4
Сегодня был самый обычный день.
Без спешки, без неожиданностей. Я пришла в салон рано, включила свет, открыла окна, разложила ткани. В такие утры я всегда чувствовала себя на своём месте — здесь всё было под контролем, всё поддавалось рукам.
Колокольчик над дверью тихо звякнул.
Я подняла взгляд — и на секунду будто сбилась с ритма.
Девушка была очень красивая. Ухоженная, уверенная, с тем самым взглядом человека, который привык, что ему идут навстречу. Она даже не огляделась толком — сразу направилась ко мне, словно заранее знала, кто здесь главный.
Первое ощущение было...неприятным. Не из-за внешности. Из-за манеры.
— Здравствуйте, — сказала она. — Я хочу посмотреть платья.
Тон был вежливый, но требовательный. Не вопрос — утверждение.
— Здравствуйте, — ответила я спокойно. — У нас работа по записи. Вы можете оставить контакты, и мы подберём удобное время.
Она слегка нахмурилась.
— Я знаю, — сказала она. — Но мне нужно сегодня.
Пауза.
— Я хочу платье с нуля.
Я кивнула, не показывая реакции.
— Такие заказы требуют времени, — ответила я ровно. — Мы начинаем с консультации, эскизов, выбора ткани. Обычно—
— Я в курсе, — перебила она, чуть улыбнувшись. — Я просто...много слышала о вас. О ваших платьях. И, если честно, ждать несколько месяцев — не мой вариант.
Она огляделась по сторонам, словно оценивая пространство, ткани, манекены.
— Я хочу посмотреть всё сегодня, — продолжила она. — Хотя бы понять, подходим ли мы друг другу.
Подходим ли мы друг другу, — мысленно повторила я.
— Посмотреть можно, — сказала я после короткой паузы. — Но сразу скажу: я не беру заказы, если чувствую, что не смогу сделать работу так, как нужно. Независимо от сроков.
Она посмотрела на меня внимательнее. Взгляд стал острее, оценивающим.
— Меня это устраивает, — сказала она. — Я люблю, когда со мной честны.
Я жестом пригласила её пройти дальше, к залу с образцами тканей.
— Тогда начнём с разговора, — сказала я. — Расскажите, какая у вас свадьба. Где. Когда.
Она улыбнулась — уже увереннее.
— Ничего вычурного, — ответила она. — Но всё должно быть идеально.
Я взяла блокнот и карандаш и повела её дальше по салону.
Показывала ткани, образцы кружев, готовые корсеты, разные линии юбок. Она шла рядом, легко касаясь пальцами шёлка, иногда задерживаясь, иногда сразу теряя интерес. Внимательно слушала, но было видно — она пришла не просто за платьем. Ей хотелось быть услышанной.
— Меня зовут Франческа, — сказала она между делом, когда мы остановились у длинного стола с эскизами.
— Селин, — ответила я, хотя она, судя по всему, и так это знала.
Франческа улыбнулась.
— Я давно хотела к вам попасть. Все говорят, что вы делаете платья...не как у всех. С характером.
Я кивнула и открыла блокнот.
— Расскажите о себе. О свадьбе. О том, что для вас важно.
Она устроилась поудобнее, словно мы были не в салоне, а за кофе.
— Мы познакомились случайно, — начала она. — Ничего романтичного, если честно. Но как-то сразу...затянуло. Он вообще не из тех, кто красиво ухаживает.
Я делала пометки, не поднимая глаз.
— Он всё время занят, — продолжила она, чуть усмехнувшись. — Работа, тренировки, перелёты. Вы знаете, как это бывает.
Я подняла взгляд.
— Чем он занимается, если можно узнать?
Франческа посмотрела на меня внимательно, будто оценивая реакцию.
— Он гонщик, — сказала она. — Поэтому да, у него всегда всё сложно со временем. И с обязательствами тоже.
Я почувствовала лёгкое напряжение в груди, но лицо осталось спокойным.
— Понимаю, — ответила я нейтрально.
Она наклонилась ближе, понизив голос, будто делясь чем-то личным.
— Мы давно вместе, — сказала она. — Очень давно. И если честно...я уже устала ждать.
Я ничего не сказала. Просто слушала.
— Недавно я нашла у него в телефоне сохранённые кольца, — продолжила Франческа. — Обручальные. Разные. И ещё...он смотрел места. Не знаю, зачем, если он не собирается ничего решать.
Она пожала плечами, будто это была мелочь, но в глазах мелькнуло что-то нервное.
