Глава 27
Глава 27.
Ярослава приезжает домой позже всех. Она долго стояла на набережной, наблюдая за плавным движением реки, которая всегда её успокаивала. Там и мысли всегда приходили в порядок, но в этот раз почему-то не смогли. Всё, что понимала Фомина на данный момент это то, что она не сможет отпустить Ильяса. Впервые она так сильно зацепилась за человека, и то, с его же позволения.
« - У тебя есть я. Схватись за меня и я вытяну тебя в любом направлении.»
Ну, и где все эти обещания? Почему сейчас Ярослава пытается схватиться за него, а он только отталкивает её в сторону? Если он действительно ничего не чувствует, зачем тогда целовал её? К чему все те касания, слова, издевки? Это так сложно понять.
Зато теперь Фомина понимает, что чувствовал Клим, бегая за ней около двух месяцев, пока она его отвергала.
Осознание.
Если она сейчас будет так же бегать за Ильясом, то он может из жалости подпустить ее близко, а закончится это все так же, как история с Климом.
Такого она не хочет, как бы сильно не влюбилась. Лучше быть одной, чем с любимым, но не любящим.
Вот все и встало на свои места. Прямо тут, в центре прихожей, держа на вытянутой руке сумочку. Неожиданно, но ещё не слишком поздно.
- Почему так поздно? – Ильяс спускается с лестницы и останавливается на расстоянии её руки. — Все в порядке?
- Да, теперь всё в порядке. – Ярослава бросает сумку на пол и обходит парня, будто зачарованная чем-то впереди.
- Эй, точно все в норме? Ярослава!
- Ты съезжать когда будешь?
- Теть Марина пообещала сжечь эту квартиру, если я посмею туда заехать.
- Адрес скинь, срочно нужно для подруги. Спокойной ночи.
- А ужин?
- Не голодна.
Ярослава поднимается по лестнице и скрывается за поворотом. Ильяс стоит будто ошпаренный. Что с ней случилось и почему она такая... заторможенная? Стоит ли с ней говорить? Однозначно стоит.
- Ясь, давай поговорим? – Заходит Ильяс и видит девушку с карандашом в руке, сидящую над скетчбуком. — Рисуешь?
- Типа того. – Ярослава поворачивает к Ильясу листок и он узнаёт в куче штрихов целующуюся пару. — Узнал?
- Я и ты.
- Именно. – Фомина подносит карандаш к рисунку и зачеркивает линию пересечения лиц, надавливая на лист как можно сильнее. — Я тебя отпускаю. Не нужно сбегать, отталкивать меня. Я сама тебя отпускаю. Ты прав, чувства равны зависимости. Любые чувства. Я всегда слушала свои эмоции и все шло как попало. Спасибо за совет, так будет лучше для меня.
- Эй, нет, я же не это имел ввиду.
- Какая разница? Я услышала то, что мне помогло.
Ильяс смотрит на блондинку и понимает, что собственными руками сделал из неё такой же камень, как и он сам. Сам того не понимая, он заставил её отключить чувства, чтоб она не страдала из-за его неопределенности.
- Ясь, послушай. – Гаязов садится на кровать и берёт руку Ярославы в свою, но она её тут же выдергивает.
- Не заставляй Ульяну страдать, поговори с ней. – Фомина встает с кровати и убирает блокнот в ящик комода. — Она свято верит, что сможет быть с тобой.
- Я сказал ей, что у нас точно ничего не получится. В тот же день, что и с тобой говорил.
- Отшил двоих за ночь? Красавчик. Ты что-то ещё хотел?
- Не закрывай все чувства под замок.
- Боже, тебе какое дело? Ты пришёл в двенадцать ночи учить меня, что мне чувствовать?
- Просто я очень хорошо знаю, как стремно, когда ты ничего не чувствуешь. Поверь мне, тебе это не нужно. Ты чувствительная, эмоциональная, яркая и живая девочка. Не нужно убивать в себе чувства только из-за меня.
- Ты тут не причём, это мой выбор. – Ярослава подходит к кровати и наклоняется к парню ближе. — Хватит строить из себя папочку.
