Глава 23
Глава 23.
«Мам, мне нужно пропасть на пару дней хотя бы. Я отдохну от всего и вернусь с новыми силами. Не обижайся, что ничего не сказала, иначе бы кто-то обязательно за мной увязался.
Люблю вас всех.
Ярослава Павловна.»
Девушка выходит из машины и нажимает на звонок. Ворота открываются незамедлительно и навстречу бежит женщина приколнных лет. Она сразу же хватает Ярославу в объятия и целует всë лицо.
- Бабуль, ну, всю затискала, как котенка. – Блондинка крепко обнимает бабушку и широко улыбается. — Соскучилась по тебе.
- А я то как скучала, клепа моя! – Нина Алексеевна хватает внучку за руку и тащит за собой в дом. — Сейчас блинчики твои разогрею. Иди руки мой скорее.
- Куда она могла поехать? – Тимур ходит из угла в угол параллельно с Мариной.
- Подруг, кроме Ульяны, у неё нет. – Фомина старшая трет указвткльными пальцами виски, будто это помогает лучше думать. — Ключи от дачи висят на месте. Может к одногруппницам все-таки?
- Нет их.
- В каком смысле нет?
- Ну, Яся вчера сказала, что они разъехались по своим городам, поэтому встретятся только по осени.
- Она могла специально так сказать, чтоб мы не поехали за ней.
- Их нет в прямом смысле. – Маша спускается со второго этажа с выпускным альбомом Ярославы. — Вот её альбом и одногруппники. Нет ни одной Юли и Яны.
- Я ничего не понимаю. – Марина наконец-то останавливается и садится на диван. — Так, у меня был номер её руководителя, я позвоню и узнаю.
- Я уже позвонила. У них в группе никогда не было девочек с таким именем.
- А что за история вчера была?
Тимур с призрением смотрит на Ильяса, который закрывает глаза ладонью и наокнец осознаёт правдивость его слов по поводу «Юли – Ули, Яны – Яси».
Татьяна и Марина так же смотрят друг на друга, будто читают мысли. Женщины одновременно встают на ноги и почти бегут к выходу. Салтыкова ещё и успевает набирать чей-то номер, обувая при этом туфли. Вопросы сыновей она игнорирует и только бежит за подругой.
Гаязовы тоже встают со своих мест и уходят на второй этаж, оставляя Машу в центре комнаты с альбомом в руках. Женщина хватает телефон и начинает искать контакты, которые связаны с Ярославой. Она волнуется за неё, как за родную дочь, ведь они с самого первого дня подружились и всегда были откровенны друг с другом. Только в последние два месяца пообщаться нормально не удавалось. Видимо тогда и начались проблемы в этой светлой голове.
- Как ты чувствуешь себя? – Нина Алексеевна гладит внучку по голове, пока та уплетает домашние блины за обе щеки.
- Всë отлично. – Улыбается Ярослава и кладёт вилку в пустую тарелку.
- У меня есть интернет. Вокруг тебя столько интриг, что даже в сериалах такого не снимут. Расскажи, что у вас там происходит, а то твоя мать и слова мне не говорит.
- Бабуль, это обычные слухи. Увидели два раза с парнями и сразу лепят отношения. Я в бизнесе, а они артисты. Хорошая пища для сплетников.
- А паренек твой как на этот реагирует?
- Бабуль, паренька нет у меня больше.
- Боже мой, из-за этих аферистов расстались?
- Нет, просто... – Ярослава опускает взгляд в пол и женщина берёт её за руку.
- Если хочешь поплакать, то плачь.
- Не могу уже плакать. Устала. Мы расстались по моей инициативе. Я думала, что люблю его, но чувствовала только уважение к нему. Он так добивался меня, знал каждую мелочь, всегда старался сделать меня счастливее. Я просто уважала его, но никогда не любила. А расстаться раньше мне не хватило смелости. Он такой хороший, столько делал для меня.