— Он, конечно, ничего не сказал, — добавила она. — Сделал вид, что это ерунда. Но вы же понимаете...мужчины редко делают что-то просто так.
Я медленно вдохнула и снова посмотрела в блокнот.
— Вы уже обсуждали свадьбу? — спросила я профессионально, ровно.
— Я — да, — ответила она. — Он — уклоняется.
Франческа рассмеялась, но смех вышел напряжённым.
— Поэтому я здесь, — сказала она. — Я хочу платье. Настоящее. С нуля. Чтобы он понял, что я серьёзно.
Я подняла на неё взгляд.
— Вы хотите платье, — уточнила я, — или вы хотите, чтобы он сделал выбор?
Вопрос повис в воздухе.
Франческа замерла на секунду, потом отвела глаза.
— Разве это не одно и то же? — сказала она тихо.
Я не ответила сразу.
Внутри всё уже было не так спокойно, как снаружи. Но я по-прежнему оставалась на своём месте — по эту сторону стола, по эту сторону профессии.
— Давайте сначала поговорим о платье, — сказала я наконец. — А остальное...не всегда решается тканью.
Ей нравилось почти всё.
Мы перебрали несколько вариантов, но каждый раз она возвращалась к одному и тому же — к корсету. Её взгляд задерживался именно там, где линия подчёркивала спину, талию, осанку. Ей нравилась эта чёткость. Форма.
— Вот это, — сказала она наконец, касаясь образца пальцами. — Мне нравится, как держит. Я хочу чувствовать себя собранной. Уверенной.
— Корсет даёт ощущение опоры, — ответила я. — Но с ним важно не перегрузить образ. Всё остальное должно быть легче.
— Да, — кивнула она. — Именно так.
Мы говорили о деталях, о ткани, о длине, о том, что она хочет видеть себя в зеркале сильной, а не «воздушной». Она много говорила. Даже больше, чем нужно. Будто это было не только про платье.
— Он не любит, когда я долго выбираю, — сказала она вдруг, словно между прочим. — Говорит, что я могу всё усложнить из ничего.
Я подняла взгляд.
— Он вообще не любит обсуждать такие вещи, — продолжила Франческа. — Про будущее. Про «потом». Ему проще жить сегодняшним днём.
Я сделала пометку в блокноте и на секунду задержала карандаш.
— Если не секрет, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал так же спокойно, как раньше, — кто он?
Вопрос вырвался неожиданно даже для меня. Не из любопытства — скорее из желания поставить точку. Или понять, где именно я стою.
Франческа посмотрела на меня удивлённо, а потом рассмеялась — легко, без напряжения.
— А, это? — сказала она. — Я думала, вы его знаете. Это же не секрет.
Она произнесла имя так же буднично, как говорят о погоде.
— Макс Ферстаппен.
Карандаш замер у меня между пальцами.
На секунду всё вокруг стало слишком тихим. Я слышала тиканье часов, шорох ткани, собственное дыхание. Лицо не выдало ничего — годы научили меня этому. Но внутри будто что-то резко сместилось, словно я сделала шаг и не почувствовала пола.
— Понимаю, — сказала я через мгновение. Голос был ровным. Почти чужим.
Франческа кивнула, не заметив ничего необычного.
— С ним непросто, — продолжила она. — Но я привыкла. Просто иногда хочется, чтобы он... сделал шаг.
Я закрыла блокнот.
— Давайте вернёмся к платью, — сказала я. — Корсет — хороший выбор. Я подготовлю несколько эскизов, и мы посмотрим, что подойдёт именно вам.
Она улыбнулась, довольная.
Мы закончили быстрее, чем я ожидала.
Франческа была довольна — по-настоящему. Улыбалась, кивала, с интересом разглядывала эскизы, задавала вопросы уже не с напряжением, а с тем воодушевлением, которое бывает у человека, решившего для себя что-то важное.
— Мне нравится, — сказала она наконец. — Очень. Я чувствую, что это будет моё.
— Тогда я подготовлю финальные эскизы и список тканей, — ответила я. — Мы созвонимся и договоримся о следующих шагах.
Она поблагодарила меня, легко, без лишней драмы, как будто этот визит был чем-то совершенно обычным. Уже у двери она ещё раз улыбнулась, бросив напоследок:
— Я рада, что пришла именно к вам.
Когда дверь за ней закрылась, салон снова погрузился в тишину.
И только тогда до меня дошло, что я всё это время держалась на одном дыхании.
Макс Ферстаппен.
Свадьба.
Девушка.
