survive until spring

Квартира, расположенная на шестом, мансардном, этаже одного из самых высоких зданий в городе, была погружена в уютный полумрак. Верхний свет не горел, а гостиная освещалась только пламенем свечей, стоящих на комоде. Там же в вазе красовался большой букет из свежих цветов. Свечной огонь мягко поблескивал на толстом оконном стекле, на стенках вазы и на винных бокалах.

Рыжеволосый мужчина сидел на диване и расслабленно перебирал платиновые пряди женщины, лежащей у него на коленях. Рядом дремал свернувшийся клубком серо-белый кот.

– Очень красивый букет, – пробормотала Розанна Пак, глядя на цветочное чудо в вазе.

– Рад, что он тебе понравился, – ответил ее супруг.

– Понравился... Ты же знаешь, мне нравится все, что ты делаешь. И все, что ты даришь. Даже если это простые одуванчики.

– Для одуванчиков сейчас не сезон, – нарочито грустно вздохнул Чимин.

– Какая жалость.

Мужчина усмехнулся, немного помолчал, а потом заметил:

– Представляешь, сегодня прошло ровно пять лет с того самого дня, как я приехал в Эрнефъялл и встретил тебя.

– Ах, так вот почему ты принес цветы и вино, – негромко рассмеялась Розанна. – Праздновать наше знакомство?

– Вроде того. Хотя оно было не слишком уж романтичным.

– Еще бы. Я в тот момент раздумывала, как бы побыстрее от тебя избавиться, – призналась глава Следственного управления, почесывая за ухом кота.

– Рада, что не избавилась?

– Хм... дайте-ка подумать...

Ее прервал дверной звонок. Супруги растерянно переглянулись. Даже кот навострил уши, чуть приоткрыв янтарный глаз.

– Кого это принесло на ночь глядя? – пробормотал Чимин.

– Наверное, что-то случилось. – Розанна поднялась с его коленей. – Ты же знаешь, просто так к нам никто не приходит, особенно в такое время.

– Да уж, устроил романтический вечер, – вздохнув, он встал и направился к двери. – Надеюсь, это не работа. Или хотя бы не срочная.

Поглаживая кота, Розанна слушала, как муж открывает дверь. А затем раздался удивленный возглас:

– Ты?

– Я. Впустишь?

Узнав голос, Розанна нахмурилась и выпрямилась, окончательно сбрасывая расслабленность. Она знала: раз к ней домой пришел этот мужчина, случилось что-то действительно очень серьезное.

– Добрый вечер, – поздоровался неожиданный визитер, входя в гостиную. – Прости, что потревожил, но дело срочное.

– Рассказывай, – вздохнула та, когда гость – самый настоящий эльф, бессовестно прекрасный в своем эльфийском великолепии – устроился в кресле напротив.

С Чонгуком, который уже духи знают сколько лет был королем преступного мира Эрнефъялла, Розанна познакомилась давно. Когда-то она изо всех сил пыталась выследить и посадить золотоволосого красавца, дабы серьезно пошатнуть позиции городской преступности, но ей это не удалось. Потом просто смирилась с его существованием, как и с любым неизбежным злом. А пять лет назад тот поучаствовал в спасении города от полчищ жуткой нежити и прикрывал им с Чимином спину, как самый верный товарищ. После такого было невозможно не проникнуться друг к другу определенной симпатией, пусть они и находились по разные стороны закона.

После той знаменательной ночи их отношения изменились. А Чимин так вообще вел с Чонгуком какие-то подозрительные дела, и Розанна всерьез подозревала, что мужу, как сотруднику Особого отдела Его Величества, удалось наладить с королем преступного мира крепкое и полноценное сотрудничество. Поэтому отнеслась к просьбе о помощи очень серьезно.

– У нас в Эрнефъялле пропадают дети, – эльф огорошил сходу, решив начать с главного.

– Дети? – Розанна нахмурилась, перебирая в голове текущие дела. – Уверен? Мои люди ничего такого не говорили.

– Я тоже не слышал, – подтвердил Чимин.

