Последняя из рода ведьм

Всех с новым годом. Пусть в новом году будет много счастья, радости, улыбок. Никогда не бросайте начатое, стремитесь к завершению своих целей и никогда не сдавайтесь. Всего хорошего вам в 2025 🎉
_________________________________________________

— Скажи, Альбус, как долго ты собираешься скрывать всё от Алексии? — обычно строгая МакГонагалл, явно переживала.
— Сколько придётся, надеюсь это будет подольше.
— Сам знаешь кто уже знает про неё, так чего ты боишься?
— Это неважно, даже если Том знает про неё.
— Но девочка должна знать правду! — настаивала на своём женщина. — Глупо скрывать всё от неё! Она всеровно узнает, она сама будет пытаться! У неё характер матери, она не перед чем не остановится пока не добьётся своего!
— Я это знаю и это пугает меня.
— Пугает? Что именно? Её схожесть с матерью? — удивилась Минерва.
— Да.
— Амелия была замечательной и вы это знаете!
— Как человек она была неплохая, но тёмная магия, которой она так увлекалась...
— Это всеровно её не портило! — не переставая защищать МакГонагалл.
— Минерва, я знаю, что ту особую привязанность к Амелии, ты теперь испытываешь к её дочери, но не стоит забывать, что девушки из этого рода особо опасны, в особенности Алексия.
— Их сила опасна, а не они сами!
— Всё возможно. Я хочу, чтобы Алексия выбрала правильную сторону и не следовала по стопам своей семьи. Хочу, чтобы вся её тьма не поглотила её.
— Скрывая при этом её же семью. — возмутилась МакГонагалл, поправив оправу очков. — Это неправильно. Я говорила раньше и скажу сейчас, девочка должна, нет, обязана всё знать! Иначе пророчество сбудется и падёт на мир разрушение!
— Поэтому и надо скрывать от неё всё, дабы не дать сбыться пророчеству! — гневно сказал Дамблдор, искоса смотря на женщину.
— Знайте, вы ещё пожалеете об этом. — сказала поникше МакГонагалл, выйдя из кабинета директора.
Знали бы они, в частности Дамблдор, что Алексия всё знает, что правда, которую он так тщательно хотел скрыть, вырвалась наружу и теперь ждёт своего подходящего часа.

***
Утром, Гермиона и Алексия привела себя в более прилежный вид и ушли завтракать. Оказалось мальчики уже сидели там.
— Доброе утро. — сказали Гарри и Рон одновременно
— Доброе. — ответили девочки, садясь напротив ребят.
Прилетела почта. Сова остановилась перед Алексией и отдала ей письмо, а Гермиона открыла свежий номер Пророка.
— От кого письмо?
— Понятия не имею. — девушка распечатала письмо. Оно было от Теодора. Она это поняла по его почерку. Он просил встретиться сегодня вечером в библиотеке. Черноволосая отложила письмо и посмотрела на слизеринский стол, выискивая знакомую кучерявую голову. Как оказалось, он уже смотрел на неё в ожидании. Девушка лишь кивнула ему и перевела взгляд на Гермиону, что просматривала пророк.

МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА
— Амбридж — генеральный инспектор? — хмуро произнес Гарри, выронив недоеденный тост. — Что это значит? Гермиона прочла вслух:
— «Вчера вечером Министерство магии приняло неожиданную меру, издав декрет, предоставляющий ему беспрецедентный контроль над Школой чародейства и волшебства «Хогвартс». "Последнее время министр с растущим беспокой­ством следил за деятельностью Хогвартса, — сообщил нам младший помощник министра Перси Уизли. — Нынешнее решение принято в связи с озабоченностью ро дителей, считающих, что школа движется в нежелательном направлении". За последнее время это не первый случай, когда министр Корнелиус Фадж использует новые законы для совершенствования образовательного процесса в Школе волшебства. Не далее как 30 августа был принят Декрет об образовании № 22, согласно которому в случае, если нынешний директор не в состоянии подыскать кандидата на преподавательскую должность, Министерство само подберет подходящего человека. "Именно так и получила назначение в Хогвартс профессор Амбридж, — заявил вчера вечером Уизли. — Дамблдор никого не нашел, и в результате министр назначил Амбридж. Выбор чрезвычайно удачный..."»
