XLVI глава
-прости. Но меня давно заждались.
И вернув руку, красивой походкой пошла к другому выходу. Где не будет его. Слезы катились из глаз с бешеной скоростью. Он смотрел мне в след. Я чувствовала его холод и боль. Хотелось убежать, но я спокойно вытерла лицо, поймала такси и поехала к Куперу.
Винсент
Я не понимал. Ничего. Прошлый раз показал
многое. Я надеялся, что это какая-то шутка. Я остановил ее, но ее глаза...Они не лгали. Верил, что вот-вот она развернется, подбежит и крепко обнимет, целуя в губы и зацеловывая лицо. Но нет. Этого не произошло. Ее силуэт полностью исчез, а я все еще не понимал ни черта.
Все казалось таким нереальным. Я был будто в прострации. Мы хотели семью. Но видимо этого хотел лишь я. Точнее она тоже хотела. Но, видимо, семья у нее будет не со мной. А с тем, кто ее ждал.
Как же неприятно потратить на человека так много времени, лишь для того, чтобы узнать, что он так и остался для тебя посторонним.
Автор
Винни уехал пару часов назад. Сказал какие-то дела, и что Софи вернулась в Нью-Йорк. Мы попросили проследить за этим Тая, но он не справился. Новая проблема возникла, но Винни уже купил ей билеты обратно. Хакер хотел вернутся сюда с ней, и потом отвезти ее в аэропорт. От мыслей меня отвлек звук поворачивающегося ключа.
-Софи, привет — громко крикнул я, но, увидев Хакера одного, немного опешил — а где? Ребята все разъехались по делам, я думал мы втроем пообщаемся.
-Джей — его пустой взгляд заставлял задавать вопросы — нам пора работать.
-что? Я не понимаю, где Софи? Ты собирался привезти ее сюда.
-на этом мы закрыли тему — его потерянный взгляд, как в тот день аварии. Слишком долго я видел его такой взгляд, пять лет не проходили и дня без этого. Он был отстранен ото всех, с ее появлением в его глазах снова появилась искра. И сегодня снова встретиться с тем безразличием к жизни и всему, его окружающему, было невыносимо больно.
-почему, Вин? — он шел в сторону кухни, я схватил его за плечо. В эту секунду он кинул на меня лишь взгляд. Но этот взгляд я знал. Этим взглядом он давал понять, что стоит заткнуться. И я не решил испытывать судьбу.
Мы пытались обсуждать варианты того, как подъехать к зданию незаметно. Я показывал новые точки, где можно продолжить дела. Но с ним невозможно было работать. Каждый раз он начинал злиться и возмущался, не давая вставить и слова.
Мне это надоело и я ушел, оставив его одного.
Винсент
Внутри все кипело. Я в очередной раз нашел ее в списках контактов и смотрел, надеясь, что она позвонит. Будто она почувствует что-то.
И да, в один момент на экране появился звонок...Но от Брайса.
Блять. Как же я его ненавижу сейчас. Внезапно, уже загоревшийся фитиль, дошел до финала. И все. Все загорелось.
Я чувствовал, как меня переполняет гнев. Я был зол. На всех. На себя, на Брайса, на отца. На нее...
Телефон полетел в стену. Все чертежи полетели со стола...
•••
Я опомнился лишь в тот момент, когда сидел у стены с бутылкой в руке. Вокруг все было сломано и разбито...Торшеры, телевизор, телефон, бутылки, стулья... Все, что можно было сломать. Руки были в крови, обои были испачканы. В первый раз в жизни у меня случился приступ агрессии в подростковом возрасте, но сегодня это было что-то другое. Всегда помню все, что творил в гневе, сейчас же это лишь размытые картинки, совершенно не связанные друг с другом. Никогда еще такого я не делал.
К счастью, хоть стены остались целыми. Хоть что-то в этом мире более прочное, чем человеческая любовь. Сегодня есть, завтра нет. А кирпичную стену чтобы проломить, нужно слишком сильно постараться. Я пытался, не смог.
В этот момент дверь открылась. Надежда не угасает.
-что произошло? — спрашивает Брайс, и самый последний огонь в дальнем углу сердца потухает.
-тебя не касается. Что ты приперся?
-ты сам просил приехать. Из-за...
