Озвучивание не поддерживается в этом браузере
4.
После долгого сна Лилит вырвало.
Она истошно закашлялась, падая на колени и склоняясь над полом на четвереньках, выпуская наружу остатки алкоголя в виде прозрачной и мерзкой слизи.
— Сука, как же я это все ненавижу, — прошипела Лилиана, поднимаясь на дрожащих ногах и спеша в ванную, которая была в гостевой комнате.
— Господи, какая же я идиотка, — прошептала рыжая, раздевшись до гола и смотря на себя в зеркало перед тем как зайти в душевую кабинку.
Когда она вернулась обратно в комнату, то рвоты след простыл, а на рабочем столе покоились тёплые блинчики и её любимый чёрный чай с несколькими ложками сахара.
Конечно же, Лили охотно принялась за пищу, жадно облизывая пальчики от маслянистых блинчиков.
Отпив чай девушка немного оторопела.
Ещё один большой глоток, от которого она чуть не захлебнулась.
— Этого не может быть, — шепнула рыжая, понимая, что такой чай ей делал только Мурмаер.
Крепкий черный, с тремя ложками сахара и лёгкой кислинкой из-за добавленных туда витаминов.
Горестно поджав губы, Лилит расплакалась. Он продолжал заботиться о ней. Вспомнил, что ей надо продолжать пить курс витаминов.
Да черт! Он мог вообще не кормить! И рвоту не убирать.
Кинул бы тряпку и рыжая молча отдраила все полы.
Быстро дохлебав чай, девчушка поджала к себе ноги и накинула полотенце на плечи, продолжая хныкать, утирая слезы.
— Ты плачешь? — тоненький голосок отвлёк Лили, которая повернулась, укрываясь полотенцем.
На пороге комнаты стояла Эмилия — дочка Пэйтона.
Ей было всего четыре и жила она с рождения с отцом. Мать ее и видеть не хотела. А вот Лилит любила Эми, как свою.
— Брось. Тебе показалось, — девчушка посмеялась, растирая по лицу слезы, кутаясь в полотенце плотнее и вставая.
Эми подбежала, кинувшись Лили в объятия.
— Ты ж мое солнце, — рыжая села на ковер, прижимая к себе малышку.
— Почему папа запрещал ходить к тебе, Лили? Я ждала вас с папочкой, а вы не пришли ночью. А ты еще в другой комнате, — на глаза малышки навернулись слезы, а дверь комнаты резко распахнулась.
— Эмилия. Знаешь как я не люблю, когда ты не слушаешься? — прогремел рык Мурмаера.
Комментарии