последняя

POV Люси
Я подошла к дому Полюшки нетвёрдо, стоя на ногах. Путь был относительно неблизкий, а
с такими ранами я еле добралась.
Подошла к двери и занесла кулак, чтобы постучать. Но потом передумала и стала сбоку
от двери, и только тогда постучала.
- Какого чёрта припёрлись! – с таким криком вылетела лекарка и с силой приласкала
собственный порог, где только недавно стояла я.
Я хихикнула и стала перед воинственной старушкой.
- Привет.
- А, это ты. Заходи. Зачем пришла? – говорила Полюшка, пока впускала меня в домик и
закрывала дверь.
- Ты не могла бы пополнить немного мои жизненные силы? – вкрадчиво поинтересовалась
я.
- Так, - нахмурилась старушка. – Рассказывай.
Я с тяжёлым вздохом, но рассказала.
- Дура ты, вот ты кто! Идиотка несчастная! Тупица непредусмотрительная! Камикадзе
безмозглая! – «ласкала» меня Полюшка. – Ладно, что поделаешь, - неожиданно быстро
успокоилась она.
Через несколько минут я чувствовала себя намного лучше. Чего не скажешь о лекарке. Я
довольно близко с ней знакома и знаю, какой ценой даётся ей исцеление. А тут ещё
пришлось свою жизненную энергию отдать.
- Завтра обязательно придёшь, - наказывала мне целительница, провожая до двери.
Я в ответ лишь улыбнулась и ушла, молча помахав рукой на прощание.
* * *
На следующий день в гильдии не было ничего интересного. Только живые трупы
хвостатых.
Чувствовала я себя немного хуже, чем после лечения Полюшки, но к целительнице всё
равно не пошла. Я же видела, как ей было плохо после меня вчера.
Я просидела в гильдии до вечера и ушла домой. Засыпала с мыслями, что сегодня был
самый скучный день в моей жизни.
* * *
Следующий день прошёл лучше. Всё было, как всегда, похмелье победили.
Я сидела за столом с Громовержцами. Меня Эва позвала рассказать о задании
поподробнее. Я смутилась и сказала, что Эльза рассказала всё до мельчайших
подробностей.
Потом Лексус назвал меня блондинкой, а я пригрозила, что у меня есть оружие против
магов молний и у нас началась перепалка. Такого оружия у меня, кстати, не было.
Наше препирательство продолжалось долго и необычно. Во время ссоры мы улыбались
друг другу. Мне очень нравилась его улыбка, я хотела смотреть на неё вечно. Но…
POV Лексус
Я негодовал уже вторые сутки. Благо вчера все были, как сонные мухи, но сегодня они
могут и заметить моё состояние.
Наконец, моя команда не выдержала и Эва позвала к нам Люси. При ней я немного
успокоился, но всё же не до конца.
Люси на просьбу подробнее рассказать о задании только покраснела и сказала, что Алая
сказала всё правильно и точно.Во время нашей небольшой ссоры, после того, как я нечаянно назвал её блондинкой, я
никак не мог согнать с лица глупую улыбку. Мне так нравилось быть рядом с ней, просто
видеть её, просто говорить с ней, просто улыбаться ей и только ей.
Но нашу идиллию разрушила с грохотом открывшаяся дверь.
- Люси! – заорала вошедшая Полюшка. – Дрянная девчонка, ты почему не пришла?!
Гильдия вмиг умолкла и замерла в тех позах, в которых их застала старуха. Кто замер с
занесённым кулаком, кто с ложкой во рту, кто с бочонком вина в руках.
Сама Люси, как только увидела, а точнее услышала Полюшку, надела на голову капюшон
плаща и попыталась слиться со стулом, вдавившись в него посильнее.
- Вот ты где, бестолковая, - зловеще проговорила лекарка, нависая над блондиночкой. –
Ты что же творишь, а? Неужели сама не понимаешь, чем чревато твоё халатное
отношение к собственной жизни.
- Прости, - пискнула Люси.
- Прости? – ещё больше разозлилась Полюшка. – Дура, о себе подумай! С такими ранами и
под таким заклинанием без моей поддержки ты помрёшь! И что нам тогда делать? Ты же
можешь прихватить с собой пару тысяч жизней!
- Тихо ты, - шикнула из-под капюшона блонди.
А меня вся эта тирада очень насторожила. Не местами, а именно вся.
- А ты мне рот не затыкай, - злилась старуха. – Снимай плащ, я ещё раз тебя осмотрю.
- Эммм, - замялась девушка. – Может, к тебе пойдём.
- Снимай!!! – рявкнула целительница.
Люси нехотя сняла плащ. Она была забинтована и все бинты были изрядно окровавлены.
Я почувствовал противный холодок вдоль позвоночника.
Полюшка тем временем стала снимать бинты. Люси болезненно морщилась, закусывала
губу и шипела. Я чувствовал эту боль вместе с ней.
Но когда лекарка сняла все бинты, и я рассмотрел всё, что под ними скрывалось, то еле
сдержал болезненный рык.
Эва в ужасе закричала. Бикс просто остался с открытым ртом и, свалившись со стула, так
и остался лежать на полу, даже не шевелясь.
Её раны были ужасны.
На левом плече и бедре глубокие порезы, правый бок как будто резали специально, как
кусок мяса. На правой лопатке был огромный и глубокий порез, тянущийся до самого
копчика.
Одежда на Люси позволяла всё это рассмотреть, потому что как раз открывала нужные
места.
- Как себя чувствуешь? – спросила немного побледневшая Полюшка.
- В принципе лучше после твоей помощи, но раны заболели сильнее.
- Не удивительно, - сказала старуха, не моргая, смотря на раны. – Они стали больше.
Намного.
- Что? – воскликнула Люси.
- Похоже, это действие того заклятья, - справилась с чувствами целительница. – Когда
оно начинает спадать, то усугубляет все имеющиеся раны. Послезавтра я смогу тебя
вылечить, но до того времени раны будут, так сказать, расти. Я дам тебе отвар,
блокирующий кровотечения. Он действует 12 часов, но на тебе, скорее всего, будет шесть.
Обезболивающие травы на последней стадии заклинания не помогут. Придётся
потерпеть. Да ты-то справишься, я уверена. А пока я немного восстановлю твои
жизненные силы, это даст тебе немного сил дожить до послезавтра. Не спрашивай,
откуда я столько знаю об этом заклятье. Я же лекарь.
Я слушал это всё как в тумане. Тем не менее, все эти слова больно по мне били. Я понялчто на мою любимую кто-то наложил заклинание, на последней фазе которого все
имеющиеся раны растут. Она же может умереть от потери крови или от болевого шока.
В груди заболело, очень сильно заболело.
Я подошёл к Люси. У неё был потерянный вид. Я аккуратно взял её за руку и легонько
сжал. На меня с благодарностью посмотрели карие глаза. Я попытался передать глазами,
что буду рядом и помогу. В ответ меня наградили нежной улыбкой, и я понял, что эта
девушка не умрёт, она мне нужна живой, нежной и… любящей. И так и будет, чего бы мне
это не стоило.