Глава 42. Раскрытая правда.
В кромешной тьме Вэй Шао крепко сжал фотографию.
Рамка для фотографии треснула под его рукой.
Вэй Шао три секунды смотрел на трещину с безучастным выражением лица, а затем швырнул ее на землю.
Она разлетелась на бесчисленное множество осколков.
Никогда в жизни Вэй Шао не чувствовал себя таким глупым, как в тот момент.
Поверить словам лжеца, вложиться во что-то, лишенное сердца и души...
Терминал долго мигал в темноте. На четвертой вибрации коммуникатора Вэй Шао наконец ответил. Секретарша несколько раз назвала его по имени, прежде чем он хрипло произнес:
– Алло.
– Заместитель директора Вэй, кабинет на верхнем этаже был отремонтирован в соответствии с вашими указаниями. Вы и председатель...
Вэй Шао холодно прервал разговор.
Вечером Фило вернулся домой и, открыв дверь, обнаружил, что в доме царит темнота.
Странно. Были выходные. В доме не должно быть так тихо.
Он включил свет в гостиной с помощью своего терминала. В поле зрения появился новый серый диван, почти в два раза больше старого. Он не смог сдержать легкой улыбки.
Вэй Шао уже шутил, что выберет огненно-красный, чтобы напугать его.
Не найдя никого в гостиной, Фило заглянул в кабинет и спальню, но Вэй Шао нигде не было видно.
Он отправил Вэй Шао сообщение:
«Тебя нет дома?»
Вэй Шао ответил всего одним словом:
«Поднимайся».
Фило слегка нахмурился и инстинктивно взглянул на потолок.
Поднявшись на лифте на второй этаж, он обнаружил, что дверь не заперта, а внутри горит свет.
Вэй Шао не валялся лениво в домашней одежде на диване, как обычно. Вместо этого он чинно сидел за обеденным столом, положив перед собой несколько листов белой бумаги. Он был одет в скромное черное пальто и смотрел вниз, словно был готов уйти в любой момент.
Внезапная волна тревоги захлестнула Фило.
– Вэй...
– Садись.
Фило только начал говорить, как Вэй Шао резко перебил его.
Подойдя ближе, Фило увидел бумаги.
«Брачный договор».
Глаза Фило резко расширились, его ресницы задрожали.
– ...Что это значит?
– Теоретически при разводе наши активы должны быть поделены поровну, – холодно сказал Вэй Шао. – Но меня не интересует твоя доля. Просто подпиши. Единственное, что нужно обсудить, это компания. Теперь ты владеешь контрольным пакетом акций, а я занимаю руководящую должность, – продолжил Вэй Шао. – Тебе нужна компания или деньги?
С того момента, как он вошел, Фило не понимал, почему ситуация дошла до такого. Он в замешательстве уставился на Вэй Шао. Услышав, как Вэй Шао сводит их отношения к простому разделению интересов, он в отчаянии и недоумении спросил:
– Почему мы разводимся?
Он схватил соглашение о разводе и сжал его в руке, как будто это могло остановить Вэй Шао.
– Мне ничего не нужно. Я не собираюсь разводиться.
«Потому что развод означал бы, что ты больше не увидешь это лицо, верно?» – подумал Вэй Шао, горько скривив губы.
Наконец он поднял взгляд на Фило.
– Тебе это нравится?
Фило был ошеломлен.
– Что?
– Ты заметил это при нашей первой встрече, не так ли? Значит, ты привел меня домой, женился на мне и смотрел, как меня разыгрывают, как дурака. – Вэй Шао спокойно посмотрел ему прямо в глаза и снова спросил:
– Фило, тебе было весело?
Фило посмотрел ему в глаза, и что-то вспыхнуло в его сознании. Он внезапно открыл свой терминал и вызвал систему блокировки дверей.
Две неверные записи.
...Третий раз успешно.
С губ Фило сошел последний оттенок румянца.
– ...Ты открыл дверь в кладовку?
Только увидев панику и страх в глазах Фило, Вэй Шао понял, что все еще надеется на объяснение.
«Как жалко».
Наконец он рассмеялся, и в его смехе прозвучала ненависть. Он тихо сказал:
– Да, прости, что я узнал твой маленький секрет.
Увидев ошеломленное и растерянное выражение лица Фило, Вэй Шао шагнул вперед и ткнул Фило в лицо папкой с документами, насмешливо произнеся:
– Не хочешь поделиться со мной? Кто тебе больше понравился: я или он?
Фило не ответил. Он не мог ответить.
Страх охватил его. Он не знал, как много видел Вэй Шао – все ли он раскрыл. В той комнате были самые темные, уродливые, отвратительные стороны его самого. Как умирающее животное в пустыне, он пил яд и лизал кровь, просто чтобы выжить, прекрасно понимая, насколько он сломлен.
Вэй Шао холодно добавил:
– Фило, ты мне противен.
Брачный договор, который Фило сжимал в дрожащих руках, был скомкан до неузнаваемости. Все его тело неконтролируемо дрожало.
Вэй Шао невозмутимо наблюдал за происходящим, а затем достал из папки еще одну копию и швырнул ее на стол.
– Если эта испорчена, у меня есть еще десять копий. Но позволь тебя предупредить: мое терпение на исходе. Если ты не подпишешь в течение трех дней, мы решим этот вопрос в суде.
Фило едва мог думать. Его пристальный взгляд следовал за удаляющейся фигурой Вэй Шао. Казалось, что невидимая рука схватила его за шею, затрудняя дыхание.
Он словно был расчлененным существом, которое пыталось собрать себя по кусочкам, и его раздробленное тело ковыляло за мужчиной.
Наконец он вцепился в пальцы Вэй Шао.
Все его тело дрожало, а из горла вырывался прерывистый голос.
– Гэгэ... Я умоляю тебя...
Вэй Шао замер на полуслове. От его внезапной остановки в комнате воцарилась пугающая тишина. Он медленно обернулся и посмотрел вниз. На его лице отразилось неуверенное изумление, когда он уставился на Фило.
Лицо Фило стало пепельно-серым. На его шее начали проявляться узоры зергов, расползаясь вверх, как увядшие лозы, и делая его похожим на увядающий цветок на грани гибели.
На неуклюжем, ломаном мандаринском диалекте он только что назвал Вэй Шао «гэгэ».
На мгновение Вэй Шао растерялся, а затем его брови сошлись на переносице. Он присел на корточки перед Фило и спросил:
– Как ты меня только что назвал?
Присев на корточки, Фило крепко обхватил Вэй Шао за талию, не отпуская его, несмотря на все попытки.
Рука Вэй Шао невольно коснулась дрожащей руки Фило, и он тихо приказал:
– Говори.
«Могло ли случиться так, что его первая любовь тоже была... переселенцем?»
Как только эта мысль пронеслась в голове Вэй Шао, его лицо исказилось от ярости.
Успокаивающий жест, который он начал делать, превратился в попытку оттолкнуть Фило.
– Если не хочешь говорить, то отпусти.
Фило вцепился в одежду Вэй Шао так, словно от этого зависела его жизнь, и бессвязно бормотал: «Дай мне объяснить» и «Все не так, как ты думаешь».
На этот раз его речь стала нормальной. Вэй Шао про себя подумал, не ослышался ли он.
Он холодно произнес:
– Говори яснее.
Фило открыл рот, его голос звучал хрипло и надтреснуто, а затем он снова резко замолчал. Вэй Шао заметил, что узоры зергов теперь распространяются на его виски.
Похоже, его обострившиеся эмоции спровоцировали ранний период берсерка.
Поняв это, Фило неуклюже прикрыл лицо рукой. Вэй Шао не понимал, почему Фило всегда пытается скрыть от него свои зергские узоры и когти. Раньше Вэй Шао отводил руку Фило и целовал эти отметины. Но теперь он просто холодно посмотрел на него и напомнил:
– В твоей кладовой есть ингибитор.
Губы Фило задрожали, он кивнул и, пошатываясь, направился к кладовой, но по-прежнему не отпускал рукав Вэй Шао, словно боялся, что тот уйдет.
После недолгого противостояния Вэй Шао, раздраженный, последовал за ним.
Комната для хранения вещей выглядела почти так же, как в тот момент, когда Вэй Шао eе покинул, за исключением разбитой фоторамки на полу – свидетельства бурной выходки.
Но Фило первым делом взглянул не на сломанную раму. Он посмотрел на два запертых металлических шкафа за ней. Увидев, что замки целы, он едва заметно вздохнул с облегчением.
Он бросил взгляд на Вэй Шао, который с бесстрастным выражением лица прислонился к дверному косяку, и, спотыкаясь, вошел в комнату. Открыв стеклянный шкаф, он нащупал ингибитор, откупорил ампулу и приготовился сделать себе инъекцию.
Как только игла коснулась его руки, чья-то рука резко вырвала у него шприц. Фило поднял глаза и увидел холодное выражение лица Вэй Шао.
– У меня нет на это времени.
Ингибиторы начинали действовать медленно.
Вэй Шао снял пальто и накинул его на дрожащего Фило, который пытался привести в порядок свою одежду.
– Теперь мы можем поговорить нормально?
Фило молча кивнул и подтолкнул Вэй Шао к четвертому шкафу. Он открыл его прямо перед ним.
Внутри было больше двадцати часов. Некоторые из них продолжали тикать, другие остановились. В центре лежало несколько разбитых часов, испачканных засохшей почерневшей кровью.
В голове Вэй Шао вспыхнула острая, колющая боль.
Он подозревал, что из-за гнева у него начались галлюцинации, потому что его первой реакцией была не ярость. Вместо этого в груди поднялась неописуемая боль.
Подавив смущение, он пристально посмотрел на Фило и спросил угрожающим тоном:
– Так это и есть твоя коллекция любовных знаков внимания к нему?
Фило несколько секунд смотрел на него, а затем молча достал одни часы и протянул ему.
– Взгляни.
У зергов были терминалы. Обычным зергам не нужны были чисто декоративные предметы вроде часов. Их носили в основном аристократы. Вэй Шао задумался над этим, принимая часы, взглянул на них и замер.
Нет.
Этот логотип не мог быть создан с помощью технологий зергов.
Эти часы из его мира.
...Это была даже та марка, которой он обычно отдавал предпочтение.
Хаотичные мысли в голове Вэй Шао внезапно сложились в абсурдный, но неоспоримый вывод.