Я опустилась на стул и уставилась в стол, будто там мог появиться ответ. В голове всё ещё звучал её голос — уверенный, спокойный, будто она говорила о чём-то решённом. О чём-то, что вот-вот случится.
И это никак не укладывалось.
Потому что я слишком хорошо помнила его слова.
Ту ночь. Машину. Огни за окном.
«Я в этом плох.»
«Отношения — не для меня.»
«Я не вижу себя в этом.»
Он сказал это спокойно. Не как оправдание. Как факт.
Я закрыла глаза.
Макс Ферстаппен и свадьба — это всё ещё звучало нереально. Почти как плохая шутка. И не потому, что я не верила в Франческу. А потому что я верила ему. Его честности. Его упрямству. Его неспособности делать шаги, в которые он сам не верит.
И от этого становилось ещё хуже.
День тянулся слишком долго.
Я ловила себя на том, что смотрю на ткани и не понимаю, что держу в руках. Мысли снова и снова возвращались к утреннему разговору. К имени. К свадьбе, которая никак не укладывалась в голове.
Когда я наконец закрыла салон, уже стемнело. Я выключила свет, проверила дверь, потянулась за ключами и вышла на улицу.
И обернулась.
Он стоял буквально в нескольких шагах от входа.
Макс.
Я вздрогнула так резко, что сердце ударилось где-то в горле. На секунду показалось, что это галлюцинация — слишком не к месту, слишком внезапно.
— Чёрт... — вырвалось у меня прежде, чем я успела себя остановить.
Он выглядел уставшим. Не напряжённым — скорее собранным, как человек, который долго готовился к одному разговору и всё равно не знал, с чего начать.
— Прости, — сказал он сразу. — Я не хотел тебя пугать.
Я сделала шаг назад, почти машинально.
— Что ты здесь делаешь?
Он выдохнул, будто набирался смелости.
— Мне нужно с тобой поговорить. Это важно.
Сердце снова дёрнулось. Слишком много «важного» для одного дня.
— Мне тоже, — сказала я резко, сама удивившись собственному голосу.
Мы замолчали. Стояли друг напротив друга, будто кто-то нарочно растянул эту секунду.
Он открыл рот первым — и я одновременно с ним.
— Почему ты не сказал, что собираешься жениться?
— У твоего брата была девушка. И ты...ты тётя.
Слова столкнулись в воздухе.
Я застыла.
Он тоже.
Мир будто щёлкнул, как выключатель.
— Что?.. — выдохнули мы почти одновременно.
Я смотрела на него, не моргая, чувствуя, как внутри всё медленно осыпается.
— Что ты сейчас сказал? — спросила я тише.
Макс нахмурился, явно не понимая, откуда взялось моё предыдущее обвинение.
— У Родриго была девушка, — повторил он медленно. — Она была беременна, Селин. Уже давно.
Пауза.
— Ребёнок родился пять месяцев назад.
Я почувствовала, как у меня подкашиваются ноги.
— Я... — голос сорвался. — Подожди. А что с... свадьбой?
Он посмотрел на меня так, будто я сказала что-то на другом языке.
— Что за свадьба? — спросил он.
Я подняла голову.
— Сегодня ко мне в салон пришла девушка, — сказала я. — Франческа. Она выбирала свадебное платье. Говорила, что вы давно вместе.
Макс скривился.
— Мы вместе, — подтвердил он. — Ну дальше?
— Она сказала, что ты смотрел кольца. И места.
Он резко выдохнул, коротко усмехнулся — без юмора.
— Серьёзно? — сказал он. — Вот так, да?
— Ты собираешься жениться? — спросила я прямо.
Он посмотрел на меня так, будто я спросила, собирается ли он переехать на Луну.
— Нет, — ответил он сразу. — И никогда этого не говорил.
— Тогда почему она —
— Потому что она себе это придумала, — перебил он. — Франческа умеет.
Я нахмурилась.
— Но ты же с ней.
— Да, — сказал он. — Я с ней. И я честен. Я сразу сказал: брак — не для меня. Я в этом плох. Ничего не обещаю.
— А кольца?
— Для моей сестры, — ответил он устало. — Её парень попросил помочь.
Он посмотрел на меня жёстко.
— Я не собирался жениться. Ни сейчас. Ни потом.
Я кивнула, хотя внутри всё ещё не сходилось.
— Просто... — сказала я медленно. — Слишком много всего за один день.
— Согласен, — коротко ответил он.
Мы снова замолчали.
