Шрамы

Мучительно смотреть, как кому-то другому приходится расплачиваться за твои грехи. У Обито это были не просто кто-то, а родные люди. Это на них свалилась тяжелая ноша, жертвой которой должен был стать Обито и которую он хотел бы забрать себе. Но судьба будто дразнится и с улыбкой бьет по больному. Это – как если бы Саске не отказался от мести, а на помощь ему пришел злой рок: он ведь желал, чтобы Обито прочувствовал всю ту причиненную собственными руками боль. И лучше бы Саске добил его в тот день, когда совершил переворот и стал главой клана, может не было бы так тошно...

Первой жертвой среди близки был беременный муж Обито, упавший с лестницы. Какаши перенес тяжелые роды и едва не погиб. Теперь они растят больного ребенка, с врожденными проблемами со зрением. Их дочь, Сарада, была слабенькой, хотя сразу стали выдаваться повадки альфы, и родители старались развить в Сараде соответствующие умения, чтобы могла за себя постоять. Девочке по мере взросления все больше нравилось проводить время с братиком-Наруто, который, характером был более открыт, чем её родители. С этим ничего не поделаешь: Какаши всегда был скрытным, хотя он хорошо подошел к образованию своей дочери, а Обито мог с ней только дурачиться, что, будучи маленькой, Сарада любила, но, повзрослев, начала считать это неестественным. Она носила очки в красной оправе, строгую прическу, да и вообще девочка серьезная – решила стать врачом. Походило на то, что вместе с возрождением клана Учих началась новая медицинская династия.

Как ни странно, но с Саске Сарада не очень ладила, говоря, что он заставляет братика-Наруто страдать, да и аура у него плохая. Обито пытался убедить дочь в том, что кузен стал бы для неё лучшим наставником, не только как известный медик, но и как сильный альфа. Но девочка прямо при Саске сказала, что ей это не нужно, и она лучше пойдет по стопам Наруто. Не останавливало её и то, что Саске считался главой клана Учиха.

Вскоре вес неискупленных грехов Обито перенесся в сторону Саске – ему грозит слепота. И сколько бы Саске ни говорил о том, что это он расплачивается за свои собственные провинности, но Обито знал, что это он толкнул младшего Учиху на темный путь. Если подумать то, у всех в их семье проблемы с глазами. Даже у него плохо видел один глаз после обвала. У Какаши так вообще один искусственный.

Это мучительно смотреть, как кому-то другому приходиться расплачиваться за твои грехи:

— Я бы отдал бы тебе свои глаза, если бы это было возможно.

— Лучше бы отдал своей дочери, — холодно бросил Саске, когда они остались одни.

— Нет, я бы отдал их тебе. Ты бы смог что-нибудь придумать, найти лекарства...

— Не приходило в голову, что я устал? — хоть Саске так и говорит, но понятно, что такие, как он не устают, а умирают без цели.

Обито вздыхает, не зная, чем помочь человеку, который взял ответственность за все то, что сделал их клан и в особенности он. Но лишь обнимает племянника с желанием поддержать – и Саске его отталкивает в ту же секунду. Обито обидно: он считал восстановление семьи своим долгом, надеялся, что рождение Сарады поможет им сблизиться. Но не выходит, Саске не воспринимает их семьей, и, кажется, девочка это чувствовала, когда сторонилась главы глана. Не помогает и то, что Обито все же...

— Я растил тебя.

Саске хмурится, а потом его глаза мутнеют и голова кружится:

— Не подходи, — он отвергает помощь.

Не от него самого, а от Какаши и Наруто Обито узнал, кто будет лечить Саске и когда. Накануне операции Сарада впервые показала, что все-таки любит своего кузена, который помог ей появиться на свет. А теперь свет в его глазах может погаснуть...

— Братик-Наруто, а можно я пойду с вами.

— Конечно! Твоя поддержка очень поможет, — Наруто посмотрел на молчавшего Саске. — И Сакура-чан будет рада видеть тебя.

Девочка улыбнулась, хотя даже она ощущала напряжение. Какаши незаметно положил руку на плечо Обито, как бы говоря, что тот не виноват. Но это не помогает.

— Сакура — хороший специалист, я давно знаю её. Она была моей ученицей, — начал разговор Какаши, когда они уже ушли домой от Наруто с Саске, и уложили Сараду спать. — Она и офтальмологом решила стать, узнав о болезни глаз Сарады.

Обито садится на кровать и смотрит в окно:

— Я слишком счастлив для человека, который сделал столько зла.

— Мы давно об этом не говорили. Хотя причина ясна: ты всегда держал это в себе.

— Нет, просто когда счастлив, забываешь об этом, — Обито положил руки на голову.

— Обито, с тобой тоже произошло много зла. Иди лучше ко мне... — Какаши протянул руки, и Обито оказался в его объятиях, поцеловав мужа в губы.

Как бы ни было мучительно, есть те, ради кого стоит жить.