Глава 18.
Адель рычала сквозь слёзы и боль. Глаза постепенно приобрели нормальный цвет, но тут же загорелись заново. Борьба человеческой половины с демонической продолжалась. К тому же, Адель чувствовала, как мучается Шэмиль, его слёзы обжигали её щеки и все внутренности. Она боролась. Ради него боролась...
- Я не хочу... Пожалуйста! - вскрикнула на себя Адель, остановив свой взгляд на заледенелой стене. Она на несколько секунд замерла, пока глаза снова не покраснели.
- "Что ты делаешь? Понимаешь же, что пока не отомстишь, легче не станет!" - сказала часть в отражении. По щекам демона снова полились слёзы.
"Шэмиль, прости меня. Я больше... Больше не могу... Мне нужна... Нужна эта... Месть."
Адель встала с колен и посмотрела на прикованных к стенам слуг отца. Из груди рвался довольный смех, и она позволила ему заполонить пространство и отбиваться от замерзших стен.
Атмосфера страха и отчаяния, идущая от слуг ласкала раненную душу Одержимой. Месть... Месть... Сладкая... Тягучая, такая желанная.
- Адель, мама бы не хотела видеть тебя такой, - решилась сказать всё ещё свободная Луна. Её лицо опухло от слёз и её придерживал Гревиль. Они с сожалением и болью смотрели на дитя, заботу о котором возложили на их плечи.
- "Мамочка... - Адель снова замерла, а в её руках появились карты. - Папа проиграл меня?"
Адель злобно засмеялась, почувствовав приближение тяжёлых шагов. Её оскал не предвещал ничего хорошего.
- Ну вот и настал час расплаты, господин. Фиель любила вас, и её любил ваш ребёнок, - прошептала в плечо Гревилю служанка. Все слуги уже поняли, что скоро, совсем скоро граф станет лишь прошлым кошмаром, который сменит ещё сущий кошмар.
- Говорят, нет мести страшнее материнской. С ней может сравниться лишь боль и обида ребенка убитой матери, - продолжил садовник и закрыл глаза.
Шэмиль вскрикнул от отчаяния. Братья с болью смотрели на него. Тяжелее всех сейчас было именно ему - повязанному с ней.
- Шэмиль, мы скоро будем там, - Самуэль прижал к себе брата.
- Я не могу её потерять... Если она не остановится, то потеряет себя. От моей маленькой демонессы ничего не останется, - прошептал Шэмиль и вспомнил, как держал её хрупкое тело в своих руках, и сквозь пальцы сыпались её синие волосы. Он вспомнил её улыбку и улыбнулся сам, став похожим на... неё, безумную Адель.
- Нет, Шэмиль! - Левиафан со всей силы ударил по щеке брата и нахмурился.
- Простите.
- Ничего, мы всё понимаем. Скоро будем там, - Райко улыбнулся и взял Шэмиля за руку, подумав о том, что совсем не против того, что Фиель мертва, как бы плохо это не звучало.
А граф Реванье, вернувшись в свой дом, разозлился, потому что никого не было во дворе. Но, почуяв холод, шедший из поместья, нахмурился и шагнул на ступеньки.
- "Да... Иди сюда!" - Адель чувствовала приближение человека и, как только граф появился на пороге дома, над его головой пролетела карта джокера, совсем чуть-чуть задев русые волосы и срезав несколько волосков.
- Адель?!
- "Ах, какая досада! Промахнулась. Ну, здравствуй, папочка", - Адель улыбнулась и взмахнула крыльями, взмыв в воздух и опускаясь рядом с отцом, хватая его за подбородок, впиваясь ногтями в огрубевшую кожу, наблюдая за первыми каплями крови.
- Адель, что происходит? - графа затрясло. - Что... Почему ты здесь?!
Он смахнул руку дочери с себя и сурово на неё посмотрел.
"Папа, прости, но...
- "... Но ей было очень больно, - словно не слыша себя, сказала Адель. - И маме было больно. А...
- ...А эта моя часть хочет мести. И...
- "И я не отпущу тебя живым!" - рыкнула Адель и ударила отца наотмашь по лицу.
