Глава 32
Просыпаюсь от навязчивого синего света экрана. На часах пять утра. Закутавшись в плед, рядом тихонько посапывает Рита. Тру руками опухшие глаза и пытаюсь найти свой телефон на тумбочке. Вспоминаю, что забыла его в мокрой куртке, которая благополучно полетела на пол вместе с остальной одеждой. Он отсырел, но может я смогу высушить его. Просушив феном батарею и вставив зарядное устройство в розетку, надеюсь на чудо. Выдыхаю. Через пару минут экран замигал белым приветственным яблочком.
Телефон вибрирует от бесконечных уведомлений. Десятки сообщений от Джулс и столько же сообщений с просьбой перезвонить. Я исчезла с вечеринки не попрощавшись. Она убьет меня за это. На экране загорается фото с предыдущего Хэллоуина, где мы изображали героиню мультфильма «Труп невесты» и ее жениха. Звонит Джулс.
-Прости, что ушла ничего не сказав.
-Клэр, - перебивает меня подруга. Слышу, как дрожит ее голос.
- После твоего ухода кое-что произошло. Я уже еду к тебе. – Меня охватывает паника.
-Говори сейчас, прошу! - тишина в трубке пугает.
– Джулс! – Немного помолчав, подруга делает глубокий вдох. Тем самым давая себе время. И все же решается на этот шаг.
-Когда Калеб вернулся один я начала пытать его. Но он лишь отмахивался. Как только он остался один, без тебя, Лекси тут же облепила его, вручив ему странную синюю бутылку. Поначалу он старался «держать оборону», но в конечном итоге сдался. Я предполагаю, что там был наркотик или психотропное. Она активно пыталась утащить его наверх, но он упирался. На протяжении всего времени он повторял твое имя. Не знаю, что натворил Калеб, но сказать, что он был подавлен -значит ничего не сказать. Он оттолкнул Лекси и подорвался с места как подбитый зверь. Я не успела остановить его. Резко дав по газам, он покинул нашу улицу. – Я сглатываю нервный ком в горле и пытаюсь сдерживаться.
-Куда он поехал? – Слышу, как подруга шмыгает носом.
-Он разбился.
В одну секунду меня так сильно накрыло, что легкие отказывались дышать. Слух притупился, а голос пропал. Все тело сопротивлялось этой информации и отказывало в жизнеспособности. Все то, что было до, теперь не имело никакого смысла. Он разбился. Роняю телефон на пол. Гаджет разлетается на части по комнате. Я винила его во всем. И оставила его одного на тротуаре под дождем.
В ванной слишком мало места. Мне не хватает воздуха. Облокачиваюсь на тумбочку и все стоящее на ней летит на белый кафель. Следом за баночками с шампунем и я оседаю вниз.
–Клэр, - дверь в ванную распахивается. Меня начинает колотить от холода. Он разбился, разбился. В голове мелькают обрывки фраз нашей последней встречи. На мне какое-то проклятье. Все самые близкие люди уходят из жизни слишком рано. Воздух в легких будто начинает заканчиваться.
-Где твои таблетки? - последнее что я слышу, провалившись в темноту.
Открываю глаза и перед собой вижу взволнованные лица моих родных. Они имеют право на беспокойство. Панические атаки еще никогда не заканчивались обмороком. Сознание проясняется. Вокруг белые стены и запах хлорки. Я в больнице. Неужели меня так надолго «вытряхнуло» из тела.
-Мы так беспокоились. – Мама кладет свою руку поверх моей.
– Милая, он жив. – В ее глазах стоят слезы.
-Что? - Либо я свихнулась, либо еще сплю.
- Как же телефонный звонок Джулс? Она сказала, - сглатываю нервный ком, - что он погиб.
-Все так и было, - подхватывает Рита.
- Калеб пережил клиническую смерть. Сердце дало сбой еще в машине. У него случился инфаркт. Оказывается, он был болен.
-Болен? – переспрашиваю я. Оказывается я ничего не знала о Калебе.
-Он что-то принял на вечеринке?
-Я не знаю.
Знаю. Синяя бутылка от Лекси. Меня с ним не было в тот момент. Виновато опускаю голову и крепко сжимаю наволочку. Это все только моя вина. Видимо препарат дал обратный эффект. Вместо ускорения пульса, он замедлил его.
-Мне нужно увидеть его. Где он?
Рита с мамой с опаской переглядываются.
-Милая, он еще не пришел в себя. Врачи искусственно поддерживают в нем жизнь.
- Я должна увидеть его. Хотя бы через стекло.
-Но ты еще слаба. Медсестра вколола тебе успокоительное. Поспи немного, а завтра утром мы проводим тебя до отделения интенсивной терапии.
-Да, вы правы. Мне нужно поспать.
Я поворачиваюсь на любимый правый бок и нарочно прикрываю глаза. Родные целуют меня на прощание. Наконец я остаюсь одна. Дождавшись, когда мама договорит с лечащим врачом за дверью я вскакиваю с постели. Если это можно было назвать скачком. Голова моментально закружилась, ноги словно вата я чуть не рухнула на пол. Хватаюсь за железные поручни и пытаюсь восстановить дыхание. Ненавижу это состояние овоща. Тихонько выныриваю из палаты и по стеночке иду к лифту. Один шаг, отдых. Второй шаг. Проходит пару минут пока я преодолеваю непостижимое для моего состояния расстояние. Изучаю карту у электронных дверей. На третьем этаже находится палата интенсивной терапии. Эврика! Я на втором. Значит, пока я поднимаюсь меня не стошнит по дороге.
Двери распахиваются и меня моментально бросает в дрожь. На этаже стоит мертвенно- оглушающая тишина. И слышны лишь всхлипывания одной женщины. Темноволосая, коротко стриженная женщина лет сорока. Ее обнимает седовласый рослый мужчина. В чертах которого я увидела что-то знакомое. Должно быть, это дядя и тетя Калеба. Да, это они. Я не сразу замечаю Робена. Кузен теребит пальцами шнурки от спортивных штанов и смотрит в пол. Эта семья действительно очень любит племянника. И мне бы не знать, что они сейчас чувствуют.
Они не сразу замечают меня. Но как только это происходит плачь понемногу стихает. Мы раньше никогда не виделись, но я уверена, они поняли кто я. Девочка, открывшая свое сердце сквозь картину на стене. Слова были уже не нужны. Они просто подошли ко мне и крепко обняли. На этаже отделения интенсивной терапии стало на одного плачущего человека больше. И если бы можно было изобразить эту картину, то она была бы в черно-серых тонах.