— КАКОЙ выбор? — громко сказал Гарри.
Подожди, это еще не все, — угрюмо отозвалась Гермиона. — «...удачный. Коренным образом изменилось обучение защите от Темных искусств, а кроме того, министр обеспечен теперь текущей информацией о том, что на самом деле происходит в Хогвартсе. Этой последней функции Министерство придало официальный характер своим Декретом об образовании № 23, учреждающим должность генерального инспектора Хогвартса. "Это очередной решительный шаг министра в его стремлении остановить то, что многие считают упадком Хогвартса, — заявил Уизли. — Инспектор уполномочен инспектировать работу коллег-преподавателей, с тем чтобы поддерживался высокий уровень учебного процесса. Этот пост был предложен профессору Амбридж в дополнение к ее преподавательским обязанностям, и мы рады, что она согласилась". Родители учеников Хогвартса восприняли этот шаг с энтузиазмом. "Узнав, что деятельность Дамблдора поставлена под объективный контроль, я испытал большое облегчение, — заявил вчера вечером в своем уилтширском особняке мистер Люциус Малфой. — В последние годы многие из нас, кому небезразличны судьбы наших детей, были обеспокоены отдельными эксцентрическими ре шениями Дамблдора, и мы рады услышать, что Министерство намерено отслеживать ситуацию в школе". К числу этих эксцентрических решений, безусловно, относятся спорные кадровые назначения, о которых уже писала газета; так, были зачислены в штат оборотень Римус Люпин, полувеликан Рубеус Хагрид и страдающий паранойей бывший мракоборец «Грозный Глаз» Грюм. Широко ходят слухи, что Альбус Дамблдор, в прошлом Верховный чародей Визенгамота и президент Международной конфедерации магов, уже не в состоянии выполнять обязанности руководителя престижной школы «Хогвартс». "Считаю, что назначение генерального инспектора — первый шаг к тому чтобы Хогвартс получил директора, которому мы можем полностью доверять, — заявил вчера вечером осведомленный сотрудник Министерства". В знак протеста против учреждения должности инспектора старейшины Визенгамота Гризельда Марчбэнкс и Тиберий Огден подали в отставку. "Хогвартс школа, а не филиал учреждения Корнелиуса Фаджа, — сказала мадам Марчбэнкс. — Это очередная возмутительная попытка дискредитировать Альбуса Дамблдора". (Подробно о предполагаемых связях мадам Марчбэнкс с подрывными организациями гоблинов — на стр. 17)». — Гермиона кончила читать и посмотрела на друзей.
— Теперь понятно, как нам досталась Амбридж. Фадж провел этот декрет и навязал ее! И еще дал ей право инспектировать других преподавателей! — Гермиона часто дышала, и у нее блестели глаза. — Невероятно! Безобразие!
— Согласен, — сказал Гарри. А Рон между тем ухмылялся.
— Ты что? — хором спросили его трое.
— Жду не дождусь, когда она станет инспектировать Макгонагалл. Амбридж даже не поймет, что на нее рухнуло.
— Ладно, пошли. — Гермиона вскочила. — Может, она уже инспектирует урок Бинса, нам нельзя опаздывать...
Но профессор Амбридж не инспектировала урок истории магии, такой же скучный, как в прошлый понедельник. Не было ее и в подземелье Снейпа на сдвоенном уроке зельеварения, где работа Гарри о лунном камне была возвращена ему с жирным «О» в верхнем углу, а работа Алексии была возвращена с наивысшей оценкой
— Я проставил вам такие оценки, какие вы получили бы за свои работы на СОВ, — с самодовольной усмешкой объявил Снегг, раздавая работы.
— Дабы у вас было реальное представление о том, чего вам ожидать на экзамене. Он круто повернулся и стал лицом к классу. — В целом, уровень работ кошмарный. На экзамене большинство из вас провалились бы. Надеюсь, что вы проявите гораздо больше усердия в работе над следующим заданием: о видах противоядий против животных ядов. Иначе болваны, удостоенные неудовлетворительной оценки, будут вдобавок оставлены после уроков. Малфой заржал и театральным шепотом произнес:
— Ха, кое-кто схлопотал нолик.
