неокомсомольцы 35 часть
35
Так пришел день голосования, и сознательные жители Комсомольска со всех сторон потянулись к избирательным участкам, использовать свое главное право гражданина демократического государства – выбирать власть. Даже не выбирать, а направлять туда своих представителей, чтобы они защищали их интересы в верхах. Действительно звучит смешно. Наши желтые друзья не были сознательными гражданами, посему, их в этом важном, не только для города, но и для всей области процессе, замечено не было.
Не для кого не секрет, что город погряз в проблемах: безработица, безденежье, безысходность, в общем, все, что там было, начиналось на без. И все кандидаты в депутаты предложили свои пути выхода из кризиса.
Коммунист, например, обещал увеличить количество рабочих мест на горно-обогатительном комбинате. «Каждому жителю найдется место на нашем комбинате!» - заявлял он в листовках. Как я понимал, он был такой заботливый, что собирался туда пристроить и грудных детей и стариков и недееспособных. Садист, что тут скажешь. Особенно дико звучит, если взять в расчет, что там уже два года существовали проблемы с выплатой зарплаты. Но коммунисты всегда выступали против обожествления материальных ценностей, считая, что работа не способ набивать свои карманы, а средство для самореализации. Работа ради работы. Но для каждого садиста найдется куча мазохистов, это коммунист знал и понимал, на кого работает его пропаганда.
Один независимый кандидат предлагал в Комсомольске открыть международный университет, аэропорт, метро, построить новый стадион и много еще чего. Одним словом, реконструировать Комсомольск по типу Остапа Бендеровких Больших Васюков. По всему видно, парень способный с амбициями, но слишком большой размах, местные не смогли переварить такой объем информации. Он предлагал им слишком много, они к такому не были готовы, возможно, побоялись ответственности.
Кандидат попроще, из народа, но как я понял, всеми силами стремящийся оттуда вырваться, он брался лично решать все бытовые проблемы своих земляков. Депутат тимуровец, или скорее, супермен, так как тимуровец всем помочь физически не успел бы. Предложенная схема простая, но действенная: сидит он в своей депутатской приемной днем и ночью, звонишь, говоришь, у меня кран не работает, через минуту депутат уже звонит в дверь, и стоит в дверном проеме с набором инструментов, звонишь, сообщаешь, там хулиганы обижают прохожего, и тут уже наш депутат вступил с ними в неравный бой, там преждевременные роды, и наш депутат примчался быстрее скорой. Не существовало проблем, которые он не брался решать. Хорошая тема, но не было денег до всех донести. Выпустил он тиража два листовок, и те, какие то уроды ночью безжалостно уничтожили. Начал бегать по квартирам, но всех на своих двух не оббегаешь, и так наш герой со своими благородными порывами остался неизвестен для большей массы населения. И поэтому вынужден был продолжать бедствовать наравне со своим народом.
Наш кандидат, Сергей Васильевич Пилипенко, вроде был самый прогрессивный и возвышался над этой толпой проходимцев, также, имел поддержку в столице. Он был идеалист реформатор, готовый отдать свою жизнь за эти реформы. Реформировать он собирался все сферы жизнедеятельности комсомольцев: медицину, образование, правоохранительную систему. Особенно он делал акцент на экономику региона, которая остро нуждалась в срочных реформах. Но в его длиннющей программе было сказано обо всем глобально и как то расплывчато, что трудно было даже понять, как он собирается это сделать, он говорил, делал акцент, что надо сделать, но даже не пытался отвечать на возникающий вопрос – как, каким образом. Программа была затянута, в ней присутствовало много сложных экономических терминов, читалась трудно. До конца дочитать ее было не возможно, вполне вероятно, что это было спецом сделано. Главное, что должен был понимать читающий, он грамотный экономист, человек образованный и опытный, который собирался внедрять реформы и все реформировать. Реформа ради реформы, и люди его запомнили как реформатора, а тогда это было модно, как в принципе и сейчас, так как мало что изменилось в лучшую сторону.
И так, за время официальной избирательной кампании, жителям округа было предоставлено законное право из множества кандидатов выбрать своего депутата. Возглавляемый мною с Губой секретный ночной отряд, все сделал для того, чтобы лишить этого конституционного права комсомольцев, и чтоб они видели только одну рожу на своих парадных и остановках. Рожу реформатора Сергея Васильевича Пилипенко. С доминированием в округе мы справились. Наш секретный отряд чистильщиков, появлялся в городе глубокой ночью. Никто их не видел, никто не знал, какая их численность, никто не знал, кто они такие, откуда взялись, как их зовут, вполне вероятно, конкуренты считали их призраками. Экипировка этих секретных агентов подпольщиков была лишена каких либо спецсредств, и на это ответственное политическое задание они ходили в простых домашних тапочках и полосатых пижамах. Особые приметы у них были таковыми: стеклянные глаза, желтая кожа, нарушенная координация движения. Эти бойцы невидимого фронта, которые никогда не войдут в историю, за трешку смена, правда американскую, ежедневно вычищали от вражеской агитпродукции город, тем самым, расчищая путь молодому реформатору. Их имена так и останутся неизвестными, их вклад останется не изученным. И так как всегда, настоящие борцы остаются в тени истории. Я думаю, они и сами до конца не отдавали себе отчет, что они стали участниками больших политических игр, и какой грандиозный вклад они внесли в будущее своего города, а может и всей страны.
Я только потом узнал, что за такие приколы тоже имеется криминальная статья и такая не хилая, доходит до восьмерки, - воздействие на избирательный процесс с целью исказить волеизъявление граждан, умышленное препятствие в донесении информации кандидату в депутаты. Так что, когда ловят, дают как за гоп-стоп. Как оказалось, мы с Губой хотели прожить две недели честно, так сказать, поработать на благо родины, но обманным путем, нас втянули в грязный криминал. Что за кодекс такой, за что не возьмешься, один криминал? Что за жизнь такая, что не делаешь, один криминал?