Глава 26.
Они зашли обратно в комнату, и балконная дверь тихо закрылась за спиной Олега.
Он сразу направился к шкафу, будто разговор на балконе был чем-то обыденным. Открыл дверцы, начал перебирать футболки — чёрные, тёмно-серые, с какими-то надписями, которые явно видели лучшие времена. Доставал одну, смотрел пару секунд, бросал обратно, брал следующую.
Адель осталась стоять рядом.
Она смотрела, как он выбирает футболку, но взгляд у неё был пустой. Мысли улетели далеко. Слишком далеко.
Рома жив.
Эта мысль крутилась по кругу, как заевшая пластинка. В её мире это имя давно стало чем-то… законченным. Закрытым. Точка, которую нельзя стереть.
А тут — «приедет через два дня», будто речь о доставке еды.
Олег надел одну футболку, поморщился, снова снял.
— Ты чё такая тихая? — сказал он, не оборачиваясь. — Ты побледнела и подозрительно спокойно себя ведёшь.
Она вздрогнула, будто её поймали на чём-то.
— А? — она моргнула. — Да нет, всё нормально.
— Ага, — он наконец повернулся к ней. — Обычно ты либо орёшь, либо язвишь, либо делаешь какую-то хуйню. А тут стоишь как призрак.
— Может, я просто устала, — пожала плечами Адель.
— Не пизди, — спокойно сказал он. — Ты не умеешь «просто устать».
Она отвела взгляд.
— Тебя напрягает то, что я сказал? — спросил Олег, уже тише.
— Что именно? — слишком быстро ответила она.
Он прищурился.
— Про Рому.
Вот теперь она точно побледнела.
На секунду ей показалось, что он всё понял. Что видит её насквозь. Что сейчас скажет что-то вроде: «Ты знаешь больше, чем говоришь».
Но он просто стоял, скрестив руки, ожидая ответа.
— Нет, — наконец сказала она. — Просто… новое лицо. Новые люди. Я и так не особо понимаю, что тут происходит.
— Хм, — протянул он. — Странно.
— Что странно?
— Обычно, когда я говорю имя, которое человеку вообще не знакомо, он не замирает так, будто его током ебнули.
Она усмехнулась, но натянуто.
— У тебя богатая фантазия.
— А у тебя хуёво получается врать, — ответил он без злости.
Она посмотрела на него.
— Я не вру.
— Ты не договариваешь, — поправил он. — Это разные вещи.
Он снова отвернулся к шкафу, достал другую футболку и надел её. На этот раз оставил.
— Слушай, — продолжил он, — мне похуй, откуда ты и какие у тебя там ведьмовские загоны. Но если что-то касается нас… лучше говорить сразу.
— А если я не могу? — тихо спросила Адель.
Он замер.
— Почему?
Она пожала плечами.
— Потому что иногда знание — это не преимущество, а приговор.
Он повернулся к ней медленно.
— Ты сейчас умничаешь или реально что-то знаешь?
Она выдержала его взгляд.
— Я знаю достаточно, чтобы понимать: некоторые вещи лучше не трогать.
Между ними снова повисла тишина. Не злая. Настороженная.
— Ладно, — наконец сказал Олег. — Не хочешь — не говори. Пока.
— Пока? — переспросила она.
— Пока это не начнёт ебать мне мозг, — усмехнулся он.
Она фыркнула.
— Честно?
— Давай.
— Ты меня пугаешь меньше, чем вся эта ситуация, — сказала Адель.
Он хмыкнул.
— Это плохой знак.
Она села на край кровати, провела руками по лицу.
— Скажи честно, — вдруг спросила она. — Ты доверяешь своему Роме?
Олег задумался.
— Да, — ответил он после паузы. — Настолько, насколько вообще можно кому-то доверять.
Сердце Адель неприятно сжалось.
— А если человек… меняется? — осторожно продолжила она.
— Все меняются.
— Я не про это.
Он посмотрел на неё внимательнее.
— Ты сейчас про себя или про него?
Она не ответила.
— Понял, — сказал он. — Про всех сразу.
Он подошёл к окну, выглянул во двор, затем снова посмотрел на неё.
— Знаешь, — добавил он, — если бы ты реально была опасной, тебя бы тут уже не было.
— Ты так думаешь? — тихо спросила она.
— Я знаю.
Она кивнула, хотя внутри эта уверенность её не успокоила.
Потому что если Рома жив здесь — значит, этот мир уже однажды переписал чью-то судьбу.
И кто знает, чья будет следующей.