Гарри увидел, что Гермиона скосила глаза и силится разглядеть его отметку, поэтому быстро засунул сочинение в сумку: о своем достижении он предпочел умолчать. Твердо решив, что не даст Снейпу повода унизить его на этом уроке, он трижды перечел каждую строчку указаний на доске, прежде чем приняться за дело. Его Укрепляющий раствор получился не таким прозрачно-бирюзовым, как у Гермионы, но, по крайней мере, голубым, а не розовым, как у Невилла.
В конце урока он понес колбу к столу Снегга с чувством облегчения, окрашенным некоторой воинственностью.
— Ну, на этот раз вышло не так плохо, как на прошлой неделе? — сказала Гермиона, когда они поднялись по лестнице в вестибюль и пошли обедать.
— И с домашним заданием благополучно? Ни Рон, ни Гарри не ответили, но Гермиона не отставала:
— Я и не ожидала высшей оценки, раз он ставил их, как на СОВ, но проходные на этой стадии тоже неплохо, правда? Гарри неопределенно хмыкнул.
— Конечно, до экзаменов многое может измениться, времени еще достаточно, мы подтянемся, но сегодняшние оценки можно рассматривать как исходный рубеж, правда? И двигаться дальше... Они сели за стол Гриффиндора.
— Если бы мне поставили «П», я была бы в восторге.
— Гермиона! — взорвался Рон. — Если хочешь узнать, сколько мы получили, так и скажи.
— Да нет... почему? Если не хотите говорить...
— Я получил «С», — сказал Рон, наливая половником суп в тарелку.
— Довольна?
— Стыдиться нечего, — вмешался Фред. Он только что подошел к столу вместе с Джорджем и Ли Джорданом и сел справа от Гарри.
— Ничего плохого в честной крепкой «С».
— Но разве «С» — не «слабо»? — удивилась Гермиона.
— Да, «слабо», подтвердил Ли Джордан. — Но всетаки лучше, чем «о» — «отвратительно». Гарри почувствовал, что у него вспыхнуло лицо, и притворно закашлялся. Закончив это маленькое представление, с огорчением обнаружил, что Гермиона так и не слезла с темы оценок СОВ.
— Значит, высшая «П» — «превосходно», — говорила она, — затем идет «У»...
— Нет, «В», — поправил Джордж, — «выше ожидаемого». И я всегда считал, что нам с Фредом должны ставить «В» по каждому предмету — мы превзошли все ожидания хотя бы потому, что явились на экзамен. Все засмеялись, кроме Гермионы, а она тянула свое:
— Значит, после «В» идет «У» — «удовлетворительно», и это последняя проходная оценка, да?
— Да, — сказал Фред и, окунув булочку в суп, сунул в рот и проглотил целиком.
— Затем «С» — «слабо»... — Рон воздел руки, изображая ликование, — и «О» — «отвратительно».
— И еще «Т», — напомнил ему Джордж.
— «Т»? — с ужасом переспросила Гермиона. — Что еще за «Т»?
— «Тролль», — живо откликнулся Джордж.
— У вас, ребята, уже был урок с инспекцией? — спросил Фред.
— Нет, — сказала Гермиона.
— А у вас? — Только что, перед обедом, — сказал Джордж. — Заклинания.
— Ну и как? — одновременно спросили Гарри и Гермиона. Фред пожал плечами:
— Ничего особенного. Амбридж сидела в углу и что-то записывала в блокноте. Вы же знаете Флитвика — обращался с ней как с гостьей, как будто она ему совсем не мешала. А она говорила мало. Задала Алисии пару вопросов насчет того, как обычно проходят занятия, Алисия сказала: «Очень хорошо». На том и кончилось.
— Не думаю, что у Флитвика будут неприятности, — сказал Джордж — У него все хорошо сдают экзамен.
— А у вас что после обеда? — спросил у Гарри Фред
— Трелони...
— Вот уж «Т» так «Т»! — ...и сама Амбридж.- поддержала его Алексия, вяло ковыряя омлет.
