Шрамы

До момента окончания уроков, Наруто, который был не в состоянии сидеть и ждать, успел хорошенько достать Какаши. Но мужчина решил, что раз такое дело, лучше они все обсудят вместе с Обито: «И ни слова больше, а не то устрою дополнительные занятия».

Наруто отказывался разговаривать с кем-либо из одноклассников, хотя краем уха слышал благодарности Чоджи и Шикамару, а ещё Сая и даже что-то подобное выдал Неджи. В классе звучали фразы, что Узумаки герой или «вот-так-омега». Спорили, была ли это сила характера, или блондин выбился из шаблона «нормального омежьего поведения», будучи в плохом настроении, обсуждали возможную ссору с Учихой, который так и не появлялся. Ну какая школа без сплетен?

Наруто буквально засыпал на уроках, жалея о своем потраченом здесь времени, но хоть немного успокоился и больше не чувствовал себя, словно уж на раскаленной сковородке. Даже когда они с Какаши ехали к дому, где ждал Обито, Наруто был мирно настроен перед встречей, хотя раньше бы даже не поверил, что такое возможно. Блондин думал, что мог бы порасспрашивать мужчину про Саске: это поможет блондину лучше понять своего альфу и более целенаправленно продолжить поиски.

Квартира Какаши находилась не так уж и близко к школе, не удивительно, что учитель часто опаздывал. Наруто вспомнил, что уже заезжал сюда на День влюбленных, но был так зол на невозможность остаться с Саске наедине, что не придал значение обстановке. Ароматы в квартире прогоняли чужаков, и сейчас Наруто почувствовал себя не очень комфортно на такой негостеприимной территории. Похоже, что для Какаши и Обито, их квартира — их крепость. Саске, в своей бывшей квартире, вел себя и похуже, но Наруто настоял, чтобы в их общем жилье не распространялись никакие барьеры: «Так давно уже никто не делает, даттебайо». Какаши попросил прощения, подумав, что ещё устроит за это Обито, который был предупрежден о гостях.

Старший Учиха вышел их встретить, и они все пошли в маленькую гостиную. Наруто заметил, что здесь не очень убрано: в глаза бросался толстый слой пыли, а сама квартира была... скажем, слишком холостяцкая. Мужчины, хоть и впустили друг друга в свое пространство, не избавились от привычек одинокой жизни.

— Так о чем ты хотел поговорить? — сразу перешел к делу Обито.

— Подожди, может Наруто хочет есть? — Какаши посмотрел в сторону гостя.

— Нет, — отмахнулся Узумаки, — я хочу знать, где Саске.

— А он что, куда-то пропал? С ним такое бывает иногда, наверное возникли дела. Тем более, он сейчас наследник всего состояния клана Учиха, наверняка думает, куда ещё вложиться, но вряд тебе это интересно, — звучало, как «ты ж омега», хотя Обито не думал этим обидеть.

— В этот раз все серьезнее, — Наруто не сводил глаз с учителя, но обращался скорее к Учихе. — Я... узнал про прошлое Саске, и после нашего разговора он ушел, — в этот момент Наруто почувствовал, что это может быть навсегда. — И хоть это произошло только вчера, но мне кажется, что прошла уже вечность.

— Так ты все узнал? — без особого удивления спросил Обито. — И от кого?

— От... Га...! Какая разница от кого, даттебайо?! П-подождите..., а Какаши-сенсей... он всезнает?

— Да, Обито рассказал мне после помолвки, — ответил за жениха Какаши.

— И... как... — блондин пытался подобрать слова, чтобы выразить свое недоумение.

— Это не было неожиданностью, я знал его семью, — Какаши положил руку на колено любимого. — И я понял, что Обито раскаивается.

Подросток не мог поверить, что у них закончилось все так просто:

— Почему... почему с Саске не так?..

— Ну... мой племянник — сложный человек. Иногда ты думаешь, что понимаешь его, а оказывается, что совсем нет. Он и не хочет, чтобы его понимали.

— В смысле? — передернулся блондин. — Это бред, все хотят, чтобы их понимали!

— А мой племянник не хочет, поэтому он и ушел от тебя.

— Нет! Это... вы не правы...

— Эх, — Обито вздохнул, он обычно мнил себя правым, не сказать, чтобы эта привычка совсем ушла после последних перемен в его жизни, — ты не можешь понять даже такую простую деталь, как же ты хочешь понять Саске? Для этого нужно расколоть его броню и напомнить о тех временах, когда он был слаб. Он ведь не всегда был таким, каким ты его знаешь сейчас.

Наруто открыл рот, собираясь возразить, но пришлось признать, что в словах Обито есть истина. Он гневно закричал на альфу:

— Ну так из-за кого он таким стал?! Это ты во всем виноват! С нами такого бы никогда не случилось, если бы ты не сломал ему... да и таким, как я, жизнь!

— Ты ошибаешься, обвиняя во всем меня. Причина его закрытости зародилась с его рождением. Я уже говорил про его запах в детстве. Он был не такой, какой должен быть у прирожденного альфы, хотя Саске им является. Для общества, не только для нашего клана, мальчик был подобен красивому полотну, у которого оставили недокрашенное пятно: сразу же виден изъян. Маленький, но очень заметный, который невозможно проигнорировать. Саске всегда знал, что с ним что-то не так, как положено.

— Я помню. Но ведь он тогда был совсем ребенком.

— А помнишь время, когда сам был ребенком? О чем ты думаешь, когда вспоминаешь свое детство?

Наруто вспомнил, как мама и папа держали его за руки; как они вместе ходили в зоопарк; как папа угостил его мороженным, а мама говорила, что он чумазый; как они были счастливы; как он игрался с детьми в детском саду; был такой, как все... А потом все разрушилось: осталась лишь больница и куча скрывающей одежды на испорченной коже напоследок к издевательствам.

«Был такой, как все», — вдруг обратил внимание Наруто. Ну разве только чуть счастливее, чем другие. Ну, а потом... «не такой, каким должен быть омега», — Наруто знает эту боль от слов, что он слишком уродлив для такого вкусного запаха.

— На Саске смотрели, к-как... — Наруто почувствовал боль в груди, — на ошибку природы?

— Именно. Как на того, на ком природа в итоге решила отдохнуть. Как бы его родители ни пытались это скрыть, многие знали про дефект. Мне об этом рассказывал отец. А я понял, что есть ещё один несоответствующий представитель клана, кроме меня...

— Так ты дорожил им? Он не был просто твоей марионеткой?

— Сложно сказать. Все также видели, что Саске похож на моего отца, Мадару, а того всегда очень почитали... пока его не стали подозревать в связи с омегой. Но даже после этого, его хотя бы боялись. И я тоже вижу в Саске своего отца. Я вижу это даже по вашим отношениям: он хочет слепить из тебя идеал, довести до совершенства. Мой отец тоже не обращал внимание, могу я что-то или нет, в любом случае должен был быть совершенным Учихой. То, что Саске занимается тобой, показывает, что он на самом деле хочет взять тебя в нашу семью, и это значит даже больше метки. Не пугайся, он все же не перегибает палку, раз ты его хочешь найти и сам не выглядишь, как человек, из которого хотят вынуть душу. А ведь такое можно было сказать о многих в нашем клане, некоторые реально не выдержали. Так что я не подвергал Саске ничему такому, что бы ему не предстояло, как Учихе. Мой отец тоже морил меня голодом, а потом толкал на бои со здоровыми альфами — и это далеко не все... — Обито стало тяжело говорить дальше на эту тему.

Хатаке сжал руку альфе, видя, как тому тяжело. И, как бы, это было неправильно, но Какаши рад, что Обито избавился от бремени клана Учих. И он поможет ему перенести это.

— Я уверен, что Саске не похож на этого вашего Мадару. Все, что я слышу о вашем клане... — Наруто не знал, как бы помягче сказать. Он вдруг увидел перед глазами одинокого мальчика, который так же, как и он когда-то, не понимал, в чем виноват. Боль стала такой ощутимой, что Наруто пришлось заплакать, чтобы избавиться от неё.

— Наруто, — Обито опередил Какаши, который тоже хотел подойти к подростку. Учиха дотронулся до его плеча и сказал: — Я вижу, что ты любишь его. Поэтому обязательно найду Саске и скажу, где он. Но перед этим ты должен понять то, что я тебе сказал. Не бейся сквозь него. Если любишь, то будь просто рядом. У тебя как раз есть время, чтобы обдумать, хочешь ли ты таких отношений, что думаешь про Саске, про ваше будущие.

Наруто от этих слов только сильнее стал плакать.

— Да, не плачь ты. Не устроил же твой Саске блэкджек со шлюхами, — попытался пошутить Учиха. В итоге посмеялся только он, и то недолго.

Подросток воспринял эту избитую фразу слишком серьезно. Его глаза раскрылись, а слезы высохли, было видно, что он думает о чем-то шокирующем. «Саске со шлюхами...» — блондин так и видел, как его альфа развлекается в джакузи с красивыми омежками, готовые выполнить любую прихоть, отдавшись целиком и полностью в его власть. «Нет, нет, нет, нет! Саске совершенно не такой», — Наруто не хотел вспоминать слова Сая о том, что все альфы — похотливые самцы. «Совершенно не такой! Он не станет путаться с какими-то шлюхами. Нет, решительно — нет! А... что, если ему было плохо ночью, он пошел в какой-то бар, а может элитный клуб, чтобы расслабиться... Да, он так никогда не делал, но такое он... мог бы. Черт, нет! Пожалуйста-а... А вдруг ему понравится... вот так трахнуть кого-то, или нескольких без всяких обязательств и вопросов. Вдруг я ему надоел и ещё в сексе найдется, кто-то получше...»

— Ну ты утешил, так утешил, — Какаши сурово посмотрел на Обито, будто тот был провинившемся учеником.

— Я же пошутил, — начал оправдываться Обито, взывая к своему омеге.— Сказал же «вряд ли», я же не имел в виду, что он решил найти себе кого-то получше. Или просто...

— Просто что? — нахмурился Какаши. — А с чего это ты про шлюх заговорил?

— Да-а, это выражение такое, я никаких шлюх не имел в виду. Так говорит молодежь, ну мы же с тобой еще не старые, а? — совсем неловко стал себя чувствовать альфа.

— А ты бы хотел себе компанию молоденьких, — если Хатаке мог бы, он бы стрелял молниями из глаз.

— С каких пор ты ревнуешь? Да ещё и на пустом месте! — «Сам не свой в последнее время», — надулся Обито.

А фантазии Наруто ушли совсем далеко... к более реальным, как он думал:

Праздник, пиршество. Саске в костюме жениха ждет свою невесту, которую несут к нему в паланкине. И оттуда выходит красивая и выдающаяся альфа, воплощение идеала, именно такую невесту бы выбрали предки Учихи. Он подает ей руку:

— Я так счастлив, что выбрал тебя.

— Кому нужны эти омеги, — высокомерно заявляет невеста, прижавшись к нему телом. — Они все неудачники, только альфа поймет альфу. Ахо-хо-хо... — женщина приложила широкий рукав к изящным губам, когда начала смеяться.

— Аха-ха... ты совершенно права...

— Нет! Я возражаю! — крикнул Наруто и, подойдя к Обито, начал его трясти. — Нужно посмотреть все храмы, клубы, отели, — все! Его нужно срочно найти! Он может быть в другом городе, в другой стране! На яхте, на медовом месяце!

— Что? Подожди... — Учиха убрал с себя руки омеги. — Ты успокойся. Я сказал, что найду — значит найду. Но ты должен все как следует обдумать. Не пороть горячку, иначе у вас все действительно разрушится. Мой племянник тоже может быть очень вспыльчивым, и лучше его тебе таким не видеть. Пойди и посиди дома, отдохни, приди в себя...

— Хватит разговаривать со мной, как с истеричкой! Успокойся, успокойся...! Я совершенно спокоен, даттебайо!!!

Повисла секунда молчания. Наруто почувствовал себя очень глупо:

— Наверное, вы правы. Я на самом деле поеду.

— Мы обязательно свяжемся с тобой, как только что-нибудь узнаем, — заверил Какаши. — Тебя проводить?

— Нет, я сам. Спасибо большое за помощь.

— Не благодари. Мы ведь теперь одна семья, — не сомневался Учиха.

— Хех, да-а, — в этот раз от слов Обито Наруто полегчало.

Узумаки решил, что ему на самом деле стоит все обдумать и у-успокоиться. «Если бы я вовремя остановился, то он не ушел бы, да?» — Наруто стало так тоскливо после того, как он остыл и его буйство унялось. «Может, я зря переживаю, и он уже ждет меня дома?» — омега улыбнулся, хотя не очень верил в это. И, как оказалось, не зря. В квартире было пусто, даже кот ушел по своим весенним делам. Находиться здесь становилось тошно. Стены буквально давили на него. Вещи Саске по-прежнему здесь... они, как и квартира, все ещё хранили его будоражащий аромат. Наруто хотел прижаться к теплому телу своего альфы и никогда не разрывать их объятия.

Нет, так он не сможет ничего делать, только нестерпимо скучать. Омега решил, что на один день можно поехать к матери в родной город. Кто знает, вдруг там он найдет какие-нибудь ответы?

Наруто ехал на метро и все время непрерывно думал о Саске. Он вспомнил, как тот поддержал его, когда узнал, что Кушина в больнице. И они вместе поехали узнать, в чем дело. А здесь, на остановке в деревне Водоворота, утром было совсем прохладно и они укрылись пледом. А ещё, они были совсем сонные, и Саске тогда даже не знал, что блондин — омега. До Наруто только сейчас дошло, что Саске — его самый первый друг. Если не считать Цунаде, но она взрослая, скорее как вторая мама. И виртуального лисенка, но это уже совсем другое. А уж Дея считать не стоит тем более. Саске стал для него, в первую очередь, очень близким другом и остался им, когда они начали встречаться. Наруто даже не задумывался, насколько у них сильная и прочная связь. Сейчас он просто уверен в этом! Да и всегда был, на самом деле, но теперь понял и осознал в полной мере.

К маме Наруто пришел уже весь чуть ли не сияющий от радости, следствия таких вот размышлений.

— Привет, сынок, — вышла его встретить Кушина, которую Наруто предупредил о своем приезде.

— Привет, мам... э-э? — омега почувствовал знакомый запах саке и ещё... какого-то чужого альфы.

— Не очень-то вежливо было с твоей стороны, вот так уезжать из города и ничего не сказать мне! — Цунаде ворвалась в прихожую и буквально схватила его за шкирку.

— Прости, бабуля, я как-то забыл...

— Забыл?! — блондинка вся рассвирепела.

Наруто сглотнул: «Она ведь ничего лишнего не рассказала маме?» — Как ты вообще сюда доехала раньше меня, даттебайо?!

— На машине, — из дальнего угла кухни показался мужчина с большой копной белых волос, в котором Наруто сразу узнал пьяного водителя, сбившего Саске.

— Вы...?! — Наруто был совсем выбит из колеи, от его спокойствия не осталось и следа. Сначала страх за то, бачан могла рассказать о прошлом Саске, что вряд ли — теперь он это понял, иначе Кушина вела себя также, как и её подруга. Но кроме этого, его раздражал запах альфы, по мнению Наруто очень безответственного. Тут дело в том, что омега слишком живо помнит сколько крови Саске потерял, а так откровенной злости к истинному Цунаде не испытывал.

— Я — великий писатель, Джирайя. — А мужчина хихикал: то ли от смущения, то ли от того, что его узнали, то ли он всегда вел себя, будто пьяный. — А ты, Наруто, помню, помню... Цу ещё много рассказывала о тебе.