Глава 7
«Воспоминание (Элиасу 5 лет, Алексу 5 лет)
Двор был почти пустынным. Сумерки давно сгустились, и лишь одинокий фонарь освещал часть детской площадки, отбрасывая длинные тени на потрескавшийся асфальт. Воздух звенел от стрекота сверчков, пахло пылью и нагретым железом качелей.
Элиас стоял чуть впереди. Его золотистые волосы, поймавшие редкий луч света от фонаря, сияли так, что Алекс на миг перестал дышать. В темноте он казался не просто мальчишкой, а настоящим маленьким героем, готовым защитить.
— Отстаньте от него! — крикнул Элиас звонким голосом, расправив плечи.
Он шагнул вперёд и, сжав кулачки, бросился на обидчиков. Те отшатнулись — никто не ожидал такой смелости. Один из мальчишек всё-таки толкнул Элиаса, но тот, размахнувшись, попытался ударить ногой. Удар прошёл мимо, и в следующее мгновение Элиас неловко упал, с глухим стуком ударившись о землю.
Задиры переглянулись и, не дожидаясь продолжения, разбежались в темноту.
Алекс всё это время стоял в стороне, растерянный, боялся сделать шаг — ведь сумерки пугали его, а в глазах плясали пятна от «куриной слепоты». Но когда Элиас упал, он, дрожа, поднялся на ноги и медленно двинулся к нему, на ощупь, едва различая очертания.
— Ты цел? — голос его дрожал.
Мальчик храбро моргнул, сдерживая слёзы от боли.
Алекс, вслепую касаясь ладонью, нащупал его руку, потом лодыжку. Ему было страшно, но он всё равно остался рядом.
— Давай, я помогу… там светлее, под фонарём, — прошептал он.
Они поднялись вместе, шатаясь. Алекс держал Элиаса за плечо, а тот — его за руку. Так, двигаясь шаг за шагом, они вышли в круг жёлтого света фонаря.
На коленке Элиаса проступила царапина, кровь тонкой полоской стекала вниз. Алекс прикусил губу, потом нагнулся, подул на ранку. Щёки надулись, и выглядел он так забавно, что Элиас вдруг слабо усмехнулся.
— Что ты смеешься?
— Ты так смешно выглядишь.
Алекс не понял, что смешного. Элиас надул щеки в ответ, и Алекс понял.
— Вообще-то, мне мама так делает, говорит, что так быстрее пройдет.
— Да, да, я верю тебя, — сказал Элиас не сдерживая смех.
И именно в этот миг, Элиас понял что он влюбился в эти карие глаза.
***
На следующий день вечером Элиас бежал к дому Алекса так, что дыхание сбивалось, а сердце колотилось в груди. Он знал — сегодня семья Алекса уезжает. Но он не хотел верить, что всё произойдёт так быстро.
Когда он добежал, подъезд был уже полутемным, а во дворе стояла загруженная машина. На заднем сиденье мелькнули силуэты коробок. Элиас замер, надеясь увидеть его — хотя бы на секунду.
Но дверь хлопнула, взрослые переговаривались вполголоса, и машина тронулась.
— Подожди! — Элиас сорвался с места, но ноги будто заплелись. Он едва не упал, пока бежал вслед, и махал руками, крича.
Фары отдалялись, шум мотора растворялся в тишине.
Он остановился посреди дороги. Горло жгло, как от крика и слёз, но ни слова больше не вышло. Он даже не успел обнять его, не успел сказать, что тот для него — не просто друг.
Элиас медленно вернулся к дому. В окнах квартиры, где раньше горел свет, теперь было темно. Он присел на холодную ступеньку подъезда, спрятал лицо в ладонях и тихо заплакал».
***
Они сидели рядом — на скамейке у стадиона, уже после того, как Элиас вспомнил его. Вечер снова окутывал город мягким полумраком, и от этого воспоминания ложились на сердце особенно чётко.
Алекс долго молчал. Сжимал руки на коленях, взгляд уходил в сторону, будто он боролся с самим собой. Но потом заговорил:
— Знаешь… всё это время я думал, что тот мальчик… — он замолчал, выдохнул и посмотрел прямо на Элиаса. — Это был кто-то другой. Я даже не надеялся когда-нибудь его найти.
Элиас нахмурился, слегка наклонился ближе:
— Ты о чём?
Алекс усмехнулся, но грустно:
— Тогда, в ту ночь. Когда меня окружили пацаны. Я почти ничего не видел… темнота, шум в голове… и вдруг ты. — Его голос дрогнул. — Я не разглядел твоё лицо, но… я видел твою спину. И то, как ты шагнул вперёд, даже не думая о себе.
Элиас замер, его сердце будто остановилось.
Алекс продолжил, глядя ему в глаза:
— Ты был таким ярким… таким смелым. А я… я был слабым, робким, прятался от всего. Но именно в тот момент я решил, что когда-нибудь стану другим. Что буду как ты. Смогу защитить кого-то.
Он на секунду опустил голову, голос стал тише:
— После того, как я потерял маму и сестру, я цеплялся за этот образ. Ты — даже не зная этого — всё время был рядом. Как свет, который освещал мне дорогу, когда вокруг был только мрак.
Элиас почувствовал, как глаза предательски защипало. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле.
Алекс вздохнул, нервно улыбнулся, почти шёпотом добавив:
— И я никогда бы не подумал, что тот мальчик… всё это время был ты.