-заткнись. И запрети всем произносить...это имя — я старался показать отвращение, хоть и понимал, что передо мной такой же отвергнутый ею парень, который чувствовал буквально то же самое.
Брайс подошел ко мне, протянув руку. Я ненавидел его. Несколько секунд смотря на этот жест, не знал, что сделать. Но это не из-за него она ушла. Он придурок, но он хотя бы не хочет убить меня. Поэтому я взял его руку и позволил мне помочь. Как иногда странно складывается наша судьба. И те, кто был нашими врагами, единственные остаются рядом в самое худшее время.
Я пошел обрабатывать руки. Когда вернулся, увидел, как он все убирает.
Я начал собирать стекло, и внутри все сжималось.
Ты разбила мое сердце, София Холл...
Я обещаю, не произносить это имя вслух.
Как и его...
Теперь мы на равных с ним.
Она все это время изменяла мне с каким-то гребанным идиотом. Я догадываюсь, что время с Дэвидом пошло не просто так... Все это время. Начиная с Амстердама. В итоге идиотом оказался лишь я — улыбка разочарования показалась на моем лице.
-теперь мы на равных — разрезал тишину я — Как ты справлялся?
-я понимал, что между вами.
Брайс обернулся и посмотрел мне в лицо. Я видел, как он не хотел сказать чего-то, что я должен знать. Его лицо выражало несогласие, я надеялся, что он что-то скажет. Надеялся, что он был рядом и знал ее лучше, чем я. Если честно, я просто надеялся, что он скажет, что она так глупо пошутила, и мы вместе поедем к ней. Но он лишь подошел и обнял меня. Я хотел услышать от него, что она бы не сделала ничего плохого. Что она не могла. Что она не обвела вокруг пальца, и я лишь что-то додумал или ошибся. Что я снова надумал про измену.
Первый раз в жизни я хотел ошибаться. Хотел быть неправым. Хотел быть глупым и чего-то не понимать.
Задушевной беседы не состоялось. И к счастью. Не хотелось никому ныть о своём жалком положении.
Убрав разбросанные вещи, я накинул куртку и пошел к двери.
-ты пил...Вин, не стоит — он понимал, что я слишком уверен в своих действиях, чтобы меня останавливать силой, и дал мне уйти.
•••
На скорости двести двадцать начинаешь забывать обо всем. Сознание очищается. Остаешься только ты и дорога.
Не помню, как оказался в машине. Очнулся лишь на трассе, увидев трехзначное число на панели.
Сердце болело. Казалось, что в него воткнули сотни ножей: посередине был кинжал, который прокручивали в разные стороны. Я бил руль. Ругался. Ненавидел. Слезы показались на глазах. Это впервые за вечер, да и вообще за последние много лет.
В моменты боли я приходил к ней, утыкался в объятиях, и готов был часами молчать. Мне было хорошо лишь от ее рук. И единственное обезболивающее меня покинуло. Предало. Ударило в спину, когда не ждал.
Насколько должно быть больно, чтобы не хотеть жить дальше?
Не знаю...Не знаю, как жить без нее.
Я одержим ее.
Люблю ее.
Но без нее жизнь же будет лучше...Хотя кого я обманываю? Себя же. Непривычно пусто внутри. Непривычно одиноко. После аварии я тешил себя надеждой ее найти, и нашел. Я хотел, чтобы она была жива. Надеялся и верил. И куда привела эта вера? Но здесь и искать ее не нужно. Она жива. Но она не моя.
Я надавил на газ. Скорость была на пределе. Как и мои чувства. Начался дождь. Сбавив, я резко вошел в поворот в сторону леса. Проехав около получаса между томными столетними деревьями и одинокой ночью, остановился, заглушив машину, покинул ее.
Резко все отключилось. Я чувствовал землю, стоя в грязной луже от колес. Одинокий лес. Резкое забвение. Казалось, я никто и нигде, и никогда не был.
Не думал, насколько больно осознать, что ни о какой любви никогда и речи не шло. Секундное развлечение, но уж точно не любовь.
Было слишком больно. Вероятно поэтому все и прошло. Как минимум, я не собираюсь показывать, что у меня внутри. А наружную часть легко скрыть. Порой любить кого-то, значит отпустить его.
•••
На утро я встал как ни в чем не бывало. Сварил кофе.
У меня уже был план моего возвращения. Пора его реализовывать.