Выбор.
Вот уже прошло две недели с начала учебы в музыкальной академии. Чимин был прилежным учеником вокального класса "А". Он не прогуливал пары и всегда преуспевал во всём. Некоторые могли назвать его занудой и ботаником, но это было не так. Совершенно.
Юнги же мучился всё это время в вокальном классе "В". Он полностью скатился на неудовлетворительные оценки, но его это устраивало. Казалось, что он просто чего-то ждёт. Ведь его голос был великолепен, и с таким талантом, он мог быть лучшим учеником. Зато Юнги был общителен и вскоре завёл большое количество друзей, нет, знакомых. Друг у него был лишь один - Хосок.
Но это не самое важно, ведь один день изменил их судьбы, перевернув всё с ног на голову.
Это был обычный день. Он совершенно не отличался от других, ну, не считая вечера. Сегодня должен был быть сбор учеников академии. Обычно на этих сборах называли тех, кто преуспел на определённое количество времени, а так же называли тех, кому надо бы подтянуться. Это кажется не таким уж и критическим событием, но на таких сборах решались судьбы многих учащихся. Волнение переполняло всех, поэтому сам день был дёрганный. Кто-то пытался исправить что-то, кто-то пытался сдать все долги, ну а кто-то (Юнги, Юнги) просто валял дурака.
– Ты реально не боишься, что тебя могут отчислить? – Хосок уже сотый раз задавал этот вопрос другу, в то время как тот просто смотрел в окно.
– А чего бояться? Ничего же смертельного не происходит. Пф, подумаешь, сбор. И что в этом такого?
– Ну.. тебя ведь отчислить могут.
– И? Что это меняет?
– Твой отец будет в ярости. Ты же мне сам рассказывал, что будет если тебя выпрут. – услышав это, Юнги медленно встал и, грозно посмотрев на друга, вышел из класса. Тема отца всегда его сильно задевала.
– Стой!
– Отвали уже. И так тошно.
Хосок хотел было побежать за другом, но остановился. Он знал, что где-то глубоко внутри у его друга всё таки есть капелька волнения из-за возможного отчисления. Чон пообещал сам себе, что сделает всё возможное, чтобы Мина не отчислили.
Юнги грозно шёл по коридору, ведь время поджимало. Уже совсем скоро будет этот гребанный сбор. В принципе, ему хотелось отчисления, ведь тогда он будет свободен. Но когда мысль о свободе посещала его, то в голове вновь и вновь звучали слова отца. Из-за этого Мин не знал, что же ему делать и решил по-тихому уйти из академии, пока сбор не закончиться. О последствиях он даже и не думал.
Всё шло гладко, Юнги уже видел дверь на свободу, но не тут то было. Дверь ему перегородил сам директор.
– Прогуливаем пары? Какой плохой мальчишка. – директор смеялся и веселился, а парень не мог понять, что смешного происходило. – Слушай, Юнги, ты знаешь меня, я знаю твоего отца. А тем более я знаю, что он тебе сказал. Поэтому сегодня у нас будет разговор после сбора, надеюсь, что ты соизволишь явиться. Жду тебя!
Он исчез так же быстро, как появился. Парня же всего перекосило, он уже чувствовал своей задницей беду. Не к добру это было. Но он же мужик, он со всем справлялся, а уж сходить к директору, пф, да без проблем. Так думал сам Юнги.
***
Вот и пришёл тот знаменательный вечер. Академия пустела, ведь все ученики собирались у сцены, где стояли, когда только пришли в это чудное место. Мин медленно приближался к злосчастной сцене, где уже совсем скоро будет решаться его судьба. Как и думал Хосок, внутри юноши было волнение, только не капля, а целое море. Чон, увидев друга, пристально смотрел на него, как будто что-то ждал.
– Что ты на меня так смотришь? – взгляд друга сжирал Юнги, и ему становилось неловко.
– Ну что? Подумал?
– Над чем?
– Над тем, что тебя могут отчислить.
– Ну, э... Нет.
– Ой, Юнги, ты не умеешь врать.
– Что?
– Что?
– Ты подозрительный. Всё всегда знаешь.
– Я надеюсь, что это был комплимент.
– Не факт.
Хосок хотел врезать другу, но на сцене появился директор, его эффектное появление поразило всех, ну, не удивительно. Он знал, как поражать.
Сердце Юнги стало биться как сумасшедшее. Юноша не понимал, почему так сильно волнуется, ведь это просто разговор с управляющим академией и всё. Что тут такого? Но его задница уже чуяла приключения.
Когда же директор заговорил, Чону показалось, что его друг сейчас просто в обмороке будет лежать и готовился его ловить. Но всё обошлось. Хотя это было только начало.
***
Сбор был окончен. Всё уже разошлись, а Юнги стоял на месте.
– Боишься? – на лице Хосока сияла едкая улыбка, которую так ненавидел Мин.
– Нет.
– Ну тогда иди к нему. Удачи.
– К кому идти?
– Не стройте из себя дурочка, Мин Юнги. Директор зовёт Вас и ждёт! – Чон развернулся и, схватив друга за руку, потащил к кабинету. Хорошо, что это было не далеко, и они быстро дошли, а то бы рука у Чона отвалилась. Юнги всю дорогу упирался и не хотел идти, но друг просто впихнул его в кабинет.
И вот Мин лежит на полу в кабинете директора. Дверь со скрипом закрылась, а кресло медленно стало разворачиваться.
– Что за фильм ужасов? – поднявшись, проворчал прогульщик.
– Это называется "эффектное появление". Я научу тебя как-нибудь. А теперь присаживайся. – мужчина смотрел на Юнги и ехидно улыбался, что настораживало парня.
– А.. зачем Вы меня позвали? Я был на сборе и не слышал своего имени, вроде бы...
– Как я тебе уже говорил, я знаю твоего отца, знаю тебя и знаю то, что будет, если я исключу тебя. Надо бы выпереть тебя, но тебе повезло, что я очень добры-ы-ый. Поэтому я дам второй шанс.
– Правда?! – Юнги уже не хотел слушать дальше, ему хватало этого, но директор продолжил.
– Да. НО...
– Ой как я не люблю эти "но"... – Мин уже приготовился к самому худшему – к исключению.
– Но чтобы этот второй шанс начал действовать, тебе придётся сделать выбор. – он свистнул – Заходи.
Юнги сначала не очень понимал, что сказал главный Сатана ада, в котором он находился, но в кабинет вошёл тот самый незнакомец, с которым они уже сталкивались.
– Знакомься, это Чимин. Он самый лучший ученик этой академии. – прогульщик недовольно смотрел на Чима, что-то ворча, а потом посмотрел на Сатану.
– Что этот тут делает?
– Вы... серьезно? – тут голос подал и сам Чимин.– Это с ним...
– Ээээээ! Дай я расскажу! – директор смотрел на Чима, а потом перевёл взгляд на Юнги. – Итак, у тебя есть выбор, либо ты согласишься на то, чтобы наш лучший певец и лучший ученик подтягивал тебя, либо ты отчислен. Думаю, тут выбор очевиден.
– Я совершенно не согласен с ним заниматься. – Чимин скрестил руки, недовольно поглядывая на прогульщика.
– Так, цыц, ты же обещал. Забыл? – директор смотрел на лучшего ученика жалобными глазами. На что тот лишь закатил глаза и сказал тихое: "Ладно." – Ну что, Юнги?
– Я...
– Решай.
– Я думаю, что выберу....