Глава 3
Глава 3.
Ярослава надевает кофту с замком и все-таки выходит из комнаты. На первом этаже уже стоят Ильяс и Тимур, объясняя мамам, что девушка любезно пригласила их «на экскурсию» по территории дома. Фомина терпит и эту подлянку, но только потому, что затею оценили обе мамы.
- Это беседка. – Лениво указывает на постройку девушка, пока братья идут сзади и что-то шепотом обсуждают. — Без разговоров, пожалуйста, я повторять не стану.
- Слава Павловна, а в каком году возвели этот прекрасный гамак? – Усмехается Ильяс и обгоняет Ярославу, присаживаясь на мягкий гамак.
- Илья Ихтиярович, этот гамак был построен год назад, по желанию барыни Марины, которая очень любит восхищаться природой в её саду.
- Прекрасный экскурсовод. Можно помедленнее? Я буду записывать.
- Запишите на диктофон, мы не в каменном веке. Хотя да, извините, забыла, что вам уже под тридцать.
- Грубиянка ты все-таки, Слава.
- Научитесь выговаривать имена и тогда на них будут откликаться. Идем дальше? Вы сами это предложили.
- А мы и не отказываемся. – Тимур подходит к девушке и машет рукой вперёд. — Говорите, мне нравится вас слушать. Только я предлагаю перейти на дружеский язык, а то чувствую себя максимально некомфортно.
- Без проблем, Тимур.
Ярослава улыбается и жмет младшему Гаязову руку, пока старший закатывает глаза и идёт вперёд их. Тут девушка окончательно понимает, что у них началась вторая битва, а может уже и полноценная война.
От ночной прогулки компанию отвлекают мамы, которые садятся в машину и покидают дом без предупреждений. Фоминой такое в новинку, ведь Марина ни разу в такое время не уезжала из дома, учитывая, что завтра у неё рабочий день.
Маша уже спала, мамы так и не вернулись, а телефоны их лежали на столе в столовой.
Даже не обсуждая между собой исчезновение матерей, каждый знал, что все волнуются. Водитель не отвечал, хотя его телефон точно был с ним.
К пяти утра в гостиной спали трое. Ярослава свернулась в калачик и сопела на кресле, а Тимур и Ильяс полусидя заняли диван. И они бы проспали так еще несколько часов, пусть и не в удобной позе, но хлопок двери и невнятное пение двух голосов их пробудило.
- Чë такое? – Тимур первым встает на ноги и пытается разобрать картину перед глазами. – О, мама.
- Мама? – Ярослава несколько раз хлопает глазами, чтоб понять, что уже проснулась.
- Мама. – Ильяс подходит к женщинам и подхватывает обоих под руки. — Стоять.
- Марина Владимировна, вы где были и что с вами?
- Мы там, где надо было быть. – Улыбается женщина и кладёт руку на плечо подруги, пока Ильяс все еще пытается их удержать на ногах.
- А по какому поводу такой аромат шампанского?
- Мы лет пятнадцать не виделись уже. – Татьяна отталкивает сына в сторону и улыбается, глядя куда-то перед собой, будто видит что-то приятное. — Или двадцать?
- Все ясно. – Тимур берёт маму под руку и тащит к дивану. — Проспитесь и восемь лет найдете.
- Теть Марин, пойдемте, помогу разобраться в маршруте. – Ильяс пытается взять женщину за руку, но она отталкивает его и плетется к дивану. — Там места...
Марина толкает Татьяну в бок и та двигается к спинке, освободив место на краю дивана для подруги.
Ярослава тихо снимает с обоих женщин туфли и заботливо укрывает их пледом.
Втроем переглядываются между собой и идут на второй этаж. Теперь без споров, потому что устали и спать уж сильно хочется.
Утро наступает через несколько часов, когда в комнату Фоминой врывается Ильяс и выливает на неё стакан ледяной воды. Девушка подпрыгивает с кровати и хватает левой рукой будильник, замахиваясь на обидчика.
- Съемка через час, а ты спишь. – Гаязов забирает будильник из рук девушки и ставит его на тумбу. — Жду внизу.