- И ты его жалела, мучая себя каждый день.
- Я верила, что это любовь. Потом думала, что со временем смогу полюбить, но не получилось. Последней каплей стало то, что он сделал мне предложение, зная мою позицию насчет брака. Сейчас ему плохо, потому что он то любил по-настоящему. Любил и верил в нас.
- Не бери на себя чужую боль, деточка. Он страдает потому что полюбил тебя, а ты страдаешь потому что не смогла полюбить его. Чувства непредсказуемы.
- Я это уже поняла, к сожалению.
- Когда я встретила Вову, я была в отношениях со своим одногруппником. Он тоже очень красиво за мной ухаживал, цветы дарил, пластинки по всему городу искал, чтоб только у меня вся коллекция была. Я математику терпеть не могла, ты же знаешь. Он помогал мне, решал за меня, объяснял всë. Не получалось у меня с этими уравнениями никогда, хоть ты тресни! А потом к нам пришёл на практику учитель математики. Высокий, статный, волосы чёрные как смоль и глаза яркие зелёные. Прям как у тебя. Он увидел, что я ничего не понимаю и предложил помощь. Вот я и оставалась после пар, когда мой дружок на футбол бегал. А учителю этому дали комнату в нашей общаге, поэтому он частенько меня провожал. Мой ухажер такого не оценил и я его бросила, потому что учеба была для меня важнее тогда. А потом я начала разбираться в математике и поняла, что практикант Владимир Семёнович мне нравится.
- Дедушка!
- Так вот я и закончила последний курс, думая, что расстанусь с ним навсегда. Он прибежал на вокзал в последнюю минуту. Я стояла с этим чемоданчиком, рыдала и по сторонам оглядывалась, будто чувствовала, что придет. Он попросил меня остаться. Оказалось, что он боялся вылететь из института, если мы с ним роман закрутим. И я осталась с ним до последнего дня. Любила паразита до чертиков. Да и до сих пор его не хватает.
- Бабуль, ты никогда не говорила, что вы так сошлись. – Ярослава вытирает слезы и крепко обнимает бабушку. — Как красиво.
- Да, красиво, но не без тяжестей. Я это к чему рассказала то? А к тому, что если появился кто-то сердцу угодный, то другой никакими цветами и подарками тебя отобрать от него уже не сможет. Так что появится у тебя любовь настоящая и будешь ты самой счастливой.
- Спасибо тебе, ба. Мне не хватало этого.
- Ты про блинчики? Хочешь ещё?
Марина и Татьяна заходят в квартиру Назаровых и оглядываются по сторонам. За одной из дверей слышатся голоса и женщины направляются именно туда.
- Вы тут откуда? – Игорь встает с кресла и удивленно оглядывает женщин.
- Мы к сыну твоему. – Марина ударяет сумкой мужчину, чтоб он её подержал, а сама садится на край кровати Клима. — Слушай, а какова настоящая причина вашего расставания?
- Ярослава сама вам ответит. – Брюнет поднимается в сидячее положение и вздыхает.
- Хорошо. Ситуация следующая: Ярослава вчера за столом рассказала нам историю о том, что две её подруги поругались из-за того, что одна переспала с парнем, который нравится второй. Она сказала, что это девочки с её группы, но сегодня выяснилось, что девочек с такими именами никогда в их группе не было.
- Теть Марин, я сейчас вообще ваш рассказ не понял.
- А что тут не понятно? Это была тактика «это для моего друга». Ярослава рассказала историю о несуществующих людях, а на самом деле о себе в третьем лице. У нас всего один вопрос, Клим, один. Ты изменил Ярославе?
- Что? Если бы я так поступил, я бы уже в петле болтался.
- Получается, что она не Яна в этой истории? Боже мой! Это она тебе...?
- Нет. Никто и никому не изменял. Уточните подробности истории у самой Яси. Я все равно не понимаю, что вы пытаетесь узнать?
