Одержима #Wattys2016

Адель выбежала во двор и снова подошла к качелям. Она с трудом на них забралась и заплакала. Серые глазки были затуманены слёзной пеленой.

"За что он так меня ненавидит?" - спрашивала она у самой себя и не сразу почувствовала, как кто-то встал на качели и начал её раскачивать.

- Держись крепче, - сказал Райко, Адель вздрогнула и поднял голову наверх.

- Райко! - воскликнула она и ухватилась за качелю покрепче.

Девочка смотрела вперёд себя, ей нравилось так сильно раскачиваться, рассекая лицом влажный воздух. Плохое настроение сразу куда-то пропало, и Адель начала помогать Райко раскачивать качелю ногами, то выставляя их вперёд, то подгибая под сидение. С волос упала ленточка, и чёрные, как смоль волосы развевались на ветру, словно пепел от костра. Адель засмеялась в голос и встала на тоненькие ножки.

- Что ты делаешь? Упадешь же! - сказал Райко, но совсем не с тревогой, а с улыбкой на лице, даже сам не веря своим словам.

- Не упаду, Райко, - сказала Адель и повисла на качеле вниз головой. Длинные локоны касались земли, переплетаясь с травой. Девочка сложила руки крестом на груди и закрыла глаза, продолжая смеяться. Адреналин бушевал в крови, бешено омывая вены, смешиваясь с благородной кровью его обладательницы.

- Ну всё, Адель, я хочу погулять! - захныкал Райко, Адель поднялась и встала ногами на качелю, а затем спрыгнула с неё на большой скорости, ни разу не ушибшись и не ударившись, она мягко опустилась на ноги.

- Райко, пошли гулять, - Адель протянула демону руку, мальчик взял её и повел черноволосое чудо вдоль аллеи из плетущихся чёрных роз. Девочка задумалась, а мимо пролетала бабочка, она тоже была черного цвета, но, глядя на неё, Адель подумала: "Это существо похоже на смерть, на легкую, красивую и безболезненную. Чёрный цвет - это не всегда цвет смерти, боли и отчаяния. Чёрный универсален, однотонен, постоянен. Им можно закрасить все, а вот его нельзя. Возможно, что в этих мыслях нет чего-то стоящего и глубокого, не все поймут мой взгляд на этот чёрный мир, такой же чёрный, как и все его жители, но мне, мне, испытавшей так много боли, понятен этот цвет..."

- Райко, что для тебя чёрный цвет? - решила она проверить свои мысли.

- Что для меня чёрный цвет? - Райко задумался. - Этот цвет означает смерть.

- И я означаю смерть? - спросила Адель и заглянула в глаза мальчика.

"А ведь правда... Её волосы, ресницы, брови, одежда... Все чёрное. Такое милое, манящее, опасное. Любой бы отдал свою жизнь лишь за взгляд этих серых глаз. Сейчас она спокойна и задумчива, мой чёрный," - такие мысли посетили демона. Он ощутил спокойствие рядом с ней.

- Чёрный цвет... Он одновременно и разнообразен, и однотонен, - вынес вердикт Райко и взглянул на серое небо. "Такое же глубокое и темное, как её глаза. Как нам не хватало тебя, Адель. Наше чёрное золото..."

Адель посмотрела на Райко и отвела взгляд в сторону. Ей казалось, что это её рай. Темный, мрачный, холодный рай, в котором она чувствовала себя защищенной.

- А хочешь, я нарву для тебя роз? - спросил Райко.

- Нет, пусть растут. Давай сделаем вот как, - Адель подошла к одной из огромных клумб и упала в них, раскинув руки в стороны. Шипы больно впились в нежную кожу, Адель распахнула глаза, она вспомнила боль от плетей, крики, плачь, грязь и закричала. Райко смотрел на всё это со стороны и знал, что не стоит вмешиваться, он лишь склонился над её лицом и провёл рукой по щеке.

- Давай лучше я, - послышался голос Шэмиля. - Она говорила, что ты несешь веселье и радость, а я спокойствие. Позволь мне.

- Конечно, - Райко уступил место Шэмилю. Тот склонился над лицом Адель и заглянул в широко распахнутые, но ничего не видящие глаза. Хриплый голос девочки постепенно стихал. Она пришла в себя и, даже не смотря на того, кто стоит над ней, всё поняла, прошептав беззвучно:

- Шэмиль... - и погрузилась во тьму.

В душе воцарило спокойствие и тишина, которая заставляла сердце биться медленнее. Борьба с прошлым закончена. Его больше нет для Адель, она поняла это.

- Она потеряла сознание? - спросил Райко?

- Да, - ответил Шэмиль и нежно взял на руки девочку, потеревшись своей щекой о холодную и запачканную капельками крови щеку Адель. - Зато теперь она точно знает, что не одна. Она отпустила себя.

- Чёрные розы, они вылечили её душу. Помнишь, Фиель так говорила, - Райко погрустнел, вспомнив имя той, кем дорожила вся семья Вудширов.

- Помню. Я помню всё о Фиель Вудшир-Реванье, - тихо сказал Шэмиль, и они направились обратно в дом.

- После её смерти наш сад наполнился ароматом тьмы, - сказал вслух Левиафан. - Они не цвели так долго, а тут, появилась её дочь.

В другой комнате неподвижно сидел Самуэль, подперев руками подбородок.

- Наша задача - обеспечить ей безопасность. Не допустить той ошибки, что произошла с тобой, - прошептал он, и перед глазами предстала смеющаяся девочка с чёрными, как сами сумерки, волосами.

- Шэмиль, ты её спутник? - спросил Райко?

- Да. Я Луна. Спутник Ночи.

- Самуэль - волк, воющий на Луну. А я - хранитель её снов.

- Все так, как и должно быть. Только цикл не завершен, пока Левиафан не понял, кто он, - вздохнул Шэмиль. - Давай помолчим? Я не люблю разговаривать, ты же знаешь.

- Сыграй ей что-нибудь. И пусть не слышит, зато почувствует, - предложил Райко.

- Тогда, идём в музыкальную комнату.

Они вошли в темную комнату. Здесь всё окутала тьма, лишь несколько свечей зажглось с приходом братьев. Огромное фортепьяно стояло в совершенно пустой комнате. Шэмиль усадил на свои колени спящую Адель, а его руки заскользили по клавишам, наполняя пространство влекущими нотами. Райко взял скрипку. Сейчас не были нужны ноты. Дирижером была душа в этом дуэте.

Мягкие аккорды плыли в воздухе, попадая прямо в сердце маленького, безмятежно спящего демона. На её глазах появились капельки слёз. Так плакала её душа, так плакала она, так выходила боль.

Музыка доносилась до каждого уголка поместья.

- Шэмиль, - вздохнули одновременно два других брата, услышав полную светлой тоски мелодию. Только он мог так играть, но сел за инструмент впервые за десять лет. Десять лет он ждал своего часа.

Когда последние аккорды затихли, Шэмиль прижал к себе маленькое дитя и покачал её.

- Люблю и больше никогда не отпущу, - прошептал он ей.

- И мы не отпустим.

- И мы, - вошли Самуэль и Левиафан. Они приблизились к Адель, и все стали смотреть за этой чарующей красотой.

- Наши тела и проклятые души... Она даровала им прощение. В этом маленьком сердце так много места для нас.

- Потому что она любит нас. Такое не испытывал ни один демон. И больше всех с ней связан Шэмиль, - шептались братья.

А сам Шэмиль не видел ничего и никого, кроме неё - своей Ночи.