Глава 9.
Парни переглянулись почти синхронно.
— Господи… — протянул Глеб и закатил глаза.
— У меня уже тик от неё, — добавил Артём.
Он махнул рукой в сторону лестницы.
— Олег, отведи её в свободную комнату на втором этаже.
Закрой. Пусть пока там посидит.
Олег коротко кивнул.
— Пошли, рыжик.
— Я просила так меня не называть, — буркнула Адель, но всё же двинулась к лестнице.
Поднималась она медленно.
Нарочито. Сначала нормально, потом всё медленнее, будто каждая ступень давалась через силу. На середине лестницы она резко остановилась и театрально опёрлась о перила.
— Всё, — выдохнула она. — Я больше не могу.
Олег обернулся.
— Что ещё?
— Ноги болят, — абсолютно серьёзно сказала Адель. — Я сегодня и так набегалась. Для одного дня слишком много приключений.
Он молча смотрел на неё сверху вниз.
— Давай без спектаклей.
— Это не спектакль, — обиделась она. — Я так последний раз бегала у себя, когда ночью из леса возвращалась и встретила собак.
Олег приподнял бровь.
— Каких собак?
— Да каких-каких, — вздохнула Адель. — Дворовых. Суки.
Гнались за мной почти до подъезда. Я тогда думала, что всё — конец. Сердце в пятках, дыхания нет, а они лают, зубы скалят…
Она замолчала на секунду, будто действительно вспомнила.
— С тех пор я не фанат марафонов, — закончила она тише.
Олег смотрел на неё дольше, чем нужно.
— И ты решила рассказать мне это зачем? — спросил он.
— Чтобы ты понял, что я не симулирую, — пожала плечами Адель. — И вообще… можно чуть медленнее?
Он хмыкнул.
— Ты понимаешь, что сейчас в плену?
— Понимаю, — кивнула она. — Но даже в плену у людей иногда болят ноги.
Несколько секунд тишины.
Потом Олег протянул руку и крепко схватил её за предплечье.
— Пошли. Только не тормози больше.
— Вот видишь, — довольно сказала Адель, начиная подниматься. — Можешь же по-человечески.
— Не обольщайся, — холодно ответил он.
На втором этаже было тише.
Коридор длинный, двери закрыты, воздух будто плотнее. Олег открыл одну из комнат, втолкнул её внутрь и быстро оглядел помещение.
— Всё, сиди здесь,— сказал он.
Он уже собирался закрыть дверь, когда Адель вдруг сказала:
— Знаешь… если бы я хотела сбежать, я бы не рассказывала тебе про собак.
Олег замер.
— И почему же? — спросил он, не оборачиваясь.
— Потому что страхи рассказывают только тем, от кого не ждут удара в спину, — тихо ответила она.
Он медленно повернулся. Их взгляды встретились.
— Ты слишком много говоришь, Адель, — сказал он.
— А ты слишком много слушаешь, — усмехнулась она.
Дверь захлопнулась.
Замок щёлкнул.
Адель осталась одна.
Она выдохнула, прислонилась спиной к двери и тихо усмехнулась:
— Ну что ж… второй этаж.
Значит, игра продолжается.