– Вы и не могли слышать, – чуть поморщился Чонгук. – Их родители не заявляли о пропаже. Они предпочитают разбираться своими силами, потому что не совсем... законопослушны.

– Даже так... – протянула Розанна. – Получается, это все твои люди?

– Да.

– Мы слушаем.

Серо-белый кот немного неуклюже вскарабкался на кресло, где сидел теневой король, и полез к нему на колени. Эльф вздохнул, почесал кота за ухом и начал говорить.

– Первый ребенок пропал ровно две недели назад. Мальчик, девять лет. Он играл на улице и не вернулся домой к положенному времени. Никто ничего не видел. Ни чужаков, ни подозрительных автомобилей. Хотя улица, на которой живет эта семья, очень спокойная, и на ней почти никогда не бывает посторонних. Но нам не удалось найти ни малейших следов ребенка.

Розанна хмуро кивнула.

– Вторая пропажа – мальчик, одиннадцать лет – исчез восемь дней назад. В пять вечера вышел от тетки и привычным маршрутом отправился к родителям. Только до дома не дошел. И все то же самое: никто не видел и не слышал ничего подозрительного.

– Плохо.

– Третий ребенок – восьмилетняя девочка – пропал сегодня. Вот только на этот раз там был свидетель.

– И что свидетель видел? – поинтересовался Чимин.

– Кое-что очень странное. Девочка просто растворилась в воздухе. Исчезла буквально за секунду. А рядом снова не было никого подозрительного.

Супруги Пак изумленно переглянулись. Такого они явно не ожидали.

– Словам твоего свидетеля точно можно доверять?

– Я вообще мало кому доверяю, – усмехнулся Чонгук, – но думаю, что да, можно.

– Так, тогда давай подытожим, – медленно проговорила Розанна. – Пропавших детей – трое. Все они из семей людей, которые замазаны в чем-то незаконном. Возраст – от восьми до одиннадцати. Интервал между исчезновениями – около недели, плюс-минус. Все проделано мастерски, ни улик, ни свидетелей. Почти.

Эльф кивнул, подтверждая выводы.

– Что-нибудь еще было? Угрозы до похищений, требования о выкупе – после?

– Нет.

– Связь между семьями, кроме их принадлежности к криминальному миру, есть? – спросил Чимин.

– Нет, – снова ответил эльф. – Они даже не знакомы.

Розанна мрачно прищурилась и откинулась на спинку дивана.

– Сообщений о неопознанных телах в последнее время не было, – пробормотала она. – Конечно, это совсем ни о чем не говорит, но хочется верить, что дети живы.

– Мне тоже хочется в это верить, – кивнул Чонгук. – Вот только есть проблема. Второй ребенок серьезно болен. Какая-то редкая болезнь, связанная с вашими потоками, и без лекарства он долго не протянет.

– Это который пропал восемь дней назад? – еще больше нахмурилась Розанна. – А что за лекарство?

– Двухлетняя вытяжка морского аппалуса.

– Двухлетняя вытяжка? – вдруг оживился Чимин. – Уверен?

– Да, – медленно кивнул эльф. – А что?

– Дело в том, что в начале этой недели на Еловой площади ограбили аптеку. Деньги не тронули, взяли только лекарства. И в списке похищенного был этот самый аппалус.

– Думаешь, это связано? – спросила Розанна.

– Все может быть, – пожал плечами ее супруг. – Ограбление оказалось очень странным, поэтому Мелвин и вызвал меня. Во-первых, украденные лекарства. Там был и сироп от кашля, и мазь от синяков, и наркотический анальгетик, и редкости вроде аппалуса. Нам не было понятно, зачем грабитель вообще все это унес. Во-вторых, та аптека – одна из трех в городе, у которых есть лицензия на торговлю препаратами из Черного списка. А значит, она защищена по высшему разряду. И взламывал ее профессионал, обладающий даром не слабее нитей второго ранга.

– Это может быть связано, – кивнул Чонгук. – После сегодняшнего случая я тоже считаю, что здесь не обошлось без вашей магии. Эльфийских чар там нет точно.

