Прошлое
Процветающая цивилизация Миэрина уже давно сменилась мелкими поселениями, вперемешку с бескрайними просторами, но дракон, чья родина находилась именно в этих местах, продолжал путь. Дрогон летел туда где был рождён он и его давно исчезнувшие братья. Глядя на те пустыни, где он был совсем малышом, его охватывало чувство похожее на грусть, но дракон летел и не оборачивался. Вряд ли он хотел сюда вернуться, но у его матери были свои планы, которые он не смел и не хотел ослушать.
Пока Дрогон сосредоточился на своём полёте, его мать думала совсем о другом. В ту ночь перед её улётом, она так и не попрощалась со своей семьей, и это задевало её сердце. Но вновь она стала королевой, и должна была думать о будущем своего народа. Дотракийцы тоже её народ, поэтому отбросив все сомнения, она дала пару указаний своим приближённым, приставила хороших нянек и крепких Безупречных к сыну, отправившись в путь. Как же Дейенерис хотела обнять своего малыша, услышать его мирное дыхание и заглянуть в самые недры его фиалковых глаз, подаренных ею, но это всё осталось на другой стороне континента.
Время не для слабостей, поэтому она отбросила все другие мысли и пыталась уверить себя что поступила правильно. Конечно пару слёз скатилось с её щёк, но она прижалась к Дрогон крепче и попыталась вздремнуть. Понимая переживания своей хозяйки, он сбавил темп и стал урчать что-то на своем языке.
Так продолжалось ещё несколько часов, но когда Дрогон издал приветственный рык, Дени проснулась и посмотрев вниз, увидела тех самых лошадей на въезде в Ваес Дотрак. Она поправила волосы и свою безупречную одежду, чёрную мантию с гербом Таргариенов и темно-красный королевский костюм. Люди стали высовываться из шалашей, не веря своим глазам. А Дейенерис приказала Дрогону снижаться и он приземлился на место давно разрушенного храма. Дракон издавал устрашающее рычание и все дотракийцы попятились назад, вжавшись друг в друга. Все замолкли и настала полная тишина. Дейенерис стала осматриваться по сторонам, пытаясь найти знакомые лица и нашла. Первыми кто узнали в ней их кхалиси были одними из приближённых для неё дотракийцев которых почти не осталось, её кровные всадники-Корхо и Мейго. Корхо-был ещё совсем юн, но уже успел прекрасно показать себя в бою, он был одним из тех, кто поддержал Дейенерис, и постепенно заслужил её доверие. Он был невысок, но жилист и силён, с помощью чего одолевал врагов. Кожа была достаточно тёмной, в отличии от жёлтых глаз, которые осматривали то дракона, то кхалиси, сидящую на нём. Мейго же очень отличался от своего напарника. Когда горел их священный храм, только одного его взгляда хватило, чтобы все успокоились и поддержали свою кхалиси. Он хорошо знал Дрого и поддерживал его во всём, многие же думали что они являются братьями. Мейго был также огромен и безусловно силён, но это не мешало ему действовать здраво и справедливо. Мейго привык не говорить, а делать, поэтому он и зацепил матерь драконов. В его зёленых глазах, отражался покой бескрайних лесов, хотя он почти всю жизнь не видал их. Только единицы могли бы сравниться с ним в бою, наверное именно поэтому он остался жить, а не был разорван на части мертвецами, как большая часть его народа. Они оба посмотрели на неё ещё раз, и когда наконец поняли кто возвышается перед ними, кивнули и не сдерживая улыбок, первыми согнули колено. Затем перед ней склонялись всё новые и новые мужчины и женщины, которые узнавали свою предводительницу, и с радостью принимали её вновь. Пока Дени, гордо смотрела сверху вниз, сидя на Дрогоне, и не позволяла себе улыбаться. Несколько знакомых ей дотракийцев начали выкрикивать что-то на своём, поднимая аракхи на головами друг друга. Прислушавшись к этому гулу, Дейенерис всё же позволила себе улыбнуться, ведь они говорили о том что их истинная кхалиси вернулась. Конечно многие были в настоящем шоке от происходящего, они не видели что произошло в тот день в Королевской Гавани, но им сказали что кхалиси убили. Это задело абсолютно каждого дотракийца. После этого они решили больше не избирать лидера, и начался настоящий хаус. У большей части этого племени, всё вернулось до грабежа деревень и убийства невинных. Другие же под предводительством Мейго, решили закончить дело их кхалиси, а точнее построить новый мир, мир без убийств невинных. Именно поэтому, в эту ночь, дотракийцев было совсем немного. Женщины, дети и остатки мужчин скопились в том месте, ожидая что скажет их кхалисии. Конечно Дени переживала, но как всегда, она взяла себя в руки и начала говорить.