— А... эта девушка, — сказала я после паузы. Голос всё ещё был чужим. — Сколько ребёнку?
— Пять месяцев, — ответил Макс сразу. — Почти.
Я кивнула, будто это что-то проясняло.
— Ты с ней общался?
Он пожал плечами.
— Нет.
Короткая пауза.
— У меня есть её контакты.
— И всё? — я подняла на него взгляд.
— И всё, — подтвердил он. — Я не лез. Это не моё место.
Я медленно вдохнула.
— А если я захочу с ней поговорить?
Он посмотрел на меня внимательно, оценивая.
— Я могу дать номер, — сказал он. — Но...
Он замолчал, подбирая слова, что было для него редкостью.
— Я не знаю, как она отреагирует, — добавил он честно. — Она не просила ни о чём. И не рвалась на контакт.
Я опустила взгляд.
— Я даже не знаю, с чего начать, — сказала я. — У меня ощущение, будто у меня появился кто-то важный...а я не имею права просто прийти и сказать «привет».
Макс кивнул.
— Именно поэтому я не стал ничего делать сам, — сказал он. — Я подумал, что это должен решить ты.
Он сделал шаг в сторону, будто давая мне пространство.
— Если захочешь — скажи. Я дам контакт. Если нет — тоже нормально.
Я посмотрела на него и впервые за весь вечер заметила в его голосе не резкость, а осторожность.
— Мне нужно время, — сказала я.
— Логично, — ответил он. — Времени у тебя никто не отбирает.
Мы ещё немного постояли молча. Улица почти опустела, фонари уже горели ровным жёлтым светом.
Макс посмотрел по сторонам, потом снова на меня.
— Уже поздно, — сказал он. — Тебя подвести? Или проводить.
Я колебалась секунду, потом кивнула.
— Давай подвести.
Он коротко кивнул в ответ, без лишних слов, будто это было самым обычным решением на свете.
Он закрыл дверь машины, обошёл капот и сел за руль. Мы ещё не тронулись, когда он снова посмотрел на меня — уже другим взглядом. Более жёстким.
— И да, — сказал он. — Насчёт Франчески.
Я повернулась к нему.
— Не делай ей платье.
Я моргнула.
— В смысле?
Он хмыкнул, завёл двигатель.
— В прямом, — сказал он. — Это какой-то тупизм.
Пауза.
— Увидела картинки колец — побежала за свадебным платьем. Так не работает.
Вот это был он. Без фильтра.
— Макс... — начала я.
— Нет, — перебил он сразу. — Я серьёзно. Если она тебе там что-то наговорила или начала жить в своей голове — не влезай.
Он пожал плечами, будто речь шла о сломанной детали, а не о людях.
— Я с ней поговорю. Это не твоя проблема.
Я смотрела на него пару секунд.
— А если я уже согласилась?
Он усмехнулся.
— Тогда скажи, что передумала, — спокойно ответил он. — Ты никому ничего не должна.
Машина тронулась.
— Особенно в историях, которые ты не начинала, — добавил он.
Я отвернулась к окну.
Мы ехали молча. Город уже почти вымер, только редкие машины и отражения фонарей на мокром асфальте.
Я бросила на него взгляд — и только сейчас заметила это.
Чёрная куртка. Плечо. Рукав. Вся в шерсти.
Я нахмурилась и наклонилась чуть ближе.
— У тебя... — начала я и замолчала, разглядывая. — Ты в курсе, что ты весь в шерсти?
Он мельком посмотрел на себя, потом пожал плечами.
— В курсе.
— И тебя это вообще не смущает?
— Нет, — ответил он спокойно. — У меня дома три кота.
Я не удержалась.
— Три?
Он кивнул, не отрывая взгляда от дороги.
— Да.
— С каких пор ты стал этим семейным человеком? — спросила я, уже с лёгкой усмешкой.
— Я всегда был этим человеком, — хмыкнул он. — Просто раньше у меня не было трёх котов.
Я покачала головой.
— И все твои вещи в шерсти?
— Абсолютно все, — сказал он. — Смирился.
Я снова посмотрела на куртку и вдруг поймала себя на странной мысли: в нём было что-то слишком... обычное. Домашнее. Не то, что ожидалось от человека, вокруг которого всегда столько шума.
— Они хоть ладят между собой? — спросила я.
— Иногда, — ответил он. — Иногда ведут себя хуже людей.
Я тихо усмехнулась и снова отвернулась к окну.
Он молча потянулся к панели и убавил громкость радио, когда на дорогу выехал грузовик. Потом чуть наклонил зеркало заднего вида, проверяя, не слепит ли свет фар.
