Шрамы

«Чувство, как-будто только включили лампочку в темной комнате, — Наруто понял, что после противостояния силе метки провел какое-то время в отключке. — Такими темпами мое здоровье точно подорвется». Без шуток, чего только не перенес Наруто: похищение, какой-то эксперимент, из-за которого он большую часть своей жизни провел в больнице, издевательства, маскирующие таблетки, операции, теперь метка, которая давит на психику. Удивительно ли, что несмотря на внешность, физически он был вполне здоров — благодаря генетике клана Узумаки, из которого сейчас остались единицы. И может раньше Наруто плевал на свое состояние, но не теперь, когда он вместе с Саске. «Нужно разбираться», — блондин почувствовал, как затекли мышцы после лежания на полу. Он побрел к тумбочке, где лежал телефон. Наруто хотел позвонить Учихе. «Будет ли он вообще ночевать дома?» — что-то подсказывало ему, что альфа ушел не подышать свежим воздухом, а конкретно так ушел. Омега понял, что задел альфу за живое. Телефон не отвечает, и Наруто со злостью швыряет его на диван. Он позвонил ещё, и тут уже расслышал звонок из их спальни — Саске оставил свой мобильный дома. «Блядь, отлично! Ещё меня называет рассеянным...» — Наруто осекся, поняв, что дело не в этом. Саске ведь не собирался уходить.

— Пфф... свалил, так свалил. Гад. Ты это видел, Курама?!

Кот, спокойно спавший в кресле, раздраженно открыл глаза.

— Свалил? Он сбежал! Будто здесь пожар, ЧС, тревога! — омега пнул столик. — Ай! Тс-с... — он присел на диван и всерьез заволновался, — он ведь сказал временно, так? Я не помню. Но он ведь вернется?

В ответ тишина и одиночество. Как давно забыл он это чувство? Одиночество причиняло боль медленно, но так, что от неё нельзя спрятаться. Нельзя справиться... одному. «Я один», — мысль, как сквозняк. Лишь кот дремал рядом на кресле. Наруто погладил своего питомца и стало немного легче от мурлыканья Курамы.

— Прикинь, он сейчас придет, и я, оказывается, зря себя накручиваю.

На самом деле Наруто знает, что нет, не зря. «Интересно, а как он? Где он?» — омеге нужно хотя бы знать, все ли в порядке с его альфой.

Но что толку? Даже предположить трудно, куда именно Саске ушел. В свою бывшую квартиру, к дяде? Наруто подумал было позвонить Какаши, но телефона учителя у него не было, а для звонка старосте время слишком позднее. И не факт, что Саске пойдет к Обито. Скорее, тот был бы последним человеком, к которому бы Саске собрался. «Обито» — Наруто неприятно это имя, он всерьез задумался о том, что нужно все рассказать Какаши. «Вопрос в том, как? И я не хочу проблем для Саске», — омега решил, что поймет, как лучше поступить, завтра. В школе. Была надежда, что Саске будет там.

Торопясь в школу, Наруто уверял себя в том, что там увидит своего альфу. Он кое-как собрался: одежда одета неаккуратно, почти не скрывая его кожные дефекты, бинт на руке не менял со вчерашнего дня, а портфель вообще остался у Цунаде. Кого сейчас волнуют уроки? Он с собой вообще ничего не взял, кроме телефона, ключей и немного денег.

В классе Учихи сказали, что тот ещё не приходил. Одноклассники Саске удивились расспросам, ведь вся школа знает, какие у пары серьезные отношения, если уж дошли до метки и совместного проживания. Наруто попросил, чтобы Учихе передали, что блондин его искал. Все покивали в согласии, отдавая должное меченной омеге, но... про себя учли, что альфа может быть не в настроении и не нужно лезть к нему на рожон.

А в это время класс Узумаки обсуждал другую новость. Не ту, в которой намекали о возможной ссоре Саске и Наруто, сплетни распространяются не настолько уж молниеносно. Это было даже не обсуждение — школьники смеялись над спалившимися голубками. Ино и Сакура заметили, как Чоджи и Шикамару вели себя, словно влюбленная парочка: нежные взгляды, рука Шикамару на толстой заднице покрасневшего омеги... Ино и раньше подозревала их, но молчала, хотя ей и было обидно, что парни не поделились своим секретом. Сакура не удержалась от шутки, а Ино не удержалась от смеха, и вот в результате в классном коллективе поднялась шумиха: «Что, правда?»

Никто бы не придал значения происходящему, если бы омега не был толстым. Все и раньше смеялись над его внешностью, иногда даже злобно. Если бы у Чоджи был альфа, который в состоянии его по-настоящему защищать, как Саске — Наруто, это бы его спасло. А тут выяснилось, что толстяк хотя и нашел пару — но бету, на которого всем как-то плевать. Над Шикамару смеялись за компанию, но больше внимания злые языки уделяли покрасневшему от стыда и злости Чоджи:

— Я не жирный, у меня кость широкая! — но обиднее всего Чоджи было за Шикамару. Он привык, что над ним смеются, но не над Шикамару, которого раньше максимум называли лентяем.