Графа отбросило в сторону. Несколько слуг закричали. Адель понимала, что не должна позволить себе убить их.
- "Папочка, ну за что ты так с нами? - из жутких глаз девочки текли слёзы, она шла прямиком на графа, играя картами в своих руках. - Мама ведь любила тебя, и я могла бы любить. Я ведь твоя дочь. Но ты испугался! Ты трус! Ты боялся маленькой девочки!"
- Адель, я... - только сейчас до графа начало доходить происходящее. В его голове возник образ Фиель, укоризненно качающей головой и его кинжал, что вошёл в самое сердце его жены. Граф вздрогнул. И воспоминание сменилось на то, где он держит на руках Адель, заставляя себя смотреть на неё с ненавистью. Но он не хотел этого... Он лишь боялся...
Адель замахнулась, и одна из карт вошла в плечо графа. Тот взвыл от боли. Сквозь пламя в плече он смог открыть глаза и посмотреть на свою дочь.
"Она определенно прекрасна. Как и Фиель. Неужели это я убил в ней человека? Неужели это я сам пробудил демона в своей собственной дочери?!" - думал граф.
- "Что же ты плачешь? Мне грустно видеть..."
- ... Твои слёзы. Папа, прости...
- "... Я тебя..."
- ... Люблю!
- "... Ненавижу!!!"
На миг глаза Адель снова обрели естественный цвет. Она ждала, понимала, что одна не сможет справиться с демоном внутри. Она ждала своих демонов.
В голове промелькнул образ матери. Фиель тянула к девочке руки и всё плакала.
"Мама... плачет," - подумала девочка и упала на колени.
- Помогите... - прошептала она от бессилия и сжала руки в кулаки, лёд начал трескаться под новыми его слоями. Адель рычала от боли в груди, пока крик не вырвался из её груди.
Все стекла и лёд разлетели вдребезги. Слуги падали, крича от боли и страха. Один из осколков попал в сердце Луны, и та закричала.
Но Адель не видела ничего. Злость лишила её возможности мыслить и чувствовать.
- Адель, пожалуйста... Я всегда любил тебя, но боялся! Боялся вас. Но я любил и тебя, и Фиель... - Адель со всей силы ударила босой ножкой своего отца в живот.
- "Как ты смеешь произносить её имя?! Ты убил её! Как ты можешь говорить о любви?!"
- Я хотел... Уберечь... Тебя и себя, - кровь тоненькой струйкой стекла по лицу графа.
Адель замахнулась кинжалами и почти ударила графа, но кто-то схватил её за руку. Девочка тут же оскалилась и посмотрела на...
- Шэмиль... - и оружие выпало из её рук.
- Адель, прекрати это безумие. Прими уже верную сторону! - внушал демон. Его сердце билось от радости, что нашёл любимую, и от горечи, что это вовсе не она.
- "Но как же так? Я должна отомстить. Я жила для этого..."
- А как же то, что ты говорила? Ты беспокоилась о нашем будущем. Я знаю, какая ты настоящая. И передо мной сейчас не ты. Помнишь, ты сказала, что оставила прошлое позади и не боишься его. Так вот оно, лежит и истекает кровью! - Шэмиль указал на графа. - Давай, убей его! Но прошлое останется прошлым! Смерть твоего отца не изменит ничего, а твои руки будут по локоть в крови!
Сердце Адель болезненно екнуло. Она плакала. Смотрела на Шэмиля и себя в его глазах и плакала.
- Посмотри, - продолжал Шэмиль, - мы пришли. Мы все любим тебя. А слуги? Причём здесь они?! Посмотри на Луну!
Адель посмотрела на свою служанку и вскрикнула. Левиафан приложил руки к её груди и пытался залечить рану с помощью магии.
Гревиль истошно рыдал, слуги бились в истериках от страха и боли. Повсюду были груды стекла, и растаявшая вода бежала по полу. Остальные братья пытались помочь раненным. Глаза девочки снова стали серыми. В них заблестели слезы.
Что-то вытолкнулось из её груди. Силы покинули хрупкое тело.
- Что я наделала? - прошептала Адель и упала наземь, обессилев от своей одержимости.