- Я не могу по-другому. – Гаязов опускает взгляд на алые губы и глотает слюну.
- Ты же не камень, тебе просто нравится быть им. – Девушка проводит пальцами по щеке парня и плавно спускается по шее. — Ты привык.
- Я не хочу быть зависим. – Ильяс хватает руку Фоминой и убирает её в сторону, но не отпускает.
- Так контролируй это.
- Я и так изо всех сил стараюсь. – Парень встает с кровати и до сих пор держит руку девушки. — Я просто не могу разобраться, что я чувствую. Я не хочу, чтоб ты оказалась на месте Клима.
- И вместо того, чтоб разобраться, ты решил просто меня оттолкнуть?
- Боюсь сделать тебе больно. Лучше пусть ты будешь меня ненавидеть, чем страдать.
- А. – Ярослава отходит от парня и усмехается. — То есть, ты что-то чувствуешь ко мне, но ещё не понимаешь , что это?
- Да. Я бы сразу сказал, но не хотел давать надежду. Вдруг она окажется ложной.
- Я тогда вообще проблем не вижу. Если два человека что-то чувствуют друг к другу...
- А если я просто хочу с тобой переспать? Такой вариант ты не рассматривала? Ты красивая, ты идеально подходишь под мой вкус, но... Таких еще сотни.
- И ко всем ты чувствуешь то же самое?
- Нет, но...
- Гаязов, лучше бы ты вообще не приходил. Иди отсюда, мне надоело. Проще со стеной поговорить.
- Мне тоже трудно сейчас! Я пытаюсь понять самого себя!
- Пока ты пытался, я уже поняла. – Ярослава толкает парня в спину к выходу. — Обещаю, что бегать за тобой не буду и любить тебя тоже. Выходи давай.
- Ярослава! – Кричит Марина в коридоре и девушка толкает Ильяса к стене, высовываясь из-за двери. — Почему ты так поздно пришла?
- Мам, я не одета, подожди меня внизу. – Блондинка по-идиотски улыбается, прикрывая себя дверью одной рукой, а второй держит рот Ильяса закрытым.
- Хорошо, спускайся в столовую, поедим. – Женщина разворачивается по коридору. — Тимур, Ильяс, ужинать! Мальчишки!
- Ильяс у Яськи! – Тимур выходит из комнаты и видит удивленный взгляд Фоминой старшей. — Че вы так смотрите?
- Ярослава!
Блондинка закрывает дверь и видит, как Ильяс уже перелазит на соседний балкон. Девушка выдыхает, но тут же подпрыгивает от стука в дверь. Убедившись, что Ильяс уже точно не на её балконе, она впускает мать в комнату.
- Почему я узнаю, что в твоей комнате Ильяс, когда ты здесь голая? – Мама с прищуром смотрит на дочь и оглядывает комнату за ней.
- А ты внуков не хочешь? – Ярослава берет свой мобильный с кровати и идет в коридор.
- Достали уже ваши шуточки. Ильяс где?
- Я не его собака-поводырь, чтоб знать, где он. Ты меня поесть звала?
Марина все так же подозрительно оглядывается по комнате и выходит оттуда. Ярослава незаметно выдыхает и чуть ли не прыгая идет за матерью.
За столом все обычно. Две матери во главе, Гаязовы напротив Фоминой и справа от неё Маша, которая ест со скоростью света и бежит спать. Бутылка воды из рук Тимура, рабочий планшет Марины, нравоучения Татьяны для младшего сына и молчание старшего.
Будто ничего и не изменилось с первого дня переезда Гаязовых.
- Чего так притихли? – Татьяна с подозрением смотрит на Ярославу, которая не отводит взгляд от Ильяса. — Кстати, Ильяс, я слышала, что ты был у Яси. Не поздновато ли в такое время?
- А жрать в первом часу ночи не поздновато? – Тимур откусывает бутерброд и двигается в сторону, чтоб пропустить удар матери, но он не поступает. — Стареешь, мам.
- Просто я краем уха слышала, что Яся была не одета, даже маму не впустила.
