетело незаметно, и вот уже снова наступил конец года. Фильм, который Се Си снял ранее, вышел в прокат, и он снова погрузился в работу. На этот раз он был главным героем, поэтому промо-кампания оказалась куда плотнее и изматывающе активной.
Он был занят вплоть до вечера накануне дня рождения Пэй Лана. В тот день Се Си в спешке привёз домой Сяо Линь. На этот раз он не стал поддразнивать Пэй Лана и сразу сказал, что обязательно вернётся до восьми вечера, чтобы не пропустить момент и встретить его день рождения ровно в полночь.
Это был уже второй день рождения, который они отмечали вместе. Первый был у Се Си. Хотя формально это был второй, на самом деле - первый день рождения Пэй Лана, который они праздновали, будучи вместе. Значение у него было особенное. Из-за постоянной занятости Се Си в последнее время невольно обделял Пэй Лана вниманием, поэтому на этот раз согласился даже на некоторые «неразумные» требования.
Впрочем, один был готов бить, другой - готов подставиться, так что проблем в этом не было.
Линь Ганъи загнал машину в подземный гараж и припарковался на своём месте. Се Си открыл дверь и уже собирался обойти машину, чтобы сказать водителю пару слов, как вдруг сбоку резко выскочил человек.
Се Си среагировал мгновенно - одним ударом ноги отбросил его на пару метров.
Тот с глухим звуком рухнул на бетон. Намотанный на лицо шарф опустился, открыв небритое, заросшее щетиной лицо - черты всё ещё были неплохими, так что даже в таком виде он выглядел терпимо.
Это был Янь Вэньтин - тот самый, что давно исчез из поля зрения.
Линь Ганъи тоже понял, что дело неладно, и выбежал из машины. Увидев, с какой лёгкостью Се Си справился с нападавшим, он выдохнул, но всё же настороженно встал рядом:
- Янь Вэньтин? Ты что здесь делаешь? Тоже хочешь закончить, как Се Дунъюй, за решёткой?
Янь Вэньтин с трудом поднялся. Нога, которую он долго разрабатывал и которая уже позволяла ему ходить относительно ровно, после падения снова дала о себе знать - он заметно прихрамывал. Он попытался приблизиться, но, наткнувшись на холодный взгляд Се Си, испуганно втянул шею и остановился.
Опустив глаза, он произнёс:
- Я... я хотел бы поговорить с тобой наедине...
- Откуда у тебя вообще взялось лицо думать, что я стану тебя слушать? - спокойно отрезал Се Си.
Когда тот собрался уйти, Янь Вэньтин запаниковал:
- Прости... я правда был неправ. Ты... ты не мог бы меня... простить?
Се Си даже не стал на него смотреть. Он прекрасно понимал, чего добивается Янь Вэньтин: хотел проверить, осталась ли хоть капля прежних чувств, а если да, то попытаться снова вцепиться, как в жирную овцу.
- Янь Вэньтин, - холодно сказал Се Си, - будь я на твоём месте, я бы начал с нуля: нашёл нормальную работу и научился жить по-человечески, а не цеплялся за несбыточные иллюзии. Если я увижу тебя ещё раз, мне будет несложно отправить тебя за решётку по статье о преследовании. Думаю, ты не хочешь ещё сильнее испортить свою репутацию. Потому что тогда тебе и обычную работу никто не предложит.
Голос его был ровным, без малейших эмоций, но Янь Вэньтин отчётливо услышал угрозу. Особенно после того удара ногой. Он вздрогнул и вдруг ясно понял, насколько нелепо было надеяться, что Се Си оставит ему хоть тень прежней привязанности.
Янь Вэньтин окончательно струсил. Он не осмелился сделать ни шага вперёд и лишь смотрел, как Се Си направляется к лифту.
А у лифта уже стояла высокая фигура.
Это был Пэй Лан.
Се Си приподнял бровь - он явно не ожидал, что тот спустится вниз.
Пэй Лан настороженно взглянул на Янь Вэньтина. Он вышел в тот момент, когда Се Си ударил нападавшего. Видя, что Се Си полностью контролирует ситуацию, он не вмешивался. В конце концов, это было личное дело Се Си, тем более связанное с «прежним» Се Си.
Пэй Лан верил: Се Си предпочёл бы сам поставить точку и окончательно разорвать последнюю нить, связывавшую его с прошлым.
Пэй Лан не стал упоминать Янь Вэньтина, Се Си тоже ничего не сказал. В такой хороший день не стоило портить настроение из-за людей, которые больше не имели никакого значения.
Се Си заранее распорядился приготовить торт и ровно в одиннадцать тридцать его доставили. И это было ещё не всё - подарок он тоже подготовил заранее и всё это время хранил в чемодане.
Когда стрелки приблизились к полуночи и наступил новый день, Се Си попросил Пэй Лана закрыть глаза. А когда тот открыл их, протянул подарок.
Пэй Лан развернул коробку - внутри лежали мужские часы с бриллиантами.
Когда он вынул их, Се Си слегка приподнял руку, показывая своё запястье: на нём были точно такие же. Пара одинаковых часов - в качестве парных, «для влюблённых».
Во взгляде Пэй Лана мелькнуло что-то едва уловимое. Он протянул руку, позволяя Се Си надеть часы.
- Лень тебе самому, - буркнул Се Си, но всё же с улыбкой застегнул ремешок. Когда на их запястьях засияла пара одинаковые часы, Се Си невольно наклонился ближе и, понизив голос, спросил:
- Ну как, подарок нравится?
Пэй Лан смотрел на него с такого близкого расстояния, что в глазах его улыбка стала ещё глубже, смешавшись с иным, тёплым и нетерпеливым чувством:
- Подарок отличный... но я жду ещё один.
С этими словами он спокойно протянул руку к рубашке Се Си и начал «распаковывать» свой настоящий подарок.