- А просто разбудить нельзя? – Ярослава заправляет волосы назад и вздыхает, рассматривая парня перед собой. — Выходи, жди внизу.
- Я думал, что эта ночь нас сблизила.
- До расстояния между креслом и диваном. Иди отсюда, пожалуйста.
Ильяс все-таки покидает комнату после толчка в плечо и Ярослава открывает шкаф. Сегодня она впервые так сильно хочет спать, поэтому даже думать о стиле не хочет, а просто берёт джинсы и белую футболку. Все равно перед съемкой её сделают такой, какой нужно быть в кадре, а не такой, какой она хочет.
Ильяс предлагает поехать на его машине и Фомина соглашается, ведь в таком состоянии она за руль не сядет точно.
Как ни странно, но парень молчит всю дорогу и даже высокомерный взгляд в её сторону не кидает. Поэтому в кабинет Марины заходят вдвоём и Ильяс даже пропускает Ярославу вперёд себя.
Фомина старшая даёт задание, объясняет концепцию и желает детям удачи.
Ильясу вся эта обстановка нравится. Интерес к итоговым фото, любимые треки на заднем плане для расслабления, любовь к себе с каждым щелчком фотоаппарата.
Для Ярославы это уже давно просто работа, которая вызывает чаще негативные чувства, нежели какое-то воодушевление или интерес.
Оба следуют инструкции фотографа. Фомина так вообще мечтает о скорейшем завершении съемки и возвращении в свою кровать. Да и Гяазов её раздражает своим хорошим настроением.
- Ясь, давай, как с Климом на разворот! – Фотограф опускает фотоаппарат, ожидая, когда модели примут нужную позу.
- Фил, это был Клим, а это не Клим. – Блондинка присаживается на корточки и со злостью смотрит прямо в объектив. — Илья, наматай хвост на руку, чтоб волосы были в натяг.
- Илья? Он разве...?
- Плевать, он же понял.
- Хороший кадр. – Филипп снова убирает камеру и смотрит на пару. — Молодец, Ярослава Павловна, но не хватает искры какой-то.
- Ты пожарник что ли? – Ильяс снимает пиджак и уходит от фотозоны. — Нам пора. Мы с тобой тут три часа провели, вместо обещаных двух. Тебя ждать?
- К маме ещё зайду. – Ярослава машет рукой фотографу и выходит со студии.
Марина предлагает Ильясу интервью в их журнале, пока Ярослава отмахивается от шуток Ульяны. Нурманова тихо радуется, что интервью все-таки будет и она сможет пообщаться с парнями, которые так ей приглянулись.
Ульяна договорилась с Ильясом по времени и он предложил подвезти её домой. Ярослава с подозрением посмотрела на парня, а потом и на подругу, которая смущено согласилась.
- Надеюсь, знаешь, где тут метро? – Гаязов улыбается прямо в лицо блондинки и поворачивается на звук клаксона позади.
- Тебе оно скоро понадобится. – Ярослава обходит парня и улыбается Климу, который вышел с авто.
- Привет, я успел на фотосессию? – Назаров обнимает девушку и косится на Ильяса.
- Нет, мы уже закончили.
- С ним?
- Да, это сын теть Тани. Если бы ты сразу не отказался, то мы бы вместе...
- Классно отработали! – Ильяс машет рукой, открыв окно своего автомобиля, пока Фомина закатывает глаза. — Встретимся за ужином, Ярослава!
- Как же он меня раздражает. – Блондинка садится на переднее сидение машины своего парня и громко хлопает дверью.
- Он тебя обижает? – Брюнет садится за руль и внимательно смотрит на Ярославу.
- Нет, он просто максимально бездарный. Всë в порядке, честно.
Но Назарова такой ответ не устраивает, потому что девушку свою он знает хорошо. Она не нервничает из-за неудачных кадров, но тут готова пар из ушей выпускать. Да и Ильяс кажется Климу странным по отношению к Фоминой.
Домой Ярослава заходит практически обессиленной, но на ужин ещё успевает. Вздыхает показательно, когда видит за столом Гаязовых и все таки идет в комнату, чтоб сменить одежду на домашнюю.