— Ты не тонешь в его жире? — Киба обратился к бете. — У вас уже было ммм... — Он двинул бедрами и облизнулся, намекая на секс.

Эта шутка показалась очень смешной всем, кроме Чоджи и Шикамару. Последний не посмотрел, что перед ним альфа, и схватил того за воротник.

— Ты что,— Киба схватил руку беты и откинул назад, — места своего не знаешь?!

Шикамару чуть не ударился об стену, но его придержал Чоджи, гневно смотря на обидчиков, которые стали смеяться пуще прежнего.

Когда Наруто вошел в класс, он услышал этот смех. С очень знакомыми интонациями. Такой смех он слышал в своей первой школе, где считали своим долгом посмеяться над ним, или унизить. Узумаки на секунду впал в ступор, вспомнив свое существование, как отброса общества. Но он не отброс — он убежден в этом теперь. В прошлом Наруто бы попятился назад, одна нога уже рефлекторно поднялась для этого, но потом он сжал кулаки и вошел в класс:

— Что здесь происходит, даттебайо?

В кабинете тут же распространился щекочущий аромат цитрусов, который немного острил. Наруто нахмурился, когда увидел, как зажались у стены Чоджи и Шикамару — и все понял. Давно знал, что эти двое встречаются. Похоже, их тайну раскрыли.

— Ничего, — пожал плечами Киба, не совсем понимая, как так вышло, что он почувствовал ауру со стороны Наруто. Шатен был в замешательстве: считается, что омеги обычно так не могут, а он сам вообще принимал ауры омег за байку. «Может из-за того, что Узумаки меченный? — Киба посмотрел в сторону Неджи. — Вот кому это точно не понравится».

За Неджи была территория класса, а тут посмели давить своей аурой. Это был вызов его авторитету:

— Что ты себе позволяешь? — прохрипел Хьюга и решительно направился в сторону Узумаки.

— Что позволяю себе я? — закипал омега, который и не подозревал, что высвободил ауру, хоть и Саске рассказывал ему, как это делать.

— Вижу, что твой альфа тебя слишком сильно разбаловал, но ты не смеешь качать здесь свои права.

— Ничего я...!

— Метка — это уважение к альфе, а не к омеге, на которую её поставили, — не стал слушать Неджи. — Мне плевать, что у Учихи настолько плохие вкусы, ты не только уродлив, но ещё и очень глуп.

— Ладно тебе, Неджи, уверен Наруто... — Сай хотел уладить проблему, но альфа отмахнулся и даже не посмотрел в его сторону.

— Не лезь, — Хьюга продолжал буравить Наруто своим взглядом, и каждый в классе ощутил это давление. — Я бы даже мог отдать Учихе кого-нибудь получше, хоть тебя, — он кивнул в сторону Сая, — хоть тебя, — теперь уже показывая на Чоджи, — раз Учиха такой извращенец. Это он мне должен за то, что я разрешил встречаться с омегой из моего класса. Тут каждая омега, включая и тебя, Узумаки, принадлежит мне. Как и беты, вы должны слушать все, что я скажу. Есть те, кто скажет что-то против? — Неджи оглянул класс, видя, как больше всех сжалась Хината, желая превратиться в невидимку. — Может ты? — устремил он свой взгляд на Кибу, который стоял рядом.

— Н-нет, — Инудзука поспешил сесть к себе за парту, стараясь не делать лишних движений.

— Или т-ты? — все-таки остановился на меченной омеге альфа. — Гребанная шлюха.

«Шлюха? — Наруто опешил, никто не осмелился ему это сказать с тех пор, как он встречается с Саске, — у меня были только два партнера. И то, с одним по случайности, а другой поставил на меня метку, став последним и единственным. Как он может меня так оскорблять? Хьюга, как минимум, с двенадцатью омегами перетрахался»:

— Сам ты — шлюха, — не обращая внимания на то, как у всех перекосились лица, Наруто продолжил: — скольких омег ты перетрахал, и все ради самоутверждения. Ради этого же ты командуешь здесь? Все принадлежит тебе, ха. Где это написано? Где написано, что омега должен быть худым, чтобы от него отстали? Где? Кто запрещает встречаться бете и омеге? Разрешения что ли должны спрашивать? Я должен был спрашивать? Или мой альфа? И кто может смеяться только из-за того, что люди встречаются друг с другом? — это было уже обращение ко всем присутствующим в классе. — Блядь, кто вообще давал право над кем-то смеяться? Кто создал эти правила, кто?!

— Ты глупее, чем выглядишь, — нахмурился Неджи. — Эти правила создавались веками, и никто не смеет не считаться с ними. Все должны следовать установленной иерархии, — последние слова он проговорил сквозь зубы.

