Глава 21
Лалиса
— Сходи на новый урок Нэнси, — практически кричала Рюджин, ведя меня в ванную. — Там будет очень весело.
Она усадила меня на принесенный с крыльца стул.
— Почему я должна ходить на эти занятия? — Я огляделась вокруг. — И зачем ты притащила меня в ванную?
— Потому что тебе нравится прикладное искусство, дуреха! — она посмотрела на меня как на умственно отсталую. — И я сделаю тебе прическу.
Она так резко дернула ленту, удерживающую мой небрежный пучок, что вырвала несколько волосков.
— Ауч! — Я оттолкнула ее руку. — Почему тебя так заботит моя прическа?
— Ты давно смотрела на себя в зеркало? Проблемы с парнем не означают, что нельзя немного привести себя в порядок и выглядеть прилично, — произнесла Рюджин.
Все происходило на следующий день после инцидента. Я предоставила Чонгуку немного пространства, в тайне надеясь, что он подойдет первым, но этого не случилось. Сегодня он даже не показался на завтраке. Я не видела его весь день, а сейчас уже близился вечер.
— Не знаю, хочу ли на это занятие, — пробормотала я, поморщившись, когда Рюджин начала расчесывать мне волосы. Девушка не проявила ни грамма милосердия.
— Ты должна пойти. Мне Розэ посоветовала. Она тоже там будет.
Круто, что Розэ вернулась в компанию. Видя, что подруга прилагает усилия, я радовалась. Девчонкам тоже было приятно.
— Если это мастер-класс Чонгука по изготовлению самолетиков, то я не пойду.
— Это не он! Клянусь. Хотя очень похоже. Что-то вроде урока оригами.
— Его ведет Чонгук?
Вдруг у него есть скрытые таланты, о которых я не знаю?
— Нет. Он ненавидит прикладное искусство. Парень сейчас на озере, как обычно. Может, ты хочешь поплавать? — Глаза Рюджин сверкнули весельем.
Вчера вечером я рассказала девочкам об уроках плавания и своих страхах, хотя и не уточнила причину, не упомянула о младшем брате. Полностью им открыться я не была готова, и они все прекрасно поняли. Кроме того, посчитали сексуальным то, как я бросила Чонгуку вызов с этими занятиями. «Его прикосновения и обнаженная кожа», — почти хором вздыхали они.
Признание, несмотря на страх превратиться в посмешище из-за неумения плавать, многое говорило о моей уверенности в себе. Я слишком волновалась, не посчитают ли меня неудачницей из-за боязни воды. И теперь мне полегчало, хотя впереди еще долгий путь.
— Ты же знаешь, я ненавижу озеро. — Я даже вздрогнула, представив обитающих в воде тварей.
— Я в курсе, просто шучу. Но серьезно, сходи на занятие. Я тоже наведаюсь. Будет здорово.
— Хорошо, — вздохнула я.
На меня напала меланхолия, но я попыталась преодолеть ее. В конце концов, это последняя неделя в лагере. Нужно извлечь максимум пользы.
Я позволила Рюджин сделать мне прическу: не хотелось ничего высокого, поэтому она просто выровняла волосы своим утюжком. Затем вошла Джису с большой пушистой щеточкой в руке, и это означало, что она сделает мне макияж. Я и ей разрешила, подумав, что девочки просто хотят подбодрить меня.
Когда мы, наконец, покинули домик, мне показалось, что подруги странно себя ведут. Например, бросают друг на друга глупые взгляды и хихикают без всякой причины.
— Что происходит? — не выдержала я.
Они резко замолчали, а потом хором выпалили:
— Ничего.
Угу.
Когда мы попали в здание декоративно-прикладного искусства, я увидела, что класс заполнен девушками. Все места оказались заняты, за исключением стола в первом ряду, на котором лежал листок бумаги с выведенной жирным черным шрифтом надписью «зарезервировано».
— Минджи заняла нам место, — объяснила Дженни, усаживаясь.
Нэнси появилась через несколько минут, выглядя, как обычно, немного уставшей. Ее волосы растрепались, а юбка развевалась вокруг ног, когда она металась взад-вперед.
— Я так рада показать вам как это делается. В детстве мы называли их гадалками, хотя припоминаю, как другие говорили, что это ловцы вшей.
Все рассмеялись. Нэнси начала раздавать листки бумаги и, взяв по одному, мы стали ждать инструкций.
— Когда я была в шестом классе. Мы с друзьями делали их все время. Обычно использовали просто бумагу из тетрадок. Главное, как только правильно соберете, убедиться, что внутри все верно написано.
Мы кивнули, но похоже, никто ничего не понял. Лично я даже не представляла, о чем она вообще.
— Вот пример. — Встав перед классом, Нэнси подняла странно сложенный листок, просунула пальцы в нижнюю часть, широко развернув бумагу в одну сторону, затем в другую. — Числа выбираются наугад. Итак, открываем и выбираем, скажем, пять. — Она пошевелила пальцами, отсчитывая пять разворотов. — Затем выбираем еще число, например, два. — Еще пару движений. — А теперь поднимаем треугольник и читаем предсказание. — Выполнив, Нэнси рассмеялась. — Ты выйдешь замуж за Медведя Фоззи. Упаси господи.
Все прыснули со смеху. Затем начали складывать листки, а Нэнси ходила между партами, как обычно ласково подбадривая. Она даже положила на каждый стол образец, и я схватила наш, изучая.
— Ты должна поиграть с ним, Лиса, — подбодрила Рюджин.
— Если кому-то и нужно узнать свою судьбу, так это тебе, — поддержала Минджи.
Пожав плечами, я просунула пальцы и широко раскрыла гадалку.
— Четыре. — Мое любимое число. Развернув вещицу четыре раза, выбрала цифру пять. — Это глупо, — пробормотала я, двигая пальцами бумагу.
— Это единственное развлечение, которое было в восьмидесятые, — торжественно произнесла Джой. — Странно, что они не умерли со скуки.
Розэ рассмеялась, я тоже улыбнулась, отсчитывая пять разворотов. Когда увидела написанные внутри слова, у меня перехватило дыхание.
«К концу дня ты поцелуешь Чонгука».
— Ну и кому пришла идея так пошутить? — потребовала я дрожащим голосом.
— Что там написано? — нахмурилась Джису. Я показала, и она удивленно вскинула брови.
— Попробуй еще раз.
Я повторила, на этот раз выбрав другие цифры. Прочитав следующее предсказание, громко ахнула.
«Ты безумно влюбишься в Чонгука… или, возможно, уже влюблена в него».
— О боже, — прошептала, не зная, смеяться мне или плакать. Посмотрела на лица подруг, но ни одна из них не выглядела виноватой. Но и кристально честными девочки не выглядели, если вы понимаете, о чем я. — Это сделал кто-то из вас?
Все отрицательно покачали головами.
Раздраженно выдохнув, проделала процедуру снова, на этот раз выпало:
«Сегодня в восемь часов вечера у тебя состоится последний урок плавания».
— Кто это написал? — спросила вслух, но никто мне не ответил.
— Ты в порядке? — поинтересовалась Джису, толкнув меня локтем.
— Вроде того, — пожала я плечами и отыскала последнее непрочитанное предсказание, не утруждая себя выбором цифр.
«Ты будешь парой Чонгука на шоу талантов в пятницу».
Да неужели?
— Я просто хочу знать, кто из вас это сделал.
Я снова прошлась взглядом по лицам подруг. Все тут же опустили головы, пытаясь скрыть улыбки.
Передо мной приземлился замысловато сложенный бумажный самолетик. Поперек одного крыла красовалась надпись «я сделал».
А на другом значилось «прости меня».
Обернувшись, я увидела Чонгука. Он стоял позади, словно ждал меня, и в его глазах светилась надежда.
Я встала и на дрожащих ногах направилась к нему, все еще держа в руке игрушку. От вида его великолепного лица у меня заныло сердце. А когда я подошла, он посмотрел на меня с непередаваемой теплотой. Остановившись напротив, протянула ему бумажную гадалку.
— Это ты сделал?
— Нэнси научила меня сегодня утром, — кивнул он.
Сердце пропустило удар. Я изо всех сил старалась удержаться на ногах.
— Зачем?
— Это мой способ извиниться. Я облажался. Надеюсь, что ты сможешь простить меня, и нам удастся отлично провести последнюю неделю вместе.
Я бросилась к Чонгуку, не заботясь о том, что к нам прикованы все взгляды. Мне просто необходимо было прикоснуться к нему, почувствовать, как меня обнимают его руки. Когда я оказалась в его объятиях, он прижался губами к моему виску в безумно нежном поцелуе. Мне пришлось закрыть глаза, чтобы не заплакать.
— И ты меня прости, — попросила, отстраняясь, чтобы посмотреть на него снизу вверх. — Мне не следовало рассказывать о нас твоему дяде.
— Я рад, что ты это сделала, — перебил он. — Это привело к тому, что сюда приехал отец, и мы отлично пообщались.
На глазах снова выступили слезы.
— И мы, — улыбнулась я.
— Знаю, — усмехнулся он и, протянув руку, большим пальцем стер единственную капельку, скатившуюся по моей щеке. — Давай проведем остаток недели вместе, хорошо? И извлечем из нее максимум.
Я кивнула, и Чонгук поцелуем смахнул еще одну случайную слезу, задержав губы на моей коже.
Комната взорвалась аплодисментами и счастливым смехом. Я попыталась высвободиться из объятий, но он не позволил мне этого сделать. Только крепче обхватил и наклонил голову, прижавшись губами к моему уху.
— Пусть посмотрят. Пускай думают, что приложили руку к нашему примирению, но мы-то знаем правду.
Я подняла голову, остановившись взглядом на его губах.
— Какую правду?
— С судьбой не поспоришь. Нам суждено быть вместе, Лиса. — Чонгук опустил голову и, касаясь губами моих, продолжил: — мы созданы друг для друга.
А потом мы слились в сладком поцелуе.