Красные огни

Над ухом резкой трелью зазвенел телефон. На первые звонки Марк зажмурился и только уткнулся лицом в складку дивана, но когда количество звонков перевалило за пять, он понял, что покоя ему не видать, и нащупал сотовый под боком. С трудом продрав глаза, он разобрал имя звонившего: Джуд.

Ее звонок не сулил ничего хорошего.

— Алло?

— Спишь что ли?

— Ничего я не сплю, — сонно прохрипел Марк и поморщился: он все еще чувствовал на языке вкус выпитых накануне коктейлей.

— Да ну? — послышался сухой смешок. — Где ты? Твой отец в панике. Он тебя ищет по всем углам мира — представляешь, даже до меня добрался.

В ее тоне без труда угадывалась шпилька.

— Он звонил тебе?

— Нет, я это выдумала, — желчно ответила она. — Что с тобой происходит?

Ее раздраженный голос тут же напомнил Марку, почему в последнюю их встречу он убежал от нее без оглядки, как марафонец на финишной прямой.

— Я же сказал, что нашел работу в кафе, — неохотно сказал он, чувствуя, что это звучит как оправдание.

— Это не объясняет твое исчезновение. У тебя там что, телефон отбирают? Позвони отцу, а то он неровен час в полицию пойдет, и я его в этом совсем не виню.

— Какая еще полиция? — огрызнулся Марк, сжимая телефон с такой силой, будто пытался его придушить. — Я совершеннолетний, если вы оба не заметили.

— Ну так веди себя соответствующе! Быть взрослым — это не значит исчезать и переваливать на меня свои проблемы!

— Может, пришлешь мне копию своей книги "Как быть взрослым", раз уж ты такой эксперт? — рявкнул Марк.

Последующие гудки поставили жирную точку в разговоре. Марк отшвырнул телефон, и с глухим стуком тот утонул в ворсе ковра.

— Утро, которое нельзя назвать добрым? — услышал он со стороны лестницы и оглянулся.

На подъеме в комнату стоял Френсис, облокачиваясь о перила. Он успел поменять одежду на черную толстовку и спортивные штаны — очевидно, он не только давно встал, но и домой успел съездить. Он выглядел свежим и собранным, с деланно небрежной укладкой в виде зачесанных волос и начисто выбритым лицом, но что-то во взгляде прищуренных глаз намекало на недосып.

Марку резко захотелось провалиться сквозь этаж, а затем и под землю. На какой бы круг ада он ни попал, он хотя бы освободится от резкой пощечины стыда, поскольку он все еще дрыхнет, в то время как остальные уже активно живут этот день.

А еще — потому что Френсис явно слышал окончание разговора.

— Ты все слышал, да? — решил подтвердить свои опасения Марк.

— Боюсь, тебя даже внизу слышали, — ответил Френсис с нейтральным выражением.

— Это моя де... подруга, — в последний момент свернул Марк в другом направлении: не только потому, что по какой-то причине ему не хотелось ставить Френсиса в известность относительно своей личной жизни, но также потому, что он и сам не знал о ее состоянии и кем ему приходится Джуд в свете последних событий.

— Да всем уже ясно, что с девушками у тебя не очень, — с прежней нейтральностью сказал Френсис. — Стоит только посмотреть на Мун в твоем обществе.

— У тебя у самого-то есть девушка? — буркнул Марк. — Или ты все дни проводишь с Мун в этом кафе?

— А она по определению не может быть моей девушкой? — хмыкнул Френсис. Прежде, чем Марк успел с ужасом рассмотреть эту мысль, он добавил: — Вообще-то, она не мой типаж, так что нет. В любом случае, я пришел проверить, жив ты после вчерашнего или не очень.

— Наполовину, — ответил Марк, хотя после звонка Джудит — и вовсе на треть.

— Одной твоей половины мне хватит. Спускайся вниз — нас ждет разговор.

Прозвучало настораживающе. Марк вскинул на него внимательный взгляд, ожидая либо внезапного увольнения, либо выселения, либо известия, что вся эта тема с теневой стороной была лишь огромной и несмешной шуткой.

Френсис это заметил и коротко улыбнулся, прежде чем скрыться внизу:

— Не переживай, тебе понравится.

— Обнадеживает, — саркастично пробормотал Марк.