– Кстати, насчет эльфийских чар... – Чимин бросил на теневого короля внимательный взгляд. – В доме рядом с ограбленной аптекой живет девушка. На ней очень серьезная личина, поставленная плетельщиком как раз таки второго уровня. А под личиной... Я почти уверен, что под личиной скрывается остроухая представительница Имиль-та-Эли.

– Знаю, – ответил эльф. – Но она не при чем. Ее приезд вообще со мной никак не связан.

– Ну надо же, – хмыкнула Розанна и возмущенно покосилась на супруга. – А почему я самой последней узнаю, что количество эльфов на моей территории увеличилось вдвое?

Чимин улыбнулся ей, но потом резко посерьезнел и посмотрел на теневого короля.

– Какая помощь тебе нужна от нас? Вряд ли официальное расследование.

– Да. Официального расследования сейчас не нужно. Я хочу, чтобы ты посмотрел место, где пропал последний ребенок. Может быть там остались следы от ваших плетений.

– Понял, – кивнул Пак Чимин, поднимаясь, и спросил жену: – Пойдешь с нами?

– Пойду, – согласилась та. – Только дай мне одеться.

Через десять минут три фигуры в черных плащах, наброшенных поверх теплых пальто, вышли из подъезда. Ночь уже давно вступила в свои права, и на улицах было темно и пусто. А небольшой отвод глаз, который Пак Чимин набросил на всю компанию, спасал от случайных зрителей. Пятнадцати минут им хватило, чтобы дойти до места. И уже совсем скоро два человека и один эльф остановились возле входа в тот самый проулок, где Лалиса из Дома Остролиста стала свидетельницей странного похищения.

– Куда дальше? – спросил Чимин, снимая плащ и отдавая его супруге.

– Примерно двадцать метров вглубь, – махнул рукой Чонгук. – Моя свидетельница сказала, что именно там исчез ребенок. Просто шел и растворился.

– Перемещения в пространстве невозможны, – пробормотала Розанна, глядя, как муж медленно идет вперед, внимательно осматриваясь по сторонам. – Если там, конечно, не замешаны струны.

– Не думаю, – покачал головой Чимин – единственный на всю округу мастер струн. – Все плетельщики такого уровня работают на корону. Им незачем воровать детей.

Розанна Пак пожала плечами, про себя подумав, что всякое бывает. Но мужу глава Следственного управления доверяла безоговорочно.

– Так что там за эльфийка? – вполголоса спросила Розанна у Чонгука, пока ее супруг осматривал проулок. – Откуда взялась?

– Я еще не совсем понял, что именно выгнало ее из Имиль-та-Эли, но, кажется, она собралась обосноваться у нас надолго. Работает цветочницей в теплицах Дивногора.

– О тебе знает?

– Нет, – хулигански усмехнулся эльф. – Ее ждет большой сюрприз. Только не сейчас. Чуть позже.

– Еще не наигрался? – хмыкнула Розанна.

– Мы знакомы чуть больше недели. Я даже не успел войти во вкус.

– М-м-м, звучит угрожающе. Мне стоит ее пожалеть?

– Зачем? – в изумрудных газах затанцевали лукавые смешинки. – Неужели я настолько плох?

– Не знаю, не проверяла.

– Не хочу прерывать вашу светскую беседу, – негромко произнес Чимин. – Но я кое-что нашел.

– Нам можно подойти? – Розанна сразу забыла про шутливый тон.

– Да, идите ко мне.

Эльф и женщина подошли к мастеру струн, который, стоя на одном колене, очертил на снегу круг.

– Что ты нашел?

– Все возможные следы, в том числе, следы ребенка, давно затоптаны. Поэтому искать бесполезно. Но если посмотреть со стороны потоков....

– Да?

– Не уверен точно, – пробормотал Пак Чимин. – В конце концов, большая часть плетения уже успела рассеяться тоже. Но обрывки, которые я тут вижу, очень похожи на «Крышку-ловушку».

– «Крышку-ловушку»? – Розанна присела рядом, подобрав плащ.

– Да. Такое хитрое плетение, сложное, для него нужен дар мастера нитей минимум первого-второго ранга. По принципу действия похоже на замаскированную ловчую яму. Плетение соединяет две, скажем так, полости. Жертва становится на него и проваливается вниз. Можно настроить на конкретного человека.