"Кровь моей крови, Я- Дейенерис из дома Таргариенов и ваша Кхалиси, была убита, но позже воскрешена одной из служительниц Владыке Света."- проговорила она на Дотракийском непривычно громко и уверено. Она сделала паузу и посмотрела на племя сверху вниз. Они внимательно слушали каждое её слова и тогда она решила продолжить.
" Я здесь не просто так, я вернулась к моему народу, чтобы свершить обещанное и вернуться домой."
"Когда-то каждый из вас поклялся мне, что будет биться за мой дом до конца, и это ещё не конец. Только с вашей помощью я свершу справедливость и накажу тех кто причинил вам боль! Вы со мной?"- спросила она и вопросительно посмотрела на Дотракийцев, застывших в непривычной тишине.
Но все лишь молчали до сих пор не веря в происходящее. Дени неловко оглядела толпу, и поняла что что-то изменилось. Они уже не были так уверенны в ней. Они пошли за своей кхалиси, на тысячу фунтов от дома. Они сражались за армию неизвестного севера и потеряли друзей, отцов и сыновей. А их кхалиси доверилась чужаку, который погубил её. И оставил их одних на чужой земле. Они верный народ, но они не знали верна ли Драконья королева им в ответ. Поэтому смелые мужчины, женщины и дети продолжали стоять в тишине, чем очень огорчили Дени. Конечно, они могли стоять так целую вечность. Но Корхо плавно поднялся с колен и вышел чуть вперёд, повернувшись к ней
"После войны, когда вся небольшая кучка нашего народа вернулась домой. Самые лучшие из нас собрались и приняли решение никогда не приклонять коленей. Ни перед знатными мастерами, ни перед грозными правителями с запада, только перед такими же как мы. После этого начались споры и разделения одного из самых мощных народов мира — Дотракийцев. Мы утратили почти всю мощь и силу духа, оставшись разбросанные на две группы. Но видя перед собой вас, Кхалиси. Лично я наплюю на все лживые обещание и вновь пообещаю служить, защищать и быть преданным. И даже если я буду последним верным вам воином, я не отступлю и помогу завоевать то, что вам нужно."- после этой пламенной речи, вечно ухмыляющийся Корхо стал серьезнее и опустил свою голову в знак уважения к Дейенерис. И ей было очень приятно.
"Мы поможем победить в любом сражении. Я даю вам слово, Кхалиси."- проговорил Мейго на Дотракийском и последовал примеру Корхо, склонив свою голову, так что его длинная коса касалась песка.
После них начали склонять голову всё больше и больше людей, но Дени смотрела только на тех кто не подвёл её даже сейчас, когда у неё практически ничего не осталось. С улыбкой и благодарностью она ловким движением сошла с дракона и тот нехотя взмыл в небо, отправляясь подкрепиться и перевести дух. Ведь даже Дрогон успел устать от этого путешествия, а Дейенерис уж точно. Но несмотря на это, она подошла к Дотракийцам совсем близко, приказав Мейго подготовить всё для переговоров и собрать самых сильных Дотракийских мужчин, она решила побыть одна и отойти немного от этого величественного города.
Вскоре она вышла к тому месту, где заканчивались все шатры дикарей и начинались безграничные пустыни с красные скалами на горизонте. Хоть там было достаточно холодно для таких мест, Дени это нравилось. Она успела соскучится по холодным ветрам и снежным холмам, но больше даже за мысли о Севере ругала саму себя. Дейенерис до сих пор не смогла простить северу то, что забрал тех кто дорог и сделал её несчастной и одинокой в те казалось бы далекие дни.
