Шрамы

В храме Кицуне царил полумрак. Кушина распорядилась зажигать как можно меньше свечей, чтобы поберечь раздраженное зрение жениха. Операция прошла успешно, но все же глаза Учихи нельзя было напрягать, он пока что плохо переносил свет. Вся надежда на то, что усложнений не будет и боль со временем утихнет. Церемонию даже хотели отложить, но Саске был против и с ним уже было невозможно спорить. По традициям клана Узумаки жених должен пробыть в их храме неделю. Кушина рассказывала про обычаи, они вместе молили Кицуне о благословении, прося отпустить Наруто в новый дом и позаботиться об их семейном уюте. Кушина не сомневалась в спутнике жизни её сына, который стал ей как родной. Как представитель Наруто, Кушина уехала раньше, успев обнять Саске и сказать, что они с сыном будут ждать его.

Дальнейшее пребывание Учихи в храме прошло в ещё большой отрешенности. Он благодарил Кицуне за Наруто и обещал беречь омегу. В назначенное время Саске переоделся в кимоно для венчания. И вскоре за ним подъехали.

Саске не был в восторге, что Обито вызвался его довезти – раз не может представлять у алтаря, то хотел сделать хоть что-то. Впрочем, все это было со стороны Саске привычной ворчливостью, поэтому Обито не расстраивался, а весело болтал всю долгую поездку, которая требовала переехать из Кьюби-Око в Тэке.

Обито даже рискнул коснуться темы глаз Саске, после операции она казалась легче:
— Очень жаль будет, если я окажусь одним из последних твоих пациентов.

Он даже попробовал пошутить:
— Моей коже уже намного лучше, никого на вашей церемонии не напугаю, – но разговор все не складывался.

Обито не удивлялся, что их диалог походил на монолог, он продолжал говорить всю поездку: «Сарада хочет подарить тебе особый подарок. Именно тебе», а не любимому братику-Наруто, и так далее.

— Мы не опаздываем? — только и спросил Саске, чтобы дать понять, что ему надоел бесконечный поток слов, но это не помогло...

Обито старался заверить, что они не опоздают, хотя это был грешок их семьи — он и Какаши часто опаздывали. Саске поражался тому, как люди могут подолгу разговаривать без умолку, хотя с Наруто уже привык к этому. Иногда за такой болтовней проскальзывала полезная информация. Так, Саске убедился, что гостей будет очень много — он просто списком не занимался и его участие к подготовке к церемонии было минимально – будут даже репортеры и многие благодарные пациенты, некоторые специально приедут из других стран, чтобы побывать на празднике. «И как я не додумался это прикрыть?» — хоть и мысленно спросил себя Саске, но Обито догадывался о чем тот думал и засмеялся:

— Ты ничего не мог бы с этим сделать. К тому же, Наруто официально сказал, что рад будет каждому. Поражаюсь тому, какие вы все-таки разные, но при этом так отлично дополняете друг друга, — про него с Какаши такого не скажешь, между ними все-таки много общего.

Когда Обито начал заводить шарманку про детей, то тут Саске не выдержал и перевел стрелки на работу, касательно договоренности о поставке лекарств в страну Молнии. Это точно лучше, чем в очередной раз услышать про то, что многие считают их брак основанием династии врачей и так далее. От детей уже ждали, что они станут достойными наследниками родителей, хотя те даже не родились, даже в утробе не появились. Кушина просила у Кицуне, чтобы у них было, как минимум, пять детей. И Саске тоже очень сильно хотел этого, но слушать про их будущие профессии был уже не в состоянии. Его бесило, что на их детей будут давить этими обстоятельствами и ожиданиями, он прекрасно знал каково это.

— Ты даже сегодня хочешь поговорить о делах? — не сильно удивился Обито: — Отлично, у меня же блестящие навыки дипломатии. После операции на лицо, мне все удается без проблем, — теперь он по максиму будет использовать возможность искупить свои грехи после того, как Саске подкосил свое здоровье, чтобы тот был спокоен. — Я даже уже нашел оставшихся жертв сыворотки и убедил их в том, что наши лекарства необходимы. И мы уже начнем постройку лаборатории в стране Молнии. С ними контакты было наладить сложно, но они сдались. Ха-ха, — было в его радости что-то от ребенка, хотя Обито относился к делу очень серьезно. — Мы уже почти доехали. Я же говорил, что не опоздаем, а ты мне не верил.

Учиха вдруг ощутил доселе неведанное ему волнение.

— Ты чего, свадебный мандраж? — слегка пошутил Обито.

— Нет, — взял себя в руки Саске. — Пошли.

Наруто уже прошел все обряды, которые полагаются омеге. Ему и гостям не пришлось долго ждать, когда врата в храм Аматэрасу открылись. Наруто успел многое прочитать про богиню Солнца, в дополнение к тому, что Саске рассказывал по его просьбе перед сном. Он ощутил такое родство с Аматэрасу, когда узнал, что она спряталась в пещере, а потом вернулась и воцарился свет. Он тоже раньше прятался, а теперь выходит замуж и многие провожают его в этом пути... Мама берет его за руку, они вместе поднимаются по лестнице, а внизу все ещё слышны громкие слова поздравлений.

В сам храм допустили не так много людей, но Наруто видел лишь одного — Саске уже ждал его и в нетерпении протягивал руку. Омега чувствовал, что его альфа волнуется. Это удивительно, Наруто почему-то думал, что будет наоборот: он будет без конца нервничать, а потом возьмет руку, всегда уверенного Саске и успокоится. Но почему-то сейчас Узумаки чувствовал себя безмятежным, как ветер, а в глазах Учихи бились волнующиеся языки пламени, которые не утихли, когда они взялись за руки.

«Хотя, может мне все это только кажется?» — Наруто улыбнулся своим мыслям. Все-таки, здесь горит множество свечей. Пока монах читал молитвы, они чувствовали, как завязывается последняя и самая прочная нить.

Для Саске не существовало никаких людей, кроме Наруто, когда началось торжество. Он думал, что придется вооружиться терпением, но ни толпа гостей, ни создаваемый ими шум просто не волновали его. Наруто выглядел таким счастливым и принимал поздравления в основном сам, сияя своей улыбкой.

***

Они сами не заметили, как остались одни в комнате в их первую брачную ночь. Наруто, заботясь о глазах своего альфы, убрал все освещение и вспомнил, что когда-то давно хотел этого, чтобы скрыть свое уродство, теперь же это не имело значения. Теперь он знал, что Саске видел его всегда лучше всех и без всякого света, как и он теперь своего истинного. А потом действовал Саске... он не спешил, когда взял его за плечо и положил туда голову, прямо возле метки, скрытой тканью, которую он медленно начал стягивать, предварительно умело развязав пояс. Наруто надеялся, что его альфа разденется самостоятельно, так как сам он до сих пор плохо разбирался в хитростях кимоно, особенно свадебного — это просто ужас. Хорошо, что для церемонии его одевала армия помощников во главе с Цунаде. Хоть у альфы одеяние не такое сложное, может с горем-пополам развязал бы, не будь здесь так темно! Наруто невольно засмеялся своим глупым мыслям.

— Что такое? — спросил Саске сквозь улыбку и поцеловал омегу в ключицу.

— Я думаю, какой же я усуратонкачи, — теперь Наруто положил голову на плечо пары.

— Хех, Наруто, — Саске стянул ещё один слой ткани... остался последний, — рядом с тобой я чувствую себя ещё большим усуратонкачи.

— Нет! Ха-ха... — Наруто не сдержал смеха и совсем зарылся носом в ткань кимоно альфы, словно за ним будет хуже слышно: — это, оказывается, заразно!

— Ещё как заразно, — альфа подхватил омегу и унес его на кровать. — Только я не хочу лечиться, — прошептал он ему на губы, когда Наруто уже ощутил мягкость матраса под собой. Руки Саске стянули последнюю ткань, а от своей «брони» альфа избавился быстро, как с ненужной вещью, не стоящей внимания.

— Ага! Куда ты от меня теперь денешься? — задорно протянул Наруто в ухо альфе, куснув зубами за мочку уха и обхватив его торс ногами: — ты теперь мой муж.

— Я пропал уже давно, — очень тихо сказал Саске в сквозящей тишине, которую разрушат их стоны. Они встречались уже очень давно. Это был не первый их секс, не первые поцелуи и ласки. Они уже знали все эрогенные точки друг друга. У них уже были свои любимые позы. Но куда важнее, что каждый раз возникает это чувство, как будто сливаешься в одно целое.

У омеги начала выделяться смазка — Наруто уже хорошо контролировал и знал свое тело... не без помощи истинного, который сейчас разошелся, как в период гона, предвкушая, как набухший узел коснется заветной точки и запечатлит их. Наруто желал этого с не меньшой страстью, подталкивая бедра навстречу, не боясь быть сцепленным хоть навсегда: омега все плотнее и плотнее обхватывал альфу, который продолжал в нем двигаться...

Как такое возможно?

Каждый вдох, каждый выдох в унисон... как дыхание одного целого.

Наруто подается вперед, и Саске помогает ему усесться на коленях, пока они сплетают языки, а запах зимних апельсинов впитался в каждый сантиметр дома. Наруто чувствует, как по его телу пробегает дрожь, словно от молнии, когда альфа вновь кусает его за метку и кажется вот-вот... внутри становится очень тесно...

Громкий взывающий стон «Саске!» и тихий трепетный шепот «Наруто...»

Сцепка открыла новую грань, как после ударной волны. Саске никогда ещё не ощущал такую зависимость — он положил голову Наруто на плечо и капля слезы стекла с его глаза. Он крепко обнял Наруто, продолжая тяжело дышать на уровне шеи. Наруто погладил любимого по голове и ниже... по спине... Он коснулся лица Саске и поцеловал в губы, а потом в плечо, в грудь, в бицепс, как-будто лечил невидимые раны... Блондин прижался к его груди, слушая биение сердца, и поцеловал чуть выше пупка — до него самого не доставал. Саске, воспользовавшись позой, покрыл плечи Наруто легкими поцелуями и уложил их боком на кровать.

Хоть было и темно, но они смотрели друг другу точно в глаза.

— Саске, как думаешь, у нас будет ребенок? — Наруто положил его руку к себе на живот, тот пальцами провел по нему, как по чему-то хрупкому, хотя прекрасно знал, что желудок, как и живот, у блондина очень крепкий.

— Будет.

— Сейчас?

Чуть помедлив Саске ответил, что «может и сейчас», но очень тихо. Его глаза слипались...

— Болит? — Наруто подушками пальцев коснулся век.

— Нет... я хочу спать.

— Тогда спи, а я буду охранять твой сон, — Наруто поцеловал его в лоб и растянулся в улыбке, придвинувшись к нему ближе.

— Да ты первее меня уснешь, — не сомневался Саске.

— Пф...! Какой же ты...! — Наруто аж заерзал, что было не очень удобно делать в «замке».

— Какой? — дразня спросил Саске у щек блондина.

— Предусмотрительный, мнительный, вредный, самодовольный и любимый. А теперь ты.

— Что я? — нарочно делал вид, что не понимает альфа.

— Говори мне комплименты! — торжественно потребовал омега.

— Болтливый...

— Так и знал, что ты это скажешь.

— Упрямый, капризный...

— Я капризный? — поразился омега.

— Да, очень требовательный, как ребенок, наивный к тому же, я просто удивляюсь тому, как даже став опытным психологом, можно быть все ещё таким доверчивым.

— Это ты просто предпочитаешь закрываться от всех, даттебайо!

— С шилом в заднице, вечно рвешься всем помогать.

— У меня сейчас вовсе не шило в заднице.

— Я знаю.

— Да что ты... Все-то ты знаешь, ага.

— Правильно, я умный, — Саске растянулся по кровати, подставив локоть на голову. — А ещё, ты забыл добавить, что сильный.

— Я не забыл, что ты самовлюбленный.

— Ты говорил, что я самодовольный. С этим я согласен, а с тем, что самовлюбленный — нет. Ты же не я.

— Очень остроумно, — но Наруто при этом слегка покраснел, будто на первом свидании. — Так ты влюбленный...

— В самого прекрасного омегу на свете... — Саске погладил Наруто по щеке, — с моим членом в заднице.

Наруто ударился затылком об спинку кровати, из-за чего дернулся и чуть было рефлекторно не сел...

— Ау...! — Саске этого не ожидал, но потом сразу обхватил бедро Наруто ногой, чтобы суметь предотвратить следующее движение.

— Ой, тебе больно? — до Наруто не сразу доперло почему, а потом как дошло, то он сразу прикрыл рот рукой, чтобы не заржать... но так продержался недолго. — Прости, прости... Ахах! Я не хотел... Ахах! Твоя гордость не сильно пострадала? Я очень на это надеюсь.

— Но так тебе сейчас даже лучше знать... — брюнет сам понимал, что эта фраза, сквозь стиснутые зубы, глупа, но как же больно...

— Звучит так, будто ты мне его доверил, то есть я хотел сказать... твою гордость... ну... её то-есть... хм... хм! Хмх!

— Да. Я доверил тебе свою гордость, надеясь, что ты её не травмируешь.

— Это так странно называть его её... я сейчас умру...! Ахах!

— Это ты придумал, твои дурацкие шуточки.

— Эй! У меня отличное чувство юмора! Ахах! Не бойся, все с твоим горделивым другом в порядке. Я чувствую, как он переполняет меня. Пхах! Переполняет твоей гордостью... ахах! Чтобы на это сказал, старина Фрейд?! Ахах!

Саске хлопнул себя по лбу. Кто сказал, что парочки во время сцепки обязательно будут нежиться в постели? С ними определенно что-то не то.

— Ну-у не злись, — Наруто зарылся ему под руку, — сегодня же у нас первая брачная ночь, первая сцепка. Ни одна пара не стала бы ждать сцепки так долго, мы рекордсмены. Уверен, нам ни одна пытка будет не страшна.

Саске хотел бы сейчас с этим поспорить.

— Ох... надо будет завтра распаковать подарки, — омега зевнул. — Хе-хе... завтра... все ещё не верится, что уже сегодня Учиха. И скоро у нас будут дети... кажется время быстро пролетело... ммм... кажется ещё вчера мы обедали в Ичираку после школы, а я напевал про себя мотив песни «Who We Are — Imagine Dragons»: говорят, мы сумасшедшие, ... говорят, мы сумасшедшие, ... мы такие, как есть, ... утром, вечером. А ещё, я помню твой ужасно пресный рис, а теперь ты, наконец, стал добавлять специи, это моя маленькая победа. Я теперь смогу спокойно доверить завтрак детям тебе, а сам спокойно поспать. Ну, когда у нас будут дети, а так... — Наруто ещё раз зевнул, — ну основное все-таки лучше на мне. Я люблю тебе готовить, завтра обязательно приготовлю стейк в томатном соусе, а ещё...

Саске ощутил, как голова Наруто становится все тяжелее, а потом послышалось громкое сопение и капля слюны упала ему на грудь. Альфа подтянул к ним одеяло, чтобы доставало до шеи омеги, а сам склонил голову в его сторону:

— Спокойной ночи.