– В нашем случае оно тоже сработало так? – нахмурился Чонгук.

– Сейчас посмотрим. – Чимин поднялся и медленно пошел дальше, глядя себе под ноги.

Он обошел весь проулок, потом снова опустился и стал раскапывать снег. Немного усилий – и из-под него появилась крышка канализационного люка.

– Дождевой коллектор, – Розанна опознала знаки на крышке.

Мастер струн осмотрел ее со всех сторон и подцепил плетением. Примерзший металл вряд ли поддался бы обычному человеку, но для плетельщика такого уровня не было ничего невозможного, и крышка легко вышла из колодца.

– Внизу никого нет, – сказал Чимин, бросив в колодец пару сигналок. – Спустимся?

– Конечно, – хмыкнул эльф.

– Я пойду первым. Посмотрю, не осталось ли следов внутри.

Он спрыгнул в колодец. Стало тихо. Розанна Пак и Чонгук молчали, глядя в темную дыру. Женщина зябко поежилась, кутаясь в плащ. Ночной мороз уже начинал пробираться даже сквозь теплую одежду.

– Ну что, готовы спуститься? – раздался снизу голос мужа, когда она уже начала терять терпение.

– Готовы, – кивнул Гук и изящно спрыгнул в люк.

Розанну спустил Чимин, так бережно, как умел только он. И все трое оказались в коллекторе, обледеневшее нутро которого освещалось лишь небольшим шариком плетения.

– Нашел что-нибудь? – спросил Чонгук, осматриваясь.

– Моя теория подтвердилась. Этот коллектор проходит точно под местом исчезновения ребенка. И здесь я обнаружил соврешенно такие же обрывки «крышки-ловушки», как и наверху.

– Духи, – вздохнула Розанна. – Значит, действительно работал плетельщик.

– Да. И очень хороший, раз сумел пробить такую толщу земли. Тут больше полуметра.

– Это все, что удалось понять? – поинтересовался враз помрачневший эльф. В человеческой магии он не разбирался ровным счетом никак.

Они дошли то того места, где должен был очутиться провалившийся ребенок, и задрали головы вверх, хотя эта часть свода никак не отличалась от остальных.

– Да, это все, – подтвердил Чимин. – Следов похитителя нет. Следов борьбы тоже. Думаю, ребенка сразу усыпили. Ты ничего не чувствуешь по свой части?

– Нет, – покачал головой эльф, к которому обратился мастер струн. – Пусто.

– И понять, в какую сторону они ушли, не получится, – хмуро констатировала Розанна.

– Думаю, тогда нам лучше вернуться домой, – Чимин обнял жену за плечи. – Становится слишком холодно.

В квартиру на шестом, мансардном, этаже они возвращались в молчании. Каждый явно обдумывал то, что им удалось узнать.

– Он готовился, – пробормотала Розанна, падая на диван в своей гостиной. – Возможно, следил за детьми, чтобы поставить ловушку там, где они точно пройдут. Значит, ему были нужны именно эти дети. И нужны живыми. Вопрос: почему и зачем? Денег не просит, условия не ставит. Подопытные? Рабы? Или еще какая-нибудь мерзость?

– У меня пока два ответа на вопрос «почему», – кивнул Чимин. – Он мог выбрать именно этих детей только потому, что знал: их родители не пойдут к следователям. А значит, похищения не вызовут шума. Либо именно эти трое подходят для целей похитителя.

– Три похожих похищения, – согласился Чонгук. – Возможно, это связано с теневым миром Эрнефялла. А может быть именно со мной.

– А что у вас там происходит? – подозрительно прищурилась Розанна.

– Пока ничего явно серьезного. Вот только с пару месяцев назад некто слишком самонадеянный за моей спиной начал, скажем так, вносить смуту в ряды теневого мира. Очень осторожно, исподволь. Пока мне не удалось понять, кто мутит воду, но, кажется, все это направлено против меня.

– Причины?