Ничего особенного. Просто движение.
— Ты всегда так делаешь? — спросила я, не сразу понимая, что именно имею в виду.
— Как? — он мельком посмотрел на меня.
— Подстраиваешь всё под поездку, — я пожала плечами. — Тихо. Аккуратно. Как будто...чтобы никому не мешало.
Он хмыкнул.
— Привычка, — сказал он. — Когда дома три кота, ты либо учишься жить тихо, либо они тебя ненавидят.
Я усмехнулась и снова посмотрела на его куртку.
— Судя по количеству шерсти, они тебя уже победили.
— Это их дом, — ответил он спокойно. — Я просто живу там.
— Великолепно, — сказала я. — Трёхкратное одобрение котов. Звучит серьёзнее любой помолвки.
Он коротко усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.
— Они выбирают жёстко, — сказал он. — Один не любит никого, второй — всех подряд, третий считает себя главным.
— И кто главный на самом деле? — спросила я.
— Конечно, не я, — ответил он. — Я только открываю двери и покупаю корм.
Я тихо рассмеялась и вдруг поймала себя на том, что мне... легко. Нормально. Как будто весь день был не таким тяжёлым, если отмотать назад.
Он свернул во двор и припарковался у подъезда. Фары погасли, но двигатель он сразу не заглушил.
— Слушай, — сказал он, не глядя на меня. — Уже поздно.
Я кивнула, не совсем понимая, к чему он ведёт.
— Насчёт девушки Родриго, — продолжил он. — У нас есть её контакт.
Я повернулась к нему.
— И?
Он пожал плечами.
— Завтра можем позвонить. Если хочешь.
Пауза.
— Вместе.
Я нахмурилась.
— Почему не сейчас?
Он коротко усмехнулся.
— Потому что сейчас ночь, — сказал он. — И потому что такие звонки лучше делать, когда люди не на нервах.
Он наконец посмотрел на меня.
— И ты тоже.
Я выдохнула.
— А если я передумаю?
— Тогда не звоним, — сказал он спокойно. — Ничего не случится.
Я посмотрела на него пару секунд.
— Ты всегда так просто всё решаешь?
— Нет, — ответил он. — Я просто не люблю усложнять то, что и так сложное.
Он открыл дверь со своей стороны.
— Напиши мне завтра, — добавил он. — Или я напишу тебе. Без разницы.
Я кивнула, чувствуя странное спокойствие.
— Ладно.
— Ладно, — повторил он.
Я вышла из машины, а он остался сидеть за рулём, как будто никуда не спешил.
Утро.
Телефон зазвонил слишком рано.
Я нащупала его вслепую, даже не открывая глаза. Сознание ещё цеплялось за сон, и единственная мысль была одна — серьёзно? выходной же.
— Алло... — голос получился хриплым и явно недовольным.
— Ты спишь? — в трубке повисла пауза. — Серьёзно?
Я приоткрыла один глаз и посмотрела на часы.
— Макс, — протянула я. — Сейчас утро. И у меня вообще-то выходной.
— Нормальные люди встают утром, — отрезал он.
Голос у него был...странный. Хриплый. Немного резкий. И явно не первый кофе.
— Ты звонишь, чтобы отчитать меня за сон? — спросила я, переворачиваясь на спину.
— Нет, — сказал он сразу. — Я звоню, потому что скоро заеду.
Я резко села в кровати.
— Что значит «скоро»?
— Значит, у тебя есть минут двадцать, — ответил он. — Может, меньше.
— Макс...
— Селин, — перебил он, — мы вчера договорились. Я еду, и мы звоним. Всё.
Я провела рукой по лицу.
— Ты вообще спал? — спросила я, прислушиваясь к его голосу.
— Не особо, — буркнул он. — И давай не будем это обсуждать.
Раздражение в голосе смешивалось с чем-то ещё — напряжением, собранностью, будто он уже давно прокрутил в голове этот разговор раз десять.
— Ты уже в машине? — уточнила я.
— Уже выезжаю, — ответил он. — Так что... просыпайся.
Я усмехнулась, несмотря на сонное состояние.
— Ты в курсе, что это не приглашение, а ультимат?
— Я в курсе, — сказал он. — Но работает же.
И отключился.
Я посмотрела на погасший экран, потом на окно, из-за которого пробивался утренний свет.
— Отлично, — пробормотала я себе под нос. — Выходной начался идеально.
Но почему-то сердце билось чуть быстрее, чем должно было.