— Что-то не похоже, чтобы ты ей следовал, иначе бы не издевался над Хинатой.

Глаза Неджи расширились. Никто, до этого, перед ним эту тему не поднимал:

— Не выводи меня-я...

— А что правда в глаза колет?

— Твой альфа пожалеет, что не научил тебя манерам... — аура Неджи стала совсем мрачной, но Наруто привык и к давлению помощнее, — это придется сделать мне...

Сай испугался, но не ауры Неджи. Он оценивал ситуацию в целом и беспокоился за Наруто и, особенно сильно, за Неджи. Ведь краем уха слышал, что Учиха связан с криминалом, совсем не хотелось проблем с ним. И только Сай хотел загородить Наруто, пусть лучше сам пострадает, хотя неизвестно, что именно на уме у Хьюга, как прозвучала новая реплика...

— А кто научит манерам тебя? — нисколько не смутился Узумаки, напротив, он стал казаться ещё увереннее. — Не строй из себя крутого, ты сам не следуешь никаким манерам и правилам, чтобы чему-то учить меня! Кем ты себя возомнил? Я не стану слушать того, кто вечно отыгрывается на всех за свою нелегкую судьбу...!

Тут произошло немыслимое. Класс не знал чему больше удивляться: тому, что Неджи поднял на кого-то руку, или тому, что её смог заблокировать омега. Но дальнейшие разборки прервал опоздавший учитель.

— Простите, Какаши-сенсей. Я забыл учебники, — Наруто не хотел объяснять ничего, как и не собирался оставаться на уроке. Но он не жалел, что зашел в класс. «Так хотя бы отстанут от Чоджи и Шики», — подумал блондин и вышел за дверь.

— Наруто-кун... — негромко сказала Хината, но в повисшей тишине, её слова прозвучали, как писк.

Альфа-Хьюга хотел пойти за блондином, но был остановлен учителем. «Еще один омега, который подрывает мой авторитет. Кто дальше — Хината-сама?» И плевать, что это учитель. Даже на то, что Неджи раньше никогда не позволял себе вот так выбегать из кабинета, как впрочем, и вести с кем-то разборки, или рукоприкладствовать:

— Мне срочно нужно выйти, — Неджи всхрипел. — Я ему ничего не сделаю, — он сказал правду. Хьюга не собирался трогать Наруто и пальцем, сейчас он хотел решить кое-что... очень важное. Хатаке увидел это по его взгляду, поэтому отпустил. А вот дернувшемуся было Саю, уже не разрешил выйти.

Неджи быстро догнал омегу, ему очень хотелось кричать, но он лишь четко и громко сказал:

— Ты ничего не понимаешь.

— Да-а, куда мне до вашей тонкой душевной организации, — устало прохрипел блондин, думая об ещё одном альфе.

— Это не я устанавливаю правила. Такова наша судьба — следовать им. Ты слышишь? — у Неджи даже вздулись вены возле глаз. — Ты хоть немного понимаешь о чем я? Понимаешь каково это, быть кем-то помеченным? Когда за тебя решают? Ты всего лишь...

— Омега, — со злостью дополнил Наруто. — Я всего лишь омега. Всего лишь омега, которая по твоему должна только подставлять свой зад под ваши альфовские члены. Всего лишь омега, которая не соответствует чьим-то представлениям. Всего лишь омега, которую пометили! Да, я знаю какого это! Неожиданно, да?!

— Э-это другое, — Хьюга не ожидал, что ему ответят с ещё большим напором. — Я — альфа, ...альфа, который родился в семье, где почитают омегу-мать. Во всем мире этой традиции следуют только пятнадцать процентов населения. А как быть, когда оставшиеся восемьдесят пять сотых ставят альфу в лидеры? Как они будут относиться к тому, кого пометил жалкий слабак-омега? Тебе повезло, что нашел покровителя, а мне нужно самому отстаивать свой авторитет.

— Никто не подрывает твой авторитет. Это делаешь только ты сам. Хината никогда не думала управлять тобой. Я бы никогда не узнал, что ты меченный, если бы ты сам мне это не сказал и не выставлял напоказ свои душевные болячки. Ты сам поставил на себя клеймо. Но ты прав, что у тебя по-другому. Ты родился сильным альфой, а не неудачником-омегой, как я... Хватит нести чушь про какие-то традиции и правила. Никто не должен загонять себя в рамки.

Омега высказал откровенно то, что думал. И внутри него произошли какие-то перемены. Он знал, что делал: нисколько не отступил перед трудностями, доказал свое право в этом мире. Это такой маленький шаг, но сколько это значит для него... и для других...

Неджи больше ничего не сказал. Он ушел, с каждым шагом осознавая, что был неправ. И это было не унизительно, но все же... по щеке покатилась дорожка слез. Альфа, понял, что более не будет придавать такое значение клановой метке, он почувствовал облегчение и улыбнулся: «Я на самом деле поставил на себе клеймо. И рад освободиться от него».