Оставшись в одиночестве, он вытянул из ковра телефон и пролистал соц.сети — лишь затем, чтобы с раздражением увидеть кучу сообщений от отца. Откинув телефон подальше, он прикрыл глаза, ощущая тяжесть на веках. Но делать нечего — нужно вставать.

На душ он потратил не больше пяти минут, не собираясь заставлять Френсиса ждать. Спустившись вниз, он обнаружил первый этаж в достаточно пустынном состоянии, не считая одинокой девушки за стойкой с книгой в руках да Френсиса за одним из столиков у окна. Усевшись напротив него, Марк попытался скрыть вышедший из-под контроля широкий зевок.

— Осторожно, а то голубь залетит, — пошутил Френсис и пододвинул к нему тарелку с блинчиками и чашку кофе.

Марк удивленно уставился на горячий завтрак перед собой.

— Это мне?

— Ты видишь тут кого-то еще?

— Как заботливо, — прокомментировал Марк, пытаясь смыть смущение за сарказмом.

— Я передам Конраду, — непринужденно ответил Френсис и отсалютовал тому коротким жестом.

Марк оглянулся. Тот как раз вышел из кухни с подносом круассанов в руках.

— Я думал, сегодня твоя смена, — сказал Марк.

— Я поработал утром, — сказал Френсис, и Марк взглянул на время на телефоне, гадая, что для Френсиса значит утро, если не одиннадцать часов первой половины дня, а тот продолжал без паузы: — Мне нужно по делам, но сперва я хотел с тобой кое-что обсудить.

Марка тут же укололо чувство, что разговор предстоит нешуточный.

— Я думал том, что произошло на той стороне... — Френсис задумчиво отстукивал пальцами по собственной чашке с кофе.

— И ты думаешь, что я не готов и брать меня было ошибкой? — подсказал Марк, обращаясь к блинчикам.

Френсис вздохнул.

— Единственной ошибкой было швырнуть тебя на поле безо всякой подготовки. Я подумал, в холодной воде ты быстрее научишься плавать, а в итоге ты чуть не потонул.

И он пожал плечами с таким видом, словно одержал поражение.

— Я сам напросился, — вставил Марк.

— Это было не твое решение, — снисходительно возразил Френсис. — Больше мы такого не допустим. Давай превращать тебя в рыбу. Я придерживаюсь гуманного подхода в обучении, так что спрашивай все, что хочешь знать.

И с вежливым ожиданием он глотнул кофе.

С легкой руки Френсиса оказавшись на просторе свободы, Марк тут же растерялся со всеми мыслями и вопросами, которые прежде не выходили у него из головы.

— Э-э-э...

Глядя на его нервозную заминку, Френсис не удержался и прыснул.

— Да не переживай так, мы ж не на экзамене.

— Я могу спрашивать обо всем? — уточнил Марк так, будто не верил в подобную вседозволенность.

— Ну, никто не в праве очерчивать тебе границы дозволенного. Спрашивай что хочешь — а уж по адресу ты или нет, это другой вопрос.

— Как давно вы знаете о теневой стороне? — спросил Марк первое, что пришло на ум, и выжидательно прикусил зубчики вилки.

Френсис сделался задумчивым. Он взял из подставки зубочистку в бумажной обертке и, играясь ей в пальцах, ответил:

— Первым стал Рем. Шестнадцать лет назад он научился локализировать прорывы между сторонами.

— Прорывы?

— Да. Это такие проклятые точки в пространстве, сквозь которые теневые твари могут пробираться на нашу сторону.

Марк представил Высшего или гончую на улицах Берлина и тут же испытал укол скепсиса.

— Тогда почему я никогда не видел ничего подобного, пока не познакомился с тобой?

Френсис усмехнулся.

— Мне нравится твоя постановка вопроса... Однако ответ в том, что до рассвета они сбегают обратно в тот же прорыв, откуда появились, либо подыхают. Они попросту не выживают под солнечным светом. Ну и то, что ты никогда никого не видел и не слышал, подтверждает, что мы неплохо выполняем свою работу. Видишь ли, одна из наших задач — не позволять прорывам появляться в принципе.

— Окей... Так что там с Ремом?

— Рем работал на сейсмологической станции Потсдама. В один день по Берлину прошелся не совсем характерный двухбалльный толчок. Ничего особенно критичного — земля не сыпалась, здания не качались, их даже люди не замечают. Потом это повторилось. Потом опять. Толчки начали происходить с некоторой периодичностью.

Френсис сделал паузу на глоток кофе и продолжил:

— Его коллеги списали все на обычные подземные волнения. Такое случается. Но в отчетах Рема что-то не сходилось. Он снова и снова проходился по показаниям датчиков, начал изучать эпицентры толчков — короче, парню не хватало хобби... Так или иначе, он понял, что катализатором толчков являются некие энергетические сгустки, которые соединяют наш мир с его теневой изнанкой.

Марк внимательно слушал, пытаясь собрать историю в единую картину.

— Но как он это понял? Он умеет туда выходить?

— Нет. Для этого он собрал первую команду агнийцев.

— Но... — Марк растерянно уставился в пространство. Пазл не сходился, не хватало слишком многих деталей. — Но как он обнаружил агнийцев? И откуда взялась настойка?

— Он работал с человеком, который ему помогал. Был тот человек агнийцем или нет — я не знаю, но что я знаю точно — он помог ее разработать.

— И где он сейчас?

— Где-то в прошлом, — протянул Френсис и глотнул кофе. Марк почувствовал, что это одна из тех тем, про которую он сказал "не по адресу".

Поэтому Марк не стал до этого докапываться, отложив на потом, и вместо этого принялся размышлять вслух:

— То есть, вы не первая команда...

— Конечно, нет. Я тогда еще только в школу ходил и печалей не знал, — с намеком на мрачную шутку сказал Френсис.

Марк обдумал его слова. Задумался, сколько Френсису может быть лет. И вдруг осознал:

— Так мой брат был одним из первых агнийцев?

Френсис кивнул, и Марк посмотрел на него с надеждой, как на оракула, который раскроет ему все тайны жизни.

— Что с ним произошло?

— Девиация. — Френсис наклонился ближе с серьезным лицом. — Иногда агнийцы теряют ориентацию между сторонами — и внешнее перекидывается на внутреннее. Знаешь, будто шестеренки заклинивают, и весь механизм ломается.

Марк непонимающе на него смотрел. Френсис пояснил:

— Иногда агнийцы застревают. И становятся одержимы Тенью.

— Одержимы?

— Вот тебе пример: у Рема как-то была группа — после твоего брата, но до меня, — и одна агнийка застряла. Ее напарник отправился ее искать — а вернувшись, он разорвал свою группу и попросту самоубился.

С мрачным видом Френсис махом допил свой кофе.

Марк нарисовал в воображении страшную картину, включающую неподвижные тела и оторванные конечности, и поежился. Аппетит у него пропал. Отложив вилку, он заставил себя спросить:

— Это случилось с моим братом?

— Не очень понятно, но есть такая вероятность. Только вместо того, чтобы вернуться и устроить кровавую баню, он застрял на той стороне. Как ни странно, это к лучшему: именно это и дает шанс на его спасение.

— Но если он одержим, — медленно заговорил Марк, — то с чего вы взяли, что мы можем его спасти? И что я могу как-то помочь? Я имею в виду, он меня наверное даже не узнает...

Френсис приподнял ладонь, возвращая себе слово.

— Одержимые помнят себя и свое прошлое. Они просто... словно пробуждается их худшая сторона, и она полностью перекрывает весь тот свет, что в них есть. Я только что сказал про случай, когда агниец распотрошил свою команду — можешь быть уверен, он прекрасно помнил, кто он такой.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я встречал одержимого. И если бы он не пытался меня сожрать, я был бы уверен, что все еще разговариваю с тем, кого я знал. Так что будь спокоен — мы выйдем на Демира. Только не принимай на свой счет, если он вдруг решит разорвать тебя пополам.

— И что мы будем делать? Совершим обряд экзорцизма? — нервозно сыронизировал Марк.

— Будем решать вопросы по мере их поступления.

Они помолчали еще немного, каждый в своих мыслях. Затем Марк спросил:

— Неужели это все действительно происходит? Мой брат застрял непонятно где?.. Может, я просто брежу?

— Ну... — Френсис задумчиво на него посмотрел, — конечно, нужен кто-то, кто разделяет твою реальность, иначе это не реальность, а шизофрения. Но тебе нечего бояться — ты не один. Как минимум — я тоже замешан в этой каше.

— Обнадеживает, — сардонически кивнул Марк, думая про предыдущие команды и их незавидную судьбу. — А почему ты выбрал эту... работу?

Слово "работа" как-то не очень вязалось с концептом происходящего, но лучшая характеристика в голову не шла.

Френсис смотрел на него без улыбки.

— Она выбрала меня.

— Это как?

— Крайне захватывающая история, но отложим ее до лучших времен.

Они замолчали, и краем глаза Марк заметил Мун, которая с привычным лицом злобной ведьмы стояла за пустой кассой и копалась в планшете, нисколько при этом не реагируя на неразличимую болтовню Конрада под боком.

— А причем здесь Мун? — тихо спросил Марк, чтобы она не услышала.

— Мун... — Френсис проследил за его взглядом. — Они с Ремом давно уже вместе.

— Вместе? — Марк чуть не подавился воздухом.

— Держи свою фантазию в руках, — усмехнулся тот. — Она ему как дочь — он взял ее лет десять назад, когда ей было что-то около четырнадцати.

— Откуда она взялась?

Френсис криво усмехнулся.

— Если тебе захочется взглянуть в бездну и чтобы бездна посмотрела на тебя — спроси ее лично.

Марк нахмурился. Что бы ни крылось в прошлом Мун, он точно знал, что не имеет желания в это лезть — в конце концов, он не суицидник.

Более легким тоном Френсис добавил:

— Мун и Рема нельзя считать фасолинами из одного стручка, хоть они и слиплись в крепком тандеме. Вообще Мун неплохая. Помогает и все такое.

— Помощь заключается в том, что она грубит на каждом шагу и подмешивает людям в чай всякую хрень? — и Марк закивал с картинным одобрением ее обязанностей. — Прекрасно!

— Не хрень, а настойка, во-первых, — с улыбкой поправил его Френсис. — Во-вторых, не спеши кидать все стрелы в Мун. Идея была моя.

Марк так и застыл.

— Что?.. Но Рем сказал, это был его приказ.

— Не верь всему, что тебе говорят.

— То есть, это была твоя идея обманом накачать меня настойкой и затащить на теневую сторону? — резюмировал Марк, мрачнея с каждым новым словом.

— Сплю я так же крепко, как и раньше, — непринужденно ответил тот.

— Тогда почему Рем сказал, что это был он?

— Наверное не хотел, чтоб ты затаил на меня зла, — предположил Френсис с туманной насмешкой.

Отчего-то Марку подумалось, что он лукавит, но придраться было не к чему. В этот момент раздался неожиданно громкий звук приглушенной вибрации. Френсис достал из кармана сотовый.

— Алло?.. Да еду уже, не суетись. Да не гони, у тебя там поршни не чищены с первого пришествия. Наждачкой пройтись, смазать — и будет как новенькая. М?.. Ну поменяем, коль тебе так хочется... Нет, сначала в мастерскую, — он посмотрел на наручные часы. — Через полчаса буду.

Френсис убрал телефон и поднялся.

— Не стесняйся, набирай в любое время. Есть мой номер? Нет? Возьми у Конрада.

Накинув куртку, Френсис легким шагом вышел на улицу с низко нависшим небом. Через окно Марк наблюдал, как он забрался в рыжий форд на парковочном месте под кленом у окон кафе. Опустив боковое стекло, он выставил локоть на раму и прикурил сигарету. Всё это время он, казалось, не замечал взгляда Марка, но тут неожиданно повернул голову и посмотрел прямо на него.

Френсис глубоко затянулся, выпустил из легких дым — и вдруг подмигнул. Прежде, чем Марк успел как-то отреагировать, он зажал сигарету в зубах и вырулил на дорогу. Стремительно набирая скорость, форд скрылся из виду.

Марк невидящим взглядом уставился на практически нетронутую тарелку блинчиков. Голода он не испытывал. Странное теплое чувство защекотало в груди, и с необычайно приподнятым настроением он подумал, что вполне может помочь Конраду с уборкой. Взглянув солнечным взглядом на начавшийся на улице дождь, он пружинисто вскочил на ноги и принялся убирать со стола.