Будьте паиньками там и сдерживайтемь, — сказал Джордж. — Если пропустите еще одну тренировку, Анджелина сойдет с ума. Но Гарри и Веатрикс не пришлось дожидаться защиты от Темных искусств, чтобы повидаться с Амбридж.
Когда они вытаскивали свои дневники сновидений в сумрачном классе прорицаний, Рон толкнул Гарри локтем, и они, оглянувшись, увидели, что из люка в полу поднимается генеральный инспектор собственной персоной. Класс, весело гомонивший до этого, разом умолк.
Внезапная тишина заставила оглянуться и профессора Трелони, которая раздавала в это время экземпляры «Оракула снов».
— Добрый день, профессор Трелони, — с широкой улыбкой сказала Амбридж. — Полагаю, вы получили мою записку с датой и временем инспекции? Трелони кивнула с недовольным видом, повернулась спиной к гостье и продолжала разносить учебники.
По-прежнему улыбаясь, Амбридж взялась за спинку ближайшего кресла, подтащила его вперед и поставила прямо позади кресла Трелони. Уселась, вынула большой блокнот из цветастой сумки и подняла голову, ожидая начала.
Профессор Трелони стянула на груди шаль слегка дрожащими руками и сквозь толстые увеличивающие очки оглядела класс.
— Сегодня мы продолжим изучение вещих снов, — сказала она, стараясь говорить, как всегда, таинственно, хотя голос у нее немного дрожал. — Разбейтесь, пожалуйста, на группы по три человека и с помощью «Оракула» попробуйте истолковать последнее ночное видение партнера. Она хотела было сесть в свое кресло, но, увидев позади него Амбридж, Свернула влево, к Парвати и Лаванде, которые уже обсуждали последний сон Парвати.
Исподтишка наблюдая за Амбридж, Гарри раскрыл свой «Оракул снов». Она уже писала в блокноте. Через несколько минут она поднялась и стала ходить по пятам за Трелони, прислушиваясь к ее разговорам с учениками и время от времени задавая вопросы. Гарри поспешно склонился над книгой.
— Быстро придумывай сон, — сказал он Рону. — Старая жаба вот-вот подойдет.
— Я в прошлый раз придумывал, — запротестовал Рон. — Твоя очередь или Лекс.
— Ой, не знаю... — с отчаянием шепнул Гарри. Он не мог вспомнить ни одного сна за последние ночи.
— Скажем, мне приснилось, что я утопил Снейпа в моём котле. Сойдет...
Рон фыркнул и раскрыл «Оракул»
— Так, надо назвать твой возраст, дату сновидения и число букв в теме... Какая у нас? «Утопил», «котел» или «Снейп»?
— Неважно. Бери любую, — оглянувшись с опаской, сказал Гарри. Трелони расспрашивала Невилла о его дневнике сновидений, Амбридж стояла у нее за плечом и делала пометки в блокноте.
— Так в какую ночь тебе это снилось? — спросил Рон, занятый вычислениями.
— Не знаю... в прошлую... да в какую хочешь. — Гарри прислушивался к тому, что говорит Амбридж. Сейчас их с Роном отделял от профессоров всего один стол. Амбридж записала еще что-то в блокноте, а Трелони выглядела совсем расстроенной.
— Так, — сказала Амбридж. — Как долго занимаете вы эту должность? Профессор Трелони нахмурилась, скрестила руки на груди, свела плечи, словно хотела как можно лучше закрыться от позорного допроса. Она помолчала, но, видимо решив, что вопрос не слишком унизителен и можно на него ответить, с большим недовольством сказала:
— Почти шестнадцать лет.
— Изрядный срок, — сказала профессор Амбридж и сделала пометку в блокноте. — И на работу вас взял профессор Дамблдор?
— Да, — последовал лаконичный ответ. Профессор Амбридж записала.
— И вы праправнучка знаменитой ясновидящей Кассандры Трелони?
— Да, — подтвердила Трелони, слегка выпрямившись. Очередная пометка в блокноте.
— Но, по-моему, — поправьте меня, если ошибаюсь, — после Кассандры вы в семье первая, кто наделен ясновидением?
— Это... м-м... часто передается лишь через три поколения.
Жабья улыбка на лице Амбридж сделалась еще шире.