Она села на песчаную возвышенность и потёрла виски от усталости, но когда она подняла голову наверх к звёздам, то забыла про свою усталость. Дени смотрела вверх и впервые за долгое время ощутила внутреннее спокойствие. Смотря на луну и звезды, она вспомнила кое-кого. Дрого. Как же она хотела встретиться с ним, прижаться к его тёплому мускулистому телу и рассказать чего она добилась, с кем она сейчас. Она очень хотела поделиться с ним тем, что стала мамой и рассказать про того, кто для неё стал очень дорог. Дрого бы понял и простил её, она это знала...
Дейенерис ушла в себя, пока её серебристые волосы поблескивали от лунного света и глаза медленно наполнялись слезами. Поэтому она и не заметила медленно приближающегося Мейго. Он решил сесть рядом и не хотел тревожить свою кхалиси, но дотракийская мощность всё сделала за себя. Дени вздрогнула и повернулась, но увидев Дотракийца, на душе вновь стало спокойно и она убрала свой взгляд.
"Я рад..."- проговорил он как будто в пустоту, и последовал примеру Дени, уставившись на ночное небо.
Дени слабо улыбнулась ему, понимая зачем он пришёл и смысл его нескольких, но очень важных для неё слов. Дейенерис ещё раз взглянула вверх и мысленно попрощалась с теми кого здесь потеряла, потом она встала и отправилась в ночной город, Мейго бесшумно следовал за ней.
Проходя мимо улиц уставленных шатрами, все Дотракийцы смотрели на неё с восхищением, желая прикоснуться или поговорить. Но сейчас Дени не обращала на них внимания и пыталась собрать мысли в кучу и рассказать кхалам всё самое главное.
На её удивление совет прошёл хорошо. Мужчины которые сидели там, очень отличались от тех кого она сожгла около двух лет назад. Эти кхалы считали её не просто равной себе, они выбрали её своей предводительницей. Хоть Дотракийцы и не были обучены каким-то манерам или правилам общения, каждый из них терпеливо ждал пока она выскажется, а позже и своей очереди. В конечном счёте, каждый кхал был согласен с идеей Дейенерис и они решили как можно скорее приступить к её выполнению.
Дени поняла что лучше действовать следующей ночью. Корхо, который проводил разведку несколько дней назад, видел основную часть кхаласара к югу от города. Поэтому Дейенерис решила появится с большой эффектностью и показать всю свою мощь управляя Дрогоном. Конечно она не собиралась без разбору сжигать тех, кто просто запутался и перешёл не на ту сторону. Она и сама поступила так однажды.
После того, как Дени найдёт большую часть кхаласара, к ней подоспеет меньшая, но верная ей армия. Если всё выйдет из под контроля и ей не удастся избежать столкновения с её же народом, придётся использовать драконий огонь и сжечь тех кто не преклонит колено перед Дейенерис Бурерождённой из дома Таргариен.
Но этой ночью Дени пообещала себе не думать об этом, она понимала что ответственность слишком велика и знала что ей надо отдохнуть. Заверив Корхо и Мейго в том, что здесь она в безопасности. Дени приказала полностью утолить голод и жажду её ребёнка и сама проследила за этим. Когда Дрогон вдоволь наелся, она провела своей ладонью между его ярких глаз и поцеловав, подобно ему, закрыла глаза. Она вспомнила тех, кто очень многое значил для неё, тех кто был её миром, силой, опорой. Она вспомнила Рейгаля и Визериона.Как же она скучала по двум другим драконам. Которые пугали и которых боялись все, кроме их матери. Визерион и Рейгаль были для неё многим. Почти всё время она проводила рядом с Дрогоном, но их она любила не меньше. Раньше она думала что во всём мире только четверо драконов, включая её. Но потеряв двух зверей, она обрела двух других от крови дракона. И один из них-её сын. Драконы почти исчезли навсегда, и только Дрогон являлся представителем этой расы. А его жизнь не вечна и безопасна, она уже убедилась в этом. Поэтому Дени пообещала себе что род драконов не прервётся, не при ней. Ведь когда-то, очень давно и её драконов где-то нашли.
