Глава 14.
Когда я подписала сделку с дьяволом, знала, что это ни к чему хорошему не приведет. Я могу потерять все, либо же потерять саму себя. Ройл необычный человек, он заставит меня подчиняться любым его прихотям, приказам...
Только вот, он так просто не получит это все. Если этот псих думает, что я просто оставлю все способы, чтобы избавиться от него... Мне придет сделать все так, что его шантаж окажется для меня пустым местом. Любым способом, но я сбегу от сюда.
Мои глаза медленно открываются. И какое было мое удивление, когда я увидела стены родной комнаты. Может, это был сон? Или же я просто себе это придумала? Может, я попала в другой мир? Избавилась от этой черной дыры, которая затягивала меня с каждым днем все глубже и глубже...
— Карлин, ты очнулась...— шепчет дрожащий голос, после этих слов я чувствуют, что это голос держит мою руку. Глаза возвращаются к родному голосу, который я не готова потерять никогда в этой жизни. Выражение лица Фрэнса кажется мне очень странным. Эти эмоции выглядит такими грустными, шокирующими.
— Скажи, что он снова делал с тобой? Авария подстроена, не так ли?— накидывается с вопросами брат, когда я совершенно не понимаю ничего. Какая еще авария? Значит я не выпала из этой суворов реальности, а всего лишь пропала во сне?
— А.авария...? Как я вообще оказалась тут?
— Ройл вызвал полицию, ведь мотоцикл, на котором вы ехали куда-то, не справился с управлением.
Какая еще авария? Он делал со мной грязные вещи в лесу, после чего мне стало плохо. Мы же никуда не ехали... Очевидно, что он это все подстроил. Я не буду наивной идиоткой, чтобы верить в дурные бредни этого психа.
— У тебя даже ссадины есть. Скажи мне, действительно ли была та авария?— дрожащим голосом задал вопрос брат. Что-то мне кажется, что Фрэнс знает больше. Он ввязался в грязную игру, и просто врет мне. Я чувствую это.
— Брат, почему я чувствую, что в твоих глазах больше, чем ты готов рассказать?— шептала я, ловя взгляд Френса, полного таинственности.
Он крепче сжал мою руку, словно хотел удержать от меня что-то болезненное.
— Карлин, жизнь нас обманывает, и мой секрет – это лишь еще одна тень в этой темной игре.
Слова его прозвучали, как предвестие бурь, и я почувствовала, как дрожь пробежала по всему телу. — Не скрывай от меня. Мы ведь всегда делились всем. Почему сейчас иначе?— мой голос дрожал, словно последняя надежда покидала меня.
— Иногда защита своих близких требует жертв. Но обещай мне, что будешь сильной, даже когда узнаешь правду,— прошептал брат, и его глаза затмевало что-то грустное и несказанное.
Слезы подступили ко мне, и я поняла, что моя жизнь разрушается, как стекло, а внутри меня растет боль, о которой я даже не догадывалась.
— Да почему ты тогда меня спрашиваешь, словно я больна? Будто я заразилась сумасшествием Ройла! Я хочу спасти твою задницу! Поехали со мной к тетушке? Мы поступим там в новый университет, будем снимать квартиру. Мама с отчимом будут рады, если нас здесь не будет!
Френс медленно опустил взгляд, словно тяжесть невысказанных слов сжимала его грудь.
— Карлин, мне нужно рассказать тебе нечто. Эти слова оставят в нашей жизни след, который не исчезнет. Мама с отчимом ждут ребенка. Но, Карлин, это не радость. Это не вовремя, и я не знаю, как нам с этим справиться,— глаза его выражали грусть и беспокойство, словно он нес ответственность за несчастье, нарушившее обыденность нашей.
— Что...? Скажи, что ты шутишь!
Я резко поднимаюсь с кровати, а тупая боль в голове стает помехой. Нет! Да почему они всегда делают себе хуже! Какой еще к черту ребенок? Пусть мои мысли будут грехом, но невинная душа не должна страдать от таких родителей!
— Нет. Не шутка. Поэтому, я не покину их. Не только через эту причину, а еще и через то, что если уеду, буду убит.
В области грудной клетки начало давить. Мне нужно уехать. Это уже становиться полным концом для меня. Мать и так не дружит со своим разумом, а если и беременная сейчас, то сведет с ума всех.