- Яся пропала. – Марина меняется в лице и теперь в глазах блестят слезы. — Уехала ночью и оставила записку, что хочет отдохнуть и любит всех.
- А как вы не услышали? – Назаров встает с кровати и хватает телефон, но вовремя вспоминает, что он в чс и кладёт мобильный обратно на тумбу. — Звонили ей?
- Телефон отключен. Я думала, что эта история связана как-то с её отъездом.
- А вы уверены, что в этой истории есть я? Я не изменял Ярославе, а она мне. Даже если бы и изменила, то с парнем подруги, судя по контексту. У неё всего одна подруга и у Ульяны нет парня и не было в последнее время.
- Да, я как-то не подумала об этом. Зачем оставлять записку, если можно написать или позвонить?
- Написала, потому что уезжала ночью. Если бы писала сообщение, то удаляла бы его каждую минуту. У вас есть варианты, куда она могла поехать?
- Нет, мы уже всë опробовали.
- Ладно, я прокачусь немного за город. – Клим хватает из ящика ключи от машины и с соажлентем смотрит на отца. — Пап, не злись. Вдруг случилось что-то?
- И езжай сразу домой, тебе еще нужно выпить таблетки. – Мужчина кивает одобрительно и провожает взглядом сына. — А вы могли предупредить, а не заявляться вот так?
- Какой гостеприимный. – Татьяна забирает у мужчины из рук сумочку подруги. — Чай просить не будем. Марин, мы уходим.
Ильяс достаёт из тумбы смятый листок и разворачивает его. Тот самый рисунок, который Ярослава нарисовала в самом начале их пребывания здесь. Все эти воспоминания отдают теплом в груди, но достаточно ли этого тепла, чтоб называться любовью? Он не уверен, поэтому отказал ей. Это может быть вспышка симпатии, которая погаснет совсем скоро и получится, что он просто дал ложную надежду этому маленькому ангелу. Он так не хочет. Разбивать её сердце, имитируя любовь, которой ещё вроде как нет, Ильяс боится. Он сам загнан в угол собственными чувстваами, ему самому тяжело, но нужно время, чтоб знать четко, что он хочет и насколько сильно чувствует.
Тимур сидит в телефоне и проверяет все соцсети Ярославы. Он даже представить боится, что с ней могло произойти в эту ночь. После слов брата она могла бы нажать на педаль газа, как любит и влететь в машину на встречной полосе. Столько мыслей атакуют в такой ситуации, что хочется отключить голову и не думать вообще о чем-то.
Теперь Тимур обрёл новый страх – оказаться на месте Ильяса или Ярославы. Страшно полюбить, но не взаимно. Страшно услышать признание и не найти отклик в сердце. Он бы так не смог, он мягкий. Этим они с братом и отличаются. Если старший может напрямую отвергнуть девушку, то младший будет искать более лояльный выход. А особенно страшно, если девушка совсем не чужая.
- Эй, поехали на студию. – Ильяс заходит в комнату брата и закатывает глаза, ведь тот снова курит, сидя на пороге балкона. — Завязывал бы.
- Помогает снимать стресс. – Тимур даже не поворачивается, продолжая тянуть в себя дым. — Как тебе вчера.
- Слышал все?
- Мое любопытство меня погубит. Ты правду ей сказал?
- Чистую. Она это приняла, к счастью.
- Нет, она это поняла, но не приняла. Представь, сколько ей сейчас нужно сил, чтоб реально тебя отпустить.
- Клима быстро отпустила, а они были в отношениях.
- Но Клима она и не любила.
- Давай тему закроем? Я не могу насильно себя заставить влюбиться.
- Тут ты прав. – Тимур тушит окурок в пустую пачку и встает на ноги. — Поехали работать.
В эту ночь Ярослава засыпает спокойно. Может из-за усталости в дороге, а может потому, что за стенкой впервые так пусто за последние два месяца.