- А тебя кто подслушивать научил?
- Да, действительно. – Марина смотрит на Ильяса, который чуть не давится едой. — Что происходит? Не хотите объяснить?
- Он безответно влюблён в меня. – Блондинка делает глоток воды и улыбается матери. — Завтра в ЗАГС поедем, а через восемь месяцев мне рожать.
- Так, а если без шуток?
- А если без шуток, то прекращайте вмешиваться в наши жизни. Если захочу, хоть замуж выйду, хоть с крыши прыгну.
- Мы за вас волнуемся. Не просто так ведь вмешиваемся.
- Допустим, что он был у меня в комнате и мы там занимались чем-то непристойным. Что будете делать? Нам за двадцать уже.
- Будем против таких похождений. – Татьяна кладёт вилку в тарелку и все смотрят на неё.
- А, в ваше время после этого сразу жениться нужно было. В ЗАГС повезете?
- Мы будем вообще против. Какая из вас пара?
- А в чем претензии? – Ильяс складывает руки в замок и упирается в них подбородком.
- В том, что пара из вас точно не выйдет. – Марина строго смотрит на парня и все напрягаются ещё больше. — Если наши отношения с вашими отцами были похожи на «войну и мир», то ваши выглядели бы как сплошная война.
- С чего такие выводы? – Ярослава скрещивает руки на груди и откидывается спиной на спинку стула.
- Ильяс вспыльчивый, а ты язык за зубами держать не можешь.
- Думаешь, что он бы меня бил?
- Ты иногда очень резка. Даже я хочу тебе подзатыльника дать.
- А я монстр по-вашему? – Усмехается Ильяс и сжимает кулаки под столом.
- Ты часто не можешь себя сдержать. – Татьяна внимательно ссотрит на сына, пока младший наливает себе сок и залпом выпивает стакан. — Тебя легко вывести из себя. Вы даже взрослые до сих пор ругаетесь.
- Да не ругаемся мы!
- Вот об этом мы и говорим. Тебе нужно учиться сдерживать себя.
- Так, мамы наши дорогие! – Фомина встает из-за стола и ударяет по нему ладонями. — Сколько бы конфликтов у нас не было, но агрессии от Ильяса я не видела. Да, я за языком не слежу, но только потому, что говорю правду. И самое главное, если я захочу быть с Ильясом, вернуться к Климу или уехать с Тимуром на море, это решать только нам двоим, но никак не вам. Мы взрослые люди и мы имеем право самостоятельно принимать решения и отвечать за все последствия. Ужин был прекрасным, спасибо!
- Спокойной ночи всем. – Ильяс так же встает из-за стола и уходит за девушкой.
Она громко хлопает дверью комнаты и Гаязов заходит в свою. Он сразу падает на кровать и кричит в подушку, сбивая внутри прилив агрессии от разговора с мамами.
- Вы уже слишком загнули. – Тимур закрыаает лицо руками и громко выдыхает. — Ильяс всегда себя контролирует, а Ярослава ему плохого слова не говорит, кроме шуток. Вы зоть что-то о детях своих знаете? Они вам даже рассказывать ничего не хотят из-за вашей гиперопеки. Они взрослые люди. Все, чего вы добьетесь таким поведением – их обида на вас.
- Тимур, я очень люблю Ильяса. – Марина поднимает взгляд к потолку и вздыхает. — Вы оба мне как родные дети, но его характер очень сложный. Он любит командовать и ставить всех и вся по своим местам. Если рассматривать их как пару, то железное нет.
- А знаете, Яся своим пламенем ваше железо расплавит, а Ильяс обручальные кольца из него сделает. Помните, что если вы не хотите чего-то больше всего, то оно обязательно сбудется. – Парень встает из-за стола и улыбается двум женщинам. — И вам сил не хватит это остановить. Спокойной ночи.
Тимур останавливается на лестнице и смотрит на женщин, которые бурно обсуждают ситуацию.
- Если я их не сведу, то вас закодирую и в дом престарелых сдам. – Но это Тимур говорить уже шепотом, чтоб никто не услышал.