— Разумеется, — произнесла она сладким тоном и сделала еще пометку. — Так, может быть, вы и мне что-нибудь предскажете? — И по-прежнему с улыбкой испытующе уставилась на Трелони. Та оцепенела, словно не веря своим ушам.
— Не понимаю вас. — Она судорожно стянула шаль на тощей шее.,
— Я прошу вас сделать мне предсказание, — раздельно проговорила Амбридж. Теперь не только Рон, Алексия и Гарри украдкой поглядывали на них из-за книг. Почти весь класс замер, глядя на Трелони, которая выпрямилась во весь рост, так что зазвенели бусы и браслеты.
— Внутреннее Око не зрит по приказу, — оскорбленно сообщила она.
— Понятно, — проворковала профессор Амбридж и записала что-то в блокноте.
— Я... но... но... подождите! — Профессор Трелони пыталась говорить, как всегда, потусторонним голосом, но эффект таинственности был несколько подпорчен тем, что голос дрожал от гнева. — Кажется, я что-то вижу... что-то, вас касающееся... да, я чувствую что-то... что-то темное... большую угрозу... Профессор Трелони наставила дрожащий палец на профессора Амбридж, а та, подняв брови, продолжала любезно улыбаться. — Боюсь... боюсь, вам грозит большая опасность! — драматически возвестила профессор Трелони. Пауза.
Амбридж, по-прежнему подняв брови, смотрела на профессора Трелони.Ю
— Ну что ж, — мягко произнесла она после очередной заметки в блокноте. — Если это все, что вы можете сообщить... Она отошла, а профессор Трелони, с вздымающейся грудью, будто приросла к полу. Гарри перехватил взгляд Рона и понял, что они думают об одном и том же: все трое знали, что профессор Трелони — старая мошенница, но Амбридж вызывала такое отвращение, что они были всецело на стороне Трелони — вернее, те несколько секунд, пока она не нависла над ними.
— Ну? — с непривычной резкостью сказала она и щелкнула длинными пальцами перед носом Гарри.
— Дайте-ка посмотреть, как вы начали дневник сновидений. И к тому времени, когда она закончила толковать в полный голос сны Гарри, где даже в простых снах им грозила страшная смерть, от их сочувствия к ней не осталось и следа. Все это время профессор Амбридж стояла в двух шагах, писала в блокноте, а после звонка первой спустилась по серебряной лестнице.
Через десять минут, когда они пришли на защиту от Темных искусств, Амбридж уже ждала их в классе. Она напевала под нос и чему-то своему улыбалась. Достав учебники «Теория защитной магии», Гарри и Рон рассказали Гермионе (она пришла с урока нумерологии) о том, что было на уроке у Трелони. Гермиона собралась что-то спросить, но тут профессор Амбридж призвала класс к порядку, и воцарилась тишина.
— Волшебные палочки убрать, — с улыбкой распорядилась она, и оптимисты, вынувшие свои палочки, с сожалением спрятали их обратно в сумки.
— На прошлом уроке мы закончили главу первую. Прошу раскрыть книги на странице девятнадцать — приступаем к главе второй: «Общие теории защиты и их происхождение». От разговоров можно воздержаться. Все с той же широкой самодовольной улыбкой она села за стол.
Ученики с громким вздохом разом раскрыли книги. Гарри лениво подумал, хватит ли глав в книге на все уроки до конца года, и хотел уже открыть страницу с оглавлением, но тут заметил, что Гермиона опять подняла руку. Профессор Амбридж тоже это заметила, но, похоже, у нее была выработана тактика именно на такой случай. Она не притворилась, будто не видит поднятой руки, а, наоборот, встала, прошла вдоль переднего ряда и, остановившись перед Гермионой, наклонилась к ней и шепотом, чтобы не слышали остальные, спросила:
— Что на этот раз, мисс Грейнджер?
— Я уже прочла вторую главу.
— Тогда переходите к главе третьей.
— Её я тоже прочла. Я прочла всю книгу. Профессор Амбридж моргнула, но быстро овладела собой.
— В таком случае вы можете сказать мне, что говорит Слинкхард в главе пятнадцатой о контрзаклятиях.
— Он говорит, что это неправильное наименование. Он говорит, «контрзаклятием» люