The agony

- Официант, воски пожалуйста, много, - сказал Маркус, сидя за барной стойкой того самого кафе, где недавно он чуть не встретил Розу.

Официант налил в стакан сто грамм самого дорого коньяка, Маркус за раз осушил стакан.

- Еще, - сказал он.

- Слушаюсь сэр, -  сказал официант и налил еще столько же.

- Давай не будет этих «сэр», «мистер Бэлл», зови меня просто Маркус, а ты кто? – уже немного окосев,  сказал Маркус.

- Пьер, - коротко ответил официант.

- Пьер? Очень хорошо, просто замечательно! - пробурчал посетитель, хотя что было замечательного он и сам не знал, - Еще налей.

Пьер налил еще.

- И себе! - скомандовал Маркус.

- Прости, но я на работе, - ответил официант.

- И что?

- У нас правила.

- Плевать я хочу на ваши правила! Надо будет, выкуплю все кафе к чертям! -  закричал Маркус, - А теперь пей.

Нехотя Пьер все-таки отпил немного.

- Вот, молодец. Хоть кто-то меня слушает. А ты откуда?

- Из Франции, - коротко ответил Пьер, - Родился там, потом переехал.

- Очень хорошо!- снова сказал Маркус, - А мне вот тоже Франция нравиться, я хотел показать ей Париж, купил это тупое кольцо, а оно вот как вышло… Я ведь не хотел возвращаться сюда, совсем не хотел. Но Софи опять встряла в какую-то беду, а на отчима полагаться нельзя, он человек хоть и правильный, но тот еще мудак…. Ты не стесняйся, наливай…Так вот вернулся я, перевернул весь город, чтобы найти Софи, она ушла из дома, понимаешь?  Жила у подруги, Греты, а она та еще сучка. Долго же Софи упиралась, а потом вдруг однажды сама пришла ко мне и сказала, что хочет вернуться. Я был так удивлен.  Она упрямая у меня. Вся в меня, - Маркус гордо улыбнулся и знаком показал, чтобы официант налил еще, - Так вот приехал я,  понял, что ничего меня тут не держит, только одна мысль, как там моя девочка, она любила раньше сидеть в этом кафе, сейчас не знаю, наверное, тоже любит, – Маркус осушил еще один стакан, - Когда Софи пришла ко мне,  я был удивлен и сам решил поговорить с отчимом, как не странно он выслушал меня. Она была так рада. И мама рада была, это она уговорила меня приехать. Разве я мог отказать матери? Хоть я и не понимал, как она живет с этим деспотом, ведь у него кроме денег и нет ничего. Но вот приехал я. Знаешь, я же спросил у Софи, что это ее  дернуло с повинной домой прийти, просто так ляпнул, а она возьми и скажи, что психологу в газету писала по имейлу. Я засмеялся тогда, она надулась и показала ответный имейл. Я когда имя психолога прочитал, подумал, что у меня глюки. Роуз Грей? Сказал я тогда.  Софи смотрела на меня как на идиота. Хотя я сам себя тогда таким чувствовал.  Я переспросил еще раз. Она ответила, что мне не показалось.  Тогда я попросил, чтобы она показала мне эту газету.  Там была ее фотография.  Вот скажи Роза ходит сюда еще?

- Ходит, - тихо ответил официант, до сих пор он не смел прибивать посетителя, да и бесполезно это, все равно пока он не выговориться, не замолчит, а если перечить, то это только усложнит дело. Но когда речь пошла о Розе, Пьер стал слушать еще внимательнее, он знал, что она постоянная посетительница, кроме того они часто беседовали, когда у Розы было веселое настроение и ей хотелось с кем-то поговорить о чем-то. Тогда рядом был верный Пьер, которому, если честно, эти разговоры с Розой приносили особое удовольствие.

- За тем столиком сидит? - указал Маркус на столик, за которым пару часов назад сидела Роза.

Официант кивнул.

- Вот видишь, я помню. Так вот я тогда полдня ходил как ошпаренный, а потом понял,  что хочу увидеть ее. Но не заявлюсь же я к ней после того, что случилось? Я решил написать письмо, это было самое простое, что я мог сделать. Адреса ее я не знал, поэтому почта отпадала, а так отдать было бы глупо. Я поехал к  ее редакции и потом  проследил за ней до самого дома. Потом всю ночь почему-то сидел в машине возле ее дома, смотрел в ее окно, она пару раз проходила мимо него. Моя милая Рози. Я тогда не мог уснуть, а потом,  когда понял,  что в доме все проснулись, то поймал  почтальона, заплатил ему и просил отдать письмо. Я так надеялся, что дверь откроет она, но, увы… Дверь открыла какая-то девушка.  Я грешным делом подумал, что дочь, чего не покажется больному идиоту, а потом понял,  что я ее пять лет не видел, а эта девушка была по виду ровесницей Софи. Тогда я понял, что это дочь Эллианы. Только вот, что она тут делает? Помниться мне все семейство, начиная от старших, заканчивая Эллианой, не очень-то любили мою Рози… А тут такое. Я уже уезжать хотел, как друг приехал какой-то парень.  Сразу я подумал, что Крис, а потом до меня дошло, что Крис был посимпатичней,  да и понакачанее, чем этот. Хотя тачка у него была огонь. Я решил остаться, посмотреть, что дальше будет.  Помню она вошла в одну из комнат на втором этаже, окна в доме низкие, я видел, как она сидела на кровати с этой девочкой. Та вероятно  плакала. А потом Рози посмотрела в окно. Прямо на мою машину. Я думал, что она меня узнает. Но, увы, или может к счастью, меня не заметили. Так я следил за ними весь день, даже у озера. Потом я понял, что этот парень и есть ее жених. Представляешь жених МОЕЙ Рози? Хотя она не моя… До сегодняшнего дня  я жил только тем, что забирал Софи с работы и вечером опять ехал к дому Рози, что бы хоть иногда видеть ее. И вот представь мое удивление, когда я ехал по улице, уже почти доехал сюда, как вдруг увидел Софи,  стоящую на тротуаре с кем-то. Если бы я знал, что это Рози,  что она будет там, я бы с палаткой там жил. Но я же не знал.  А потом Софи подбежала и сказала, что это была она. Сказать, что я быстро вышел из машины - значит не сказать ничего. Я выпрыгнул  оттуда.  Но, черт возьми, ее там уже не было.  Я обошел все вокруг, объехал весь кварта, но ее так и не нашел. Когда я подъехал к ее дому,  в гостиной горела тусклая лампа, в окно я увидел, что она сидит там с Крисом. Такая милая, она всегда была какой-то своеобразно милой, а сейчас особенно. Но потом я понял,  что она плачет. О чем они с Крисом говорят, я не мог услышать. Но почему-то я понял, что это было из-за меня. И я ушел...

- Что будешь дальше делать? - робко спросил вдруг Пьер.

- Не знаю, брат, не знаю, в этом городе меня ничего не держит, только она и Софи, но Софи девочка у меня умная, с ней все хорошо будет. А вот Рози, я не хочу лезть в ее жизнь, но и не лезть не могу.  Я хочу поговорить с ней.  Но я знаю, что она не захочет меня не то, что видеть, но и слышать. Может,  ты устроишь нам встречу? - Маркус вдруг оживился.

- Я? Да ты что? Нет, меня сразу же уволят.

- Я же говорил, что выкуплю все кафе! – воскликнул  Маркус.

- Но ты же сам говорил,  что не хочешь лезть в ее жизнь, - сказал Пьер.

- И опять ты прав, но я не могу так! Надо что-то делать.

- Для начала отрезвей, а на свежую голову  сообразим что-то.

- Ладно, поеду я, - сказал Маркус и попытался встать, но пошатнулся и упал на стул, - Черт!

- Так, парень, никуда ты не поедешь. Машина пусть тут будет, куда за руль в таком виде? - сказал Пьер.

- А ведь умную вещь сказал. Ладно, пусть стоит тут на парковке.   А я пойду.

Маркус предпринял еще одну попытку встать, но опять тщетно.  Выругавшись, он все-таки встал и пошел к выходу, дождь на улице еще не прошел. Но Маркусу было все равно. Укутавшись в куртку, он побрел по улице. Мысли о Розе не давали ему покоя.  «Я обязательно что-то придумаю, моя дорогая Рози, я обязательно что-то придумаю».

И он придумал.