Стеклянное сердце

Гарри впал в ступор. Казалось, что всё это происходит не с ним, что сейчас Дамблдор улыбнётся, взмахнёт палочкой, и пергамент исчезнет, будто его и не было. Парень оглянулся, и увидел, что все люди в зале изумлённо глядели на него, некоторые даже привстали, чтобы рассмотреть получше. Кинув взгляд на своих друзей, он заметил растерянность вперемешку с жалостью в глазах Гермионы и странную решимость на лице Рона.
Парень встал, чуть было не опрокинув скамью, и попытался сказать как можно громче, но голос предательски сорвался.
— Это не я! Я не бросал ничего в Кубок! — Гарри посмотрел по сторонам, убедившись в том, что ему, похоже, никто не верит. Парень страшно побледнел, пытаясь выдержать эти взгляды и решить, что же сказать, чтобы они услышали, поверили ему. Весь его опыт подсказывал, что вряд ли он найдёт поддержку, а значит, надо было сказать что-то такое, что заронило бы зерно сомнения, а потом можно будет и попробовать убедить всех в своей невиновности. Гарри горько улыбнулся, понимая, что никому не интересны его объяснения, что опять именно он станет виновником всего. Времени не оставалось, Гарри почти физически чувствовал, как Дамблдор готовится что-то сказать, на принятие решения осталась буквально пара мгновений…
— Это какая-то ошибка, я не хочу участвовать в Турнире! Я отказываюсь! — парень резко повернулся к своему столу, пытаясь понять, как отреагирует его факультет. Он неудачно поставил ногу и покачнулся в попытке удержаться. Только вовремя подставленное плечо друга спасло его от падения.
— Гарри, мы верим тебе, — с убеждённостью в голосе произнёс Рон, кинув взгляд на Гермиону, которая согласно кивнула.
Гарри потрясённо смотрел на друзей, это было настолько неожиданно, что он даже ничего не мог произнести. Так бы парень и стоял в ступоре, если бы не голос директора Дамблдора.
— Гарри Поттер, — сказал он, смотря на парня с какой-то грустью, — подойдите, пожалуйста, сюда.
— Иди, — шепнула Гермиона, помогая ему выбраться из-за стола.
Гарри чуть ли не упал, запутавшись в мантии, но удержался, и, пытаясь выглядеть невозмутимо, пошёл мимо столов Хафлпаффа и Равенкло прямо к преподавательскому столу. Вокруг него раздавались шепотки, но он старался не обращать внимания. Мысль о том, что друзья ему поверили, грела изнутри, поддерживая и придавая сил.

***
— Тебе в ту дверь, Гарри, — подмигнул директор.
Гарри улыбнулся ему в ответ, прошёл дальше, мимо учительского стола и отворил дверь, поймав напоследок ободряющий взгляд Хагрида. Он прошёл внутрь и очутился в небольшой, красиво убранной комнате.
Остальные чемпионы стояли у камина, они обернулись, пытаясь понять, зачем же он здесь. Флер обворожительно улыбнулась, подавшись чуть вперёд.
— В чём дело, нам надо вернуться обратно? — спросила она. Гарри подумал, что они всё равно узнают, и лучше рассказать им прямо сейчас, заострив внимание на том, что он сам не хотел становиться чемпионом.
— Кубок почему-то выбросил моё имя. Надеюсь, сейчас придут и скажут, что это ошибка, ведь должно быть только три чемпиона, — и пусть Гарри уже не верил в такой вариант развития событий, но он должен был сделать всё, чтобы убедить их в том, что сам он этого не хотел. Вдруг они поговорят с остальными и расскажут, что он не кидал имя в Кубок.
Крам одобрительно, как показалось Гарри, подвигал бровями, Флер расслабилась, а Седрик улыбнулся и сказал:
— «Да, Гарри, мы тоже на это надеемся».

***
Позади послышался шум, и в комнату вбежал Людо Бэгмен.