- Мы уже посмотрели пару готовых кадров. – Улыбается Марина и передает дочери планшет.
- Хорошие снимки, Фил на высоте. – Ярослава кладёт гаджет на край стола и берёт из рук Тимура бутылку воды, будто по традиции.
- Яська мастер своего дела. – Ильяс улыбается девушке и она удивленно уставляется на него. — Правда, молодец, всю съемку вытянула.
- Яська? – Фомина поднимает брови и так же не отрывает взгляд от парня.
- Извини, не знал, что тебе не нравится эта форма имени.
- Будто тебя это остановит.
- Конечно. Как можно называть тебя?
- Ярослава.
- Ясь, ты чего без настроения? – Вмешивается Маша и ставит перед девушкой чашку кофе.
- Устала сегодня. – Девушка встает из-за стола и целует Марину в щеку. — Всем приятного аппетита.
Фомина быстрым шагом поднимается на второй этаж и спешит в свою комнату. Она открывает скетчбук и быстро рисует карандашом мелкие штрихи. Голова пуста от мыслей, а взгляд зелёных глаз устремлен в лист, где появляются новые линии. Рука будто сама водит карандаш по листу и уже начинает появляться что-то похожее на глаза.
Ильяс желает всем приятных снов и идёт на второй этаж. Он замечает, что дверь в комнату Ярославы приоткрыта и тихо идет туда, оглядываясь по сторонам, чтоб никто не заметил его.
Гаязов заглядывает в комнату и замечает блондинку, сидящую на полу с карандашом и блокнотом. Она явно увлечена рисованием, ведь даже не замечает парня, который нагло подглядывает за ней.
Фомина ловко оставляет на бумаге мелкие вертикальные линий, которые превращаются в брови и уже можно понять, что эти глаза ей знакомы. Она убирает карандаш в сторону и пальцами тушует грифель на веках. Осознание приходит не сразу, поэтому девушка ещё несколько секунд смотрит на результат своего творения.
- Черт. – Блондинка будто с испугом откидывает скетчбук в сторону и закрывает ладонью глаза.
- Не получается? – Ильяс стучит в дверь и сразу же входит в комнату.
- Отстань уже от меня. – Ярослава вырывает лист и небрежно комкает его, убирая в ящик.
- Я ещё не приставал.
- Это еще с какой стороны посмотреть. Чë пришёл?
- Твоего парня реально зовут Клим?
- Нет, он приколист.
- Я просто понять не могу, что у вас за сброд блатных и нищих?
- Чего?
- Ярослава, Клим... Чë за имена?
- Сомневаюсь, что имя Ильяс самое популярное в мире.
- Просто прикинул, что у вас есть какой-то закрытый клуб, где вход по паспорту. Ну, типа, «Енисей, входи. Саша пошел вон.».
- Когда придумаешь что-то изящнее, подходи, а сейчас совсем не смешно.
- У тебя что-то случилось? Поругалась с Климом?
- Если ты надеялся, что твои идиотские шутки смогут его задеть, то ты ошибся.
- Ладно тебе, Слава. Я хочу перемирия. Нам жить под одной крышей еще месяц, а наши мамы лучшие подруги, так что ругаться нет смысла.
- Жить нам осталось двадцать восемь дней.
- Считаешь дни?
- Если бы ты вовремя мог закрыть рот, то не считала бы. Говори прямо, чего хочешь?
- Помириться. Давай завтра сходим в кино?
- Давай на месте разберемся, у меня нет времени ходить с тобой куда-то.
- Тогда посмотрим что-то дома. Зови подругу, Тимур с нами. Я не съем тебя при свидетелях. Всего два часа фильма.
- Нет.
- Я не отстану и ты знаешь это.
- Хорошо, я найду свободное время на завтра. Иди уже отсюда.
- Спокойной ночи, Слава.
Ильяс выходит, а Ярослава открывает ящик комода и смотрит на снятый рисунок. Эти глаза настолько часто смотрят на неё, что сознание решило перенести их на бумагу. Видимо гнев – самая сильная эмоция, потому что другого объяснения этому рисунку нет.
Фомина вздыхает, а с помятого листочка на неё смотрит хитрый взгляд Ильяса.