– Ничего неожиданного, – пожал плечами эльф. – Не всем нравятся мои методы и принципы. Постоянно появляются люди, которым хотелось бы вернуть вседозволенность, бывшую у нас при прошлом теневом короле.

– Вот только дестабилизации местного криминалитета мне не хватало, – душераздирающе вздохнула глава Следственно управления.

– Пока ничего особенно опасного не происходило, но...

– Но может быть и бунт, – закончил за Чонгуком Чимин.

– Бунта не будет, – нехорошо улыбнулся эльф. – Эти идиоты вряд ли знают, против кого решили пойти.

Розанна Пак задумчиво кивнула. За шкуру этого ушастого проныры, который заставил радостно плясать под свою дудку весь криминальный мир Эрнефъялла, она не переживала. Эльф сидел тут едва ли не сотню лет и был способен справиться с чем угодно. Но ее волновало то, что в разборках за теневой трон могли пострадать невиновные. И дети, хоть это дети тех, кто нарушал закон, были именно такими.

– Насколько влиятельны родители пропавших? – поинтересовался Чимин. – Я имею в виду, в теневом мире?

– По-разному. Двое – «рыбки» средних размеров, а вот отец второго ребенка, который болен – достаточно влиятелен.

– Значит, в принципе, дети могут использоваться как рычаг давления на родителей, – подытожил мастер струн.

– Не знаю, – эльф еле заметно поморщился. – Мне кажется, что этот вариант очень сильно притянут за уши. Три семьи, пусть даже одна из них и имеет некий вес. Но во всем теневом мире это словно капля в море. Они не могут принести преступнику ни выгоды, ни перевеса в расстановке сил.

– Да, ты прав, – вздохнула Розанна. – Вообще не факт, что похищения и возможный бунт связаны. Но мне так хочется верить, что дети важны для похитителя и поэтому он не станет причинять им вред.

– Вот только где их искать... – пробормотал Чимин.

– Почти уверен, что из города детей не вывозили, – сообщил Чонгук. – Мои люди следили за этим с самого первого похищения.

– Не вывозили... – задумчиво повторила Розанна. – Прячут в городе... Хм, он использовал коллектор. Может снова всплыли те самые катакомбы?

Она посмотрела на мужа, вот только тот уверенно покачал головой.

– Пять лет назад я запечатал все входы и выходы. Проверю еще раз, конечно, но вряд ли там что-то будет.

– Все равно останется слишком много мест, где можно держать пленников, – Розанна мрачно вздохнула. – Три ребенка – это не армия нежити, хватит и небольшой комнаты. – Поморщившись, она немного подумала, а потом попросила эльфа: – Мне нужна карта коллектора. С маршрутами, которыми могли идти первые два ребенка. Попробуем очертить хоть какой-нибудь круг.

– Сделаем, – кивнул теневой король.

– А я запрошу в Равене данные по всем мастерам нитей первого и второго рангов, – сказал Чимин. – Посмотрим, кто из них живет в Эрнефялле или просто вызывает подозрения.

– В теневом мире таких точно нет, – сообщил Чонгук. – Поэтому теперь я подозреваю, что похитителей несколько. С плетельщиком в паре должен кто-то из наших. Очень уж грамотно выбраны и похищены жертвы.

– Ищи крысу, Гук, – почти что приказала Розанна Пак. – Ищи, пока она не сотворила что-нибудь непоправимое.

– Делаю все, что могу, Розэ, – вздохнул Эльф и поднялся. – Ладно, пойду. Спасибо за помощь.

Коротко поклонившись, от подхватил плащ и бесшумно покинул квартиру. А Розанна встала, подошла к окну и со вздохом оперлась о подоконник.

– Ох уж этот ушастый проходимец, – нарочито горестно вздохнул Чимин. – Как знал, когда прийти, чтобы испортить тихий семейный вечер.

– Да уж...

– Ну что ты... – Он подошел к жене сзади и положил руки ей на плечи, мягко массируя.

– Какой-то мерзавец решил использовать в своих играх детей. Знал бы ты, как меня это злит.

– Я знаю. Но мы разберемся, обещаю.

– Главное, чтобы не стало слишком поздно...