Вскоре Дрогон взмахнул чешуйчатыми крыльями, посмотрев на неё понимающим взглядом и Дени с чувствами смятения вернулась в самый лучший шатёр священного города, принадлежавший ей. На пороге уже стояли две дотракийские служанки и ждали Дени, когда она зашла внутрь, они принялись наполнять ванну чистой водой и обогащать разными ароматными травками перемешанными с лепестками цветов тех мест. Заранее положив ночной халат на её кровать, они помогли раздеться их кхалиси и проговорив пару добрых дотракийских слов, вышли.
Винтерфелл
Тирион гостил в Северном Королевстве около месяца. С каждым новым днём, ему всё больше нравился тот дикий и нетронутый край. Хоть там и было очень холодно, Тирион держал себя в тепле частенько отогреваясь лучшем вином этого места. Но не только это согревало его в прошлом грешную душу.
После признания Сансы, все сильно поменялось. Тирион не знал, что несколько вовремя сказанных слов смогут изменить их жизни. Уже по дороге в Винтерфелл он начал испытывать странное чувство в области сердца, потом он старался всё отрицать и был холоден к самому желанному человеку в его жизни, но после тех слов он позволил себе влюбится и открыть свои чувства, скорее всего в последний раз. Видя Сансу, кровь в его жилах застывала и после многих попыток он не мог оторвать взгляд, больше нет. Тирион просто решил довериться своему сердцу, Санса точно стоит этого. Поэтому от Винтерфелльского холода теперь его спасала Санса.
В свою очередь она думала что все их встречи, их брак - это предначертание судьбы, ведь они были вместе с самого начала. Санса всего лишь взглянула глубже и понять что он ей нужен.
Тирион и Королева держали всё в тайне, и только они вдвоём знали насколько сильно любят друг друга. Они почти не пересекались утром или днём, ведь Санса должна была выполнять свои обязанности, а Тирион понимал что был практически бесполезен, и добрую половину дня искал себе другие занятия, пропадая то в библиотеке Винтерфелла, то в чертоге, то в богороще, которая его манила и пугала одновременно. Зато когда наступала ночь, он приходил в её покои и просто растворялся в этих огненных волосах и синеватых глазах. С годами её красота приобрела северную огранку, и стала в разы виднее. Сначала, было непривычно и непонятно, ведь Тирион больше всего на свете не хотел вредить ей. Но потом влюбленность переросла в страсть, а слова в действия. Они любили друг друга каждую ночь, не думая о правильности тех поступков. Тирион вообще не понимал что такое правильность в сравнение с ласками любимой женщины. От этих мыслей, Тирион и Санса становились только страстнее. Их сердца решили всё за них. Они больше не смогут без друг друга, Тирион точно знает это.
В одну из ночей, когда Санса ждала его на их привычном месте, Тирион не пришёл. Она немного напряглась, но не смела подавать виду и решив что он просто засиделся в библиотеке, направилась туда. Проходя по главному двору своего замка, она невольно подняла взор на темное небо озарённое звёздами. И смотря именно на это, она впервые задумалась о правильности своих действий, Джон доверял ей, доверил ей свой секрет. А она предала его, чтобы извлечь выгоду для себя, для Тириона и остальных. В какой-то момент ей стало гадко от самой себя, от всех своих поступков. Отец бы точно разочаровался в ней, ведь стая должна держаться вместе, не предавая друг друга. Сначала, правда услышанная из уст Брана пугала и злила её, но только сейчас она поняла что он не только Таргариен, он самый настоящий Старк. Он до сих пор является её братом. И то, что он любит Дейенерис, она должна смириться с этим. Она огляделась по сторонам и уже хотела подозвать одного из слуг, чтобы он принёс ей перо и пергамент, но внезапно, её конечности стали ватными, голова запульсировала от боли, а глаза налились свинцом. Последнее что она помнила, как кто-то подбежал к ней и поднял на руки. Она успокоилась и закрыла глаза.