— Дай мне немедленно телефон и тот блокнот, что лежит на столе!— потребовала я, сжимая руку в кулак. Хорошо, что я записала номер в блокноте тети.
Брат дал мне то, что я просила. Сейчас, моя надежда либо разрушиться, либо будет спасена. Это единственный вариант, который спасет мою задницу из этой тьмы и опасности. Сейчас поздно, но мне нужно заснуть с мыслями, что делать дальше, если мне откажут.
Набрав номер Джоселин, пошли гудки. Они были недолгие, но мне казалось, что они шли вечность. Наконец, трубку взяла тетушка.
— Здравствуйте, кто это?— сразу звучит ее обеспокоенный нежный голос. Я закрываю глаза, а затем быстро вдыхаю, отвечаю:
— Извините, что звоню так поздно вам. Не знаю, узнаете ли вы меня, но я Карлин. Племянница. Дочь Аврелиана.
Секундное молчание. Наверняка, она подумает, что я больная звонить ей в час ночи. Но мне срочно нужно спланировать все заранее. У меня должен быть план, по которому я должна четко идти.
— Боже, детка. Да я помню тебя. Не говори глупостей. У тебя что-то случилось, что-то с мамой?
— Нет, у нее все очень хорошо, даже очень. Мне нужна ваша помощь. Я нахожусь в большой опасности. Меня преследуют здесь. Полиция не возьмется за это дело, а к маме обращаться я не могу. Тетя, я нахожусь в безвыходной ситуации. Знаю, что плохая племянница, ведь все эти года не имела твоего номера. Мама запрещала с
тобой созваниваться.
— Помогу чем смогу, милая. Скажи, точно, что могу сделать?
— Мне нужно только одно, сбежать от сюда, и некоторое время пожить у тебя. Дальше, я устроюсь на работу. Не буду тебя тревожить. И нужно еще другой паспорт. Ведь полиция будет искать меня везде.
Она молчит, будто не хочет в это ввязываться. Да я бы на её месте тоже молчала, ведь мои слова могут показаться ужасом каким-то.
— Хорошо. Я тебе в смс скину свой адрес. Бери билеты на следующий четверг. У тебя есть время?
— Думаю да, я как раз смогу пропасть из этого города спокойно, и без лишних глаз.
— Хорошо. Тогда до завтра, скинь мне всю информацию на эмейл. Буду ждать, только будь аккуратней.
Звонок окончен. Боже! Мне удалось! Удалось договориться. Ночлег будет на пару дней. Нужно будет оформиться в университет и найти подработку. И главное, новый паспорт.
— Ты идешь по тонкому льду, Карлин, но это самый безопасный вариант. Он не найдет тебя там. Думаю, он поднимет даже Интерпол, если захочет. Не ведись на любые угрозы от этого ублюдка.
— Знаешь, в этом всем виноват ты, но никак не я! Ты ввязался в это дерьмо по уши! И ты даже не хочешь мне сказать, что происходит!
Он молчит, не отвечая на мои слова. Не знаю, но он делает самую большую ошибку. И кажется, нас ждет худшее впереди, а сейчас лишь разминка.
— Спокойной ночи, Карлин,— сказал Френс, и просто ушел. Я смотрела на ту дверь, где он вышел.
Теперь, мне нужно за это неделю успеть многое. Первое, я должна быть добра с Ройлом, но не вести себя подозрительно. Должна показать, будто смерилась с его клеткой. Второе, нужно прочитать книгу и украсть её. Третье, изучить поместье Элфордов. Четвертое, связаться с детективом.
На это все есть только семь дней. Я засажу Ройла за все поступки, которые он совершил. Думаю, мне помогут. Полиция не может сжечь все доказательства, а должна принять меры.
Я поднимаюсь с кровати, а затем сажусь в кресло. Открыв крышку ноутбука, набираю в браузере «Билеты железнодорожного вокзала Сэнт-Элфорд». Насколько я помню, то прямой поезд был в Портсмут.
Билеты были как раз на четверг. Нужно ехать вечером, за день я смогу побывать в университете, и увидеться с детективом... Нет, я не влюбилась в него. Сейчас и особо времени нету, но что-то зацепило в нем. Он, будто ясновидящий, и видит меня насквозь, ведь не помог бы тогда. Мне нужно поговорить с ним, смогу ли я долго оставаться в Портсмуте, или же нужно будет прятаться по всей Европе. Не станет же Ройл искать меня по материку, или же станет?
Я купила билет. Поезд отправляется в девять часов и 15 минут.
В принципе, с новым паспортом меня не найдут. Поэтому, не нужно переживать. Хорошо, что моя тетя работает в паспортном столе, и сможет мне это все оформить. Помню, как папа все ругался на неё, а я не понимала. Позже, Фрэнс рассказал, что сестра отца занимается незаконными вещами.
***
— Хватит спать!— заорала мать мне над ухом. Я лениво повернула к ней голову, а она еще сильнее разозлилась. Кажется, будильник еще не прозвенел. Что ей нужно?
— Знаешь, я дала тебе время отойти от аварии, а теперь хватит,— она резко хватает меня за волосы и откидывает назад, ударяя меня об стену. В глазах появились яркие пятна.
— За что?— прохрипела я, в затем притронулась аккуратно к её руке, но она откинула ее. У меня есть возможность закричать, ударить её, но не стану. Лучше стерплю, ведь через неделю меня здесь не будет, а если сейчас что-то сделаю — могут появиться проблемы. Раньше, моя мать рылась в моих вещах, забирала карманные деньги, которые присылала бабушка, или же выкидала всю мою косметику. Хорошо, что сейчас это прекратилось. Но в любой момент все может повториться, поэтому, сейчас нужно стерпеть.
— Ты живешь в моем доме, и при этом оскорбляешь моего законного мужа, показывая фокусы! Ты шастаешь не пойми где! Зачем тебе пригодились таблетки срочной контрацепции? Ты уже начала спать с мужиками, мелкая тварь?! Скажи мне! Ты позорище!— кричит мать так, что даже закладывает уши. Ненавижу ее голос. Ненавижу ее. Через секунду после ее слов, она замахивается и влепляет мне сильную пощечину.
— Таблетки были нужны для моей подруги!
— Да не ври мне! Может ты спишь с моим мужем? Я вижу, как ты заглядываешься на него!— и снова мне прилетает звонкая пощечина. В голове все шумит, в глазах темнеет, но я стараюсь не показывать виду. Мне так больно... Каждое её слово, насыщенное подозрениями, падало на меня, как камень, раня мою душу. Мать, вместо любви, подселяла в мою жизнь тень подозрения, заставляя чувствовать себя предательницей в собственном доме. Боль от её унижений проникала глубоко, словно остриё невидимого ножа, оставляя в душе непохожий на что-либо след горечи и разочарования.
— Я никогда в жизни не заглядывалась на него. Никогда.
Дверь моей комнаты резко открывается, и в проеме стоит сонный, взволнованный брат. Он видит, как мама держит меня за волосы, после чего быстро подбегает к ней и хватает её за ту руку, которая вцепилась в мои волосы. Тяжелый капкан спадает с моей головы, а я отодвигаюсь на сам край кровати.
— Выйди от сюда сын. Мне нужно поговорить с этой мелкой потаскухой!
Реакция моего брата была быстрой. Его лицо изменилось в злобное, после чего он сел ко мне кровать и заставил положить голову у нему на плечо. Мать только подняла брови, в шоке от того, что её любимый сын помогает мне. Почему у меня есть ощущения, что я чужая для неё. Почему?
— Да сколько можно?! Ты бы заместо этого, хотя бы чуть чуть поинтересовалась о ее жизни! Есть ли у неё проблемы, переживания! А они есть у неё! Ты бы знала это, если проявила к этому интерес! Но как тебе может быть это интересно, если ты кроме своей веры в Бога и мужа забыла о всем!
— Да как ты смеешь? Она оскорбила...
— Она никого не оскорбляла! Твой «любимый» докапывается к каждому ее шагу! Либо вы двое остановитесь, либо я сделаю так, что он уйдет от сюда! Я докажу всем, чем ты занимаешься дома! Как избиваешь свою совершеннолетнюю дочь!
— Послушай, паршивка, я не поверю ни единому слову твоему и моего сына, ведь он специально защищает тебя. У нас скоро будет ребенок и в этом доме все измениться, если увижу что-то в твоем поведении — убью тебя, и даже не постыжусь!