— Невероятно! — воскликнул он, пытаясь схватить Гарри за левую руку, которую тот быстро отдёрнул. — Леди, джентльмены, позвольте представить вам четвёртого участника Турнира!
Чемпионы переглянулись, после чего Гарри решил ещё раз уточнить, что он к этому не имеет отношения, да и вообще не желает участвовать.
В конце концов, это просто глупо. Что он мог противопоставить старшекурсникам, тем более в таком неприятном состоянии. Гарри ухмыльнулся, подумав, что, в крайнем случае, придётся рассказать о своих травмах, тогда его наверняка освободят от участия.
— Но, как же так… — Казалось, Бэгмен не может представить себе, чтобы кто-то мог отказаться от славы и денег. — Сейчас придут другие судьи, и всё объяснят тебе, Гарри. Я уверен, что ты согласишься участвовать.
Дверь опять отворилась, пропуская судей, ведущих оживленный спор.
— Дамблдор, как это понимать, — улыбка на лице Каркарова была будто приклеена. — Откуда появился четвёртый чемпион?
— Да, Дамблёдорр! Что это означает?! — мадам Максим поддержала своего иностранного коллегу. — Правила просты, от каждой школы — один чемпион. Понимаете, один, не два!
Дамблдор дождался, пока их запал иссякнет, после чего ободряюще посмотрел на Гарри.
— Ты кидал своё имя в Кубок?
— Нет, — поёжившись от пытливых взглядов присутствующих, ответил парень.
— Он врёт! — Непонятно откуда явившийся Снейп, как всегда желал рассказать всем о личных качествах отпрыска Поттеров. — Этот негодный мальчишка с первого дня в школе только и делает, что нарушает правила.
— Благодарю, Северус, — отчеканил Дамблдор. Он явно верил парню, что придало тому сил.
— Директор, может есть какой-то способ доказать то, что я не делал этого? — Гарри вовремя вспомнил об одной интересной вещи, которую он случайно узнал прошлым летом. У волшебников существовало достаточно способов точно определить, говорит ли человек правду или лжёт. Почти все они требовали добровольного участия опрашиваемого, но это был как раз его случай! Дамблдор испытующе посмотрел на парня, потом перевёл взгляд на Снейпа.
Вредный зельевар ухмыльнулся:
— У меня с собой есть сыворотка… — Флер охнула, зажав рот руками. Мадам Максим поморщилась, а Каркаров прищурился.
— Отличная идея. Если парень примет её добровольно, то никаких проблем с законом не будет, ведь так? — и он перевёл взгляд на Крауча, стоящего в стороне.
— Да, мы можем сделать так. Мистер Поттер, вам дадут сыворотку правды, вы знаете, что это такое? — Он дождался утвердительной реплики Гарри, после чего продолжил. — Тогда думаю, что нет никаких проблем с использованием этого зелья.
Дамблдор испытующе посмотрел на Гарри, после чего взмахом палочки создал посередине комнаты кресло.
— Садись, Гарри, сейчас тебе дадут сыворотку. Мы используем маленькую дозу, и ты можешь не ответить на вопрос, но не солгать.
Парень аккуратно сел в кресло, после чего Снейп дал Дамблдору маленькую бутылочку, две капли зелья из которой влетели Гарри в рот.
— Гарри, ты кидал в Кубок своё имя?
— Нет.
Все переглянулись, понимая, что парень говорил правду, только Снейп видимо не хотел признавать, что ошибся. Он быстро прошептал что-то Дамблдору.
— Ты кого-то просил кинуть своё имя? — Дамблдор поморщился, но задал следующий вопрос.
— Нет.
Снейп наклонился к парню, дав ему антидот и отвернувшись, после чего парень встал с кресла.
— Теперь вы знаете, что это правда, я могу не участвовать? — голос Гарри чуть задрожал, когда он начал осознавать, что даже после использования сыворотки правды директор посмотрел на него как-то виновато.
— Нет, мистер Поттер, контракт с Кубком заключён, и обратного пути нет, — Крауч сказал это всё тем же спокойным тоном. — Мы должны строго следовать правилам, а в них говорится, что тот, чьё имя вылетело из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в Турнире.

***
Гарри побледнел, понимая, что даже его травмы не будут поводом для отказа. Нарушивший магический контракт лишался магии, чего парень явно не желал.
В комнату вошел Грюм и, хромая, подошел к огню. Каждый его шаг сопровождался стуком, издаваемым правой ногой.
 — Всё просто, — сказал он, проходя в центр. — Поттера подставили, и маг, сделавший это, обладает огромной силой. Лишь сильнейший Конфундус мог заставить Кубок забыть, что чемпионов должно быть три.
После этого заявления началось обсуждение, в которое Гарри, желающий оказаться подальше отсюда, даже не вслушивался. Он думал о том, что дракон вряд ли подавится его ногой и умрёт, так что надо было что-то придумать. Нельзя терять ни минуты!
Очнулся он, только когда началось объявление правил
— Первый тур проверит вашу смекалку, — Крауч говорил медленно и размеренно. — Мы не посвящаем вас в то, какое испытание вам предстоит. Для волшебника крайне важно действовать смело и находчиво в любых обстоятельствах. Первый тур состоится двадцать четвертого ноября в присутствии зрителей и судей. Участникам Турнира воспрещается принимать от учителей хоть какую-то помощь. Единственное ваше оружие — волшебная палочка. По окончании первого тура вы получите инструкцию для второго.
Гарри понял, что ему придётся пройти как минимум первый тур, иначе после второго тура лишится магии. Надо было найти те руны, защищающие от огня дракона. Возможно, они могли помочь. Он поморщился, понимая, что с одной только палочкой будет сложно их использовать.
— Всё, — улыбнулся Дамблдор, обведя чемпионов взглядом, — можете расходиться.
Мадам Максим и Каркаров сразу же ушли вместе со своими подопечными. Гарри показалось, будто Флер кинула на него одобрительный взгляд. Гарри переглянулся с Седриком, и решил что ему тоже пора идти.
Большой зал опустел, тыквы с догорающими свечами выглядели немного жутковато.
— Ну вот, Гарри, — Седрик открыто улыбнулся, — Опять мы с тобой соперники.
— Я же говорил, — начал заводиться Гарри. — Я не хотел этого!
— Понимаю, но как видишь, выбора у нас нет, — Седрик внезапно ухмыльнулся. — Не думай, что я буду жалеть тебя из-за возраста или того, что мы представляем одну школу. — Он резко свернул в один из боковых проходов, оставив Гарри в одиночестве.

***
Парень медленно шёл по коридору, начиная понимать, в какую же задницу он попал. Пока он шёл через весь зал, спорил с преподавателями, говорил с Седриком, он чувствовал себя намного увереннее, но сейчас возбуждение схлынуло, и Гарри завладела усталость.
Он понимал, что в Турнире участвовать придётся, и даже мелькнувшая было мысль о том, что можно просто выйти на испытание и постоять на месте, оказалась ошибочной. Ему точно надо было пройти первый Тур, в котором, как говорил Хагрид, будут драконы. Насколько он знал, существует способ остановить пламя с помощью рун, но уверенности в том, что он сможет начертить нужную цепочку одной только палочкой, не было. Конечно, он мог бы попробовать пролететь на метле, но после этого лета… Гарри выругался, ударив кулаком в стену, и снова занялся своим дыханием. Вдох, выдох…
За размышлениями парень и не заметил, как добрался до портрета Полной Дамы.
— Чепуха, — Гарри не обратил внимания на что-то хотевшую ему сказать женщину, и вошёл внутрь.
Жутрий рёв практически оглушил его, десяток рук втащили его дальше, парню сразу вручили маггловские чипсы и бутыль со сливочным пивом. Все кричали, поздравляли его, и было очевидно, что никого не интересовало, слушает он их или нет. И вообще, повод для веселья есть, и это главное.
— Гарри, пошли сюда, — Гермиона ловко вытащила его в угол гостиной, к большому креслу, куда они и уселись вдвоём. — Поздравлять не буду, всё же ты не хотел этого. Скажи, что было, когда ты вошёл в комнату?
Гарри расслабившись, рассказал подруге обо всём. Гермиона была очень хорошей слушательницей, поддакивала в нужный момент, задавала вполне логичные вопросы, беседовать с ней вот так, сидя в кресле перед камином с бутылкой пива, было очень приятно. Похоже, что она наложила какие-то чары, иначе с чего бы гриффиндорцы так быстро забыли про своего чемпиона? Но вот, настал момент вопроса, которого Гарри и боялся. Всё же он не сможет соврать, а Гермиона не настолько глупа, чтобы поверить в сказочку о страхе перед турниром и маленьком возрасте.
— Но всё же, Гарри, почему ты не хочешь участвовать, я понимаю, что дракон, да и вообще очень опасно, но ты же раньше всегда первый лез в такие переделки. Вот только в последнее время ты какой-то странный, часто молчишь, уходишь куда-то по вечерам… — Гермиона вздохнула и продолжила. — Я понимаю, что у всех есть свои тайны, да и сама я не рассказала вам с Роном о маховике, но Гарри, может быть я смогу тебе чем-то помочь?
«Да, сможешь, если не будешь жалеть меня», — с горечью подумал Гарри. Похоже сейчас придётся раскрыть произошедшее этим летом.
— Помнишь, мы с дядей попали в аварию? — он посмотрел на подругу виноватым взглядом. — Директор сказал, что это пустяк, но на самом деле…
Гарри поманил чуть побледневшую Гермиону ближе, повернулся к ней, чтобы никто не заметил его левую руку, и, чуть приподняв рукав мантии, отсоединил протез. Он подержал его немного, и сразу же прикрепил обратно.
— Гарри, это… — парень незаметно выдохнул, всё же пару мгновений он думал, что она закричит, но, похоже, совместные приключения закалили девушку.
— Да, именно так. Это протез. И он не один, — Гарри взглядом показал на свою левую ногу. — Теперь ты понимаешь, что мне никак нельзя было участвовать в турнире?
Подняв взгляд, он с облегчением убедился, что Гермиона, кажется, не собиралась прямо сейчас жалеть его, или того хуже, плакать. Она сидела с потерянным видом ещё несколько минут, неосознанно вцепившись в руку парня, после чего подняла голову и порывисто обняла его, но через миг же отпустила, немного покраснев.
— Почему же ты сразу не сказал? — Гарри не мог не признать, что обниматься с девушкой — очень приятно, но сейчас ему надо было сосредоточиться на диалоге. Всё же Гермиона не стала открыто жалеть его, и он решил рассказать правду.
— Я… — Гарри помедлил, пытаясь подобрать слова, в чём не преуспел, сказав прямо:
— Я боялся, что вы будете жалеть меня. И хочу попросить не делать этого, хорошо? — он примирительно улыбнулся подруге.
— Да, конечно, но ты уверен, что тебе не нужна помощь? — Гермиона сказала это с такой серьёзной миной, что парень не смог удержаться и засмеялся. — Гарри!
— Прости, прости. Нет, с этим мне помощь не нужна, я справлюсь сам, — убеждённо произнёс он.
— Тогда я помогу тебе с турниром. И даже не пытайся отказаться! — рассерженная Гермиона выглядела так мило, что Гарри еле подавил порыв её обнять, удивляясь своей реакции. — И да, Рон ждал тебя в комнате мальчиков, но, похоже, заснул, думаю что и тебе надо идти.
— Да, ты права. И спасибо.
И парень, пожелав празднующим спокойной ночи, поднялся наверх. Рон действительно спал, его богатырский храп немного колебал полог кровати. Гарри быстро разделся и лёг, отвернувшись к стене.
— Всё же хорошо, что я смог рассказать Гермионе о своих проблемах, — Гарри улыбнулся, засыпая, — и почему я думал, что это была плохая идея?