под защитой плачущей Килебари

Чарли любил одиночество.

Одиночество давало над многим поразмыслить и прийти к некоторым выводам.
В детстве он всегда запирался в ванной и сидел под тёплым душем, чтобы подумать обо всём на свете: о цветах, море, солнце, объятьях, о девушках, в конце концов.
Отец этого не любил. Он постоянно нарушал покой среднего брата, стуча в двери своими большими и сильными кулаками, которых боялись многие друзья мамы мужского пола. Впрочем, после того несчастья, Жасмин рассорилась почти со всеми, и, так же как и Чарли, стала частенько сидеть где-нибудь в одиночестве. Только это была не ванная или спальня. Это были библиотеки. Она очень любила читать. В основном это были романы с плохими концами. Так она пыталась удостовериться, что её не одну настигла такая концовка. Грустная концовка.

Сегодня Чарли не разбудила ругань Матвея и Миры. Его не разбудил ночной кошмар, где он падал вниз с огромного здания, без шанса на выживание. Он не вскакивал от звука вещи, которая сваливалась со шкафа. Или от писка надоедливого комара, после которого его тело невыносимо чесалось. Сегодня Чарли проснулся сам.
Непривычно было в его комнате, словно здесь появился кто-то чужой и совсем незнакомый. Так и было. Возле окна лежала серая и неприятная раскладушка, на которой дремал Ючи. Его голубые волосы падали на лицо, а зелёный шарф так и остался совершенно нетронутым. Даже не снял его. Удобно?
Чарли не мог припомнить, были такие шарфы у других "защитников"? Или он такой один.
Как бы и не хотелось вставать, но пришлось. Парень никогда не засыпал после пробуждения. Это очень сильно бесило, особенно когда проснулся посреди ночи. Кровать скрипнула. Чарли вдохнул поглубже. Он проснулся?
Да.
Глаза Ючи потихоньку стали открываться. А руки зашуршали под одеялом. Как такой тихий и непримечательный звук смог разбудить человека? Но ему ничего не говорили про подготовку телохранителей. Их могли натренировать просыпаться от каждого небольшого звука, если такое вообще было возможно. А ведь правда, откуда они вообще? Сами захотели на столь сложную работу? Не оставалось иного выбора? Заставили?
Чарли мог перебирать ещё несколько тысяч теорий, но они оборвались. Ючи сел на колени и кинул взгляд на тоже сидящего парня, а затем прошептал:
- Доброе утро. Что бы вы... ты хотел на завтрак?
Мальчик прищурился. Он уже освоился довольно быстро. Возможно, во всём этом ему помогла сестра Мира. Она всегда была приветлива с добрыми людьми, поэтому к ней всегда все тянулись. Ючи добрый. Они, возможно, уже успели поладить и даже подружиться. Была надежда, что они бы могли встречаться. Младшей сестре никогда не везло с парнями, поэтому есть вероятность, что шансы остались.
Словно прочитав мысли Чарли, Ючи пролепетал:
- Мисс Мира показала мне вчера кухню. Так что?
Парня это очень сильно рассмешило, поэтому он сквозь широкую улыбку шепнул:
- Только чай. Печенье я сам достать смогу. Не переживай.
Как видно, Ючи от этого было не очень смешно. Он спокойно встал с кровати и зашагал к кухне.
"Не думал, что эти защитники теперь будут не только для меня охраной, но и личными поварами", - подумал про себя Чарли.
Придя на кухню, парень резко обратил внимание на Миру с её защитницей, имя которой только мог предполагать, ведь не слишком хорошо запомнил слова в бумагах. Алёна? Та самая художница со светло-коричневыми волосами. Шарф тоже имелся. Это у них ритуал такой? Тихие смешки доносились от девочек. Это было очень предсказуемо, ведь Мира никогда не заставит заскучать. Девочкам особенно. Она очень быстро привыкает и ведёт себя с ними очень позитивно. Сестра перевела взгляд на Чарли, и её улыбка резко спала с лица. Она смотрела на него как на что-то самое нелюбимое и неприятное. На что-то, о чем можно говорить только плохое и было бы простительно выражать в сторону этого объекта самые ужасные слова.
Она встала из-за стола и взяла брата за руку.
- Пойдём, - каменным голосом сказала она.
Ючи, стоявший у плиты, обернулся и спросил:
- Вы надолго? Чай за такое время может остыть, а последнее печенье кончится, ведь Алёна съела почти все.
Обвиняемая защитница зло посмотрела на стукача, а затем хлебнула из чашки с надписью "Love". Любимая чашка Миры. За один день они сдружились очень сильно, раз она доверяет подруге такую дорогую для неё вещь. Это кружка, которую привез ей отец из-за границы.
- Мы на пять минут, - сквозь зубы пробубнила младшая сестра, таща Чарли из дома. Взяла она парня очень грубо.
Они остановились у окна в спальню Чарли, в которой можно разглядеть раскладушку Ючи. Зад дома был окружён лесом, так что это было ещё не самое худшее место, где можно уединиться.
- Один день, - выдала Мира.
Чарли приподнял правую бровь, не понимая, к чему сестра клонит.
- Один день до прихода Ведьмы Разрухи в Килебари.
- Она прям так, по-твоему, и сказала? Точно считала для вас?
Рассказчица посмотрела на брата как на полного идиота, который лучше бы вообще не открывал своего рта.
- Хочешь, чтобы было ещё пораньше? Хорошо. Пусть так и будет, чтобы мы все скорее сдохли! Прямо сейчас!
- Извини, я не хотел так тебя задевать, просто это не может быть точно. Ты снова всё в газете прочитала?
- Чарли, пожалуйста, ты единственный тут, кто очень умён, что нам делать?
Для парня это была неожиданная и не самая приятная новость. С одной стороны - он умный, но с другой - на него сейчас полагаются, хотя навряд ли он сможет придумать хоть что-то разумное.
- Мы бы могли свалить, но как всегда мы послушали свою мать, поэтому теперь под угрозой... Хорошо, что у нас дом отец защитил от нечисти. Они не смогут навредить нам. А насчёт еды что-нибудь придумаем. Не зря же мама заплатила деньги за защитников.
- Я до сих пор ненавижу себя за то, что послушала тогда маму. Почему она поступила так безответственно, Чарли? Почему она нас бросила?!
Отчаяние. Страх. Грусть. Печаль. Тоска. Гнев. Ужас.
Мира заплакала. Она ещё долго плакала, уткнувшись в плечо брату. До сих пор была ребёнком. До сих пор какие-то слова могли сломать её и заставить рыдать. Она была хрупкой, а мир заставлял разбиваться на кусочки.
Такой же ребёнок.

Чарли и Мира вернулись домой. За столом не было Алёны, но зато были Матвей и его защитница. Ярко-фиолетовые волосы так хорошо выделялись на фоне старой и серой кухни. Оставалось только одно имя - Карина. Красивое имя и такая же красивая девушка. Матвей не разговаривал с ней. Он вообще не умел общаться с девочками, да и в принципе за этим не гнался.
Чарли сел за стол и попробовал чай. Холодный. Ючи наблюдал за каждым его движением, что очень насторожило парня. Что-то тоже случилось? Одного было уже давно достаточно, так теперь снова новости.
Карина тоже бросала взгляды на Матвея.
У всех защитников сегодня были известия для их подопечных. Это пугало и настораживало. Постоянные взгляды могут надоесть любому человеку.
Только после того, как Чарли выпил весь чай, он вспомнил про печенье. Грустная новость настолько вспудрила ему мозги, что теперь он вынужден есть их всухомятку. Всё же делать этого парень не стал.

***
- Чарли!
Голос из-за двери заставил мальчика оторваться от чтения.
- Да? Что такое?
В комнату вошёл Ючи. Вид у него был растерянный и взволнованный.
Он показал глазами на кровать, как бы спрашивая: "Можно? ". Чарли быстро захлопнул книгу и подвинулся, чтобы парень смог сесть.
- Сегодня день после нашего с тобой знакомства, поэтому нам с тобой нужно установить Связь Защитников. Да, звучит не очень понятно, но пока я просто должен взять тебя за руки. Ты же не против?
Чарли в недоумении посмотрел на собеседника, но руки протянул. Ючи взял их в свои. Холодные. Он словно держал их под ледяной водой. Было даже как-то страшно. Комфортно ли ему вообще с такими?
Ючи вдруг стал нашептывать непонятные и пугающие слова. Ничего из этого понять обычному человеку не дано. Начало происходить что-то странное. У Чарли закружилась голова. Снова появилась то чувство падения, словно ты опять в страшном сне. Вот только теперь это был не сон.
Чарли было плохо. Было сразу понятно, что дело в тех самых словах. Будто это было заклинание. В мыслях стало происходить что-то странное, и голос защитника словно стал громче в несколько раз. Он лишь смог прошептать:
- Ючи...
Головокружение прекратилось. Телохранитель вдруг резко обхватил парня за плечи. Чарли смог наконец привыкнуть к спокойствию.
- Всё. Всё закончилось, не волнуйся.
Мальчик оглядел комнату.
- Подойди к зеркалу. Ты поймёшь, я всё объясню.
Чарли поднял голову. Где он находится? Что здесь вообще произошло?
Ючи помог парню встать. Он выглядел уставшим, но за минуту пришёл в себя.
Подходя к зеркалу в коридоре, мальчик несколько раз чуть не упал. Чарли наклонился и прищурился: что это?
Смотрел он не на своё отражение. Он не смотрел на лицо Ючи, который стоял сзади и тоже виднелся в зеркале. Он смотрел на голову, который обвивал чёрный нимб, с которого словно свешивались пять фонариков. Всё это было слишком странно. Он появился на нём из-за того, что сделал Ючи? Парень потрогал этот нимб. Ничего. Это было неожиданно. Он словно провёл рукой по воздуху. Для чего это?
Чарли расплылся в улыбке и повернулся к защитнику.
- Теперь я могу видеть тебя везде.
- Что?
- Твой нимб я вижу даже через стены.
- А... Подожди-ка!
Парень вдруг побежал в свою комнату и захлопнул за собой дверь, а потом резко выкрикнул:
- В какой я стороне?
- Право.
- А сейчас?
- Чарли, ты не двинулся с места.
Мелодичный смех был слышен даже через стену. Он был громким и неподдельным. Таким искренним смех был не у каждого. Этот звук мог заполнить всё помещение, давая ему радость. То самое детское счастье. Ючи тоже засмеялся, но быстро заглушил смех ладонью. Он и так слишком много позволяет себе. Что не так опять?
Чарли выглянул из-за двери, просунув только свою голову с рыжими волосами. Он был рад.
- Ючи, мне эта штука так идёт! Раньше я не знал, какая в моём стиле может быть изюминка, а теперь даже думать не надо. Правда мне идёт?
Да.
Ючи считал, что ему шло.
Ючи считал, что он самый красивый парень на свете.

***
- Уже завтра...
Паника вновь охватывала Миру. Она сидела за столом и закрывала лицо руками.
- Завтра мы подвергнемся этому ужасу.
Матвей сидел рядом и смотрел, как Алёна протягивает подруге её любимую кружку, в которой плавала вода. Чарли сидел напротив всех, словно оторванный от мира, словно он здесь лишний и совсем не вписывается ни во что. Единственное, что ещё намекало на то, что он всё же не один - нимб на голове у его брата и сестры. Им тоже пришлось сегодня чувствовать то же самое, что и он. Но это ещё могли быть просто догадки. Возможно, они и не ощущали ничего необычного.
Карина что-то искала в шкафчиках, а Ючи заваривал для себя зелёный чай. Они тоже пытались быть спокойными, но дрожание их выдавало. Многие движения человека очень выдают. Это было обидно и для Чарли.
- Мира, не выдумывай себе многое. Я защищу тебя, несмотря ни на что, - погладила её по голове Алёна. Тем более про дом мы все знаем. В такие дни нам нужно стараться быть спокойными. Мы всегда поддержим тебя.
Она почему-то глянула на Чарли. Живот заныл. Почему именно на него? Лучше бы так на Матвея смотрела. Он может легко довести до срыва любого. Даже Ючи. Наверное.
Они ещё долго разговаривали. Чарли хотелось плакать вместе с Мирой. Она была всё ещё безутешна. Он тоже.

С детства Чарли боялся войны.
Папа очень любил включать на старом телевизоре такие фильмы. В них было очень много крови и страданий. Мальчик не мог на такое смотреть. Ему казалось это бесчеловечным и ужасным. С каждым разом он убеждался об этом всё больше.
Матвей такое любил. Отец всегда покупал ему игрушечные танки и самолётики. Чарли ненавидел их. Он просил Матвея никогда не доставать эти игрушки, когда он рядом, но старший действовал на зло всем.
Мира была того же мнения с Чарли. Она постоянно жаловалась на то, что брат пугает её своими страшными машинами, поэтому он всегда ей мстил. Когда она играла в куклы, Матвей расстреливал их из танка и обрушивал самолёты на мирные города, состоящие только из цветов, насыпанных на ковёр.
Родители понимали, что с таким поведением Матвей никогда не вырастет прилежным, но они были слишком пугливы, чтобы наконец поговорить с ребёнком.
Они были слишком глупы, чтобы думать.
Они были слишком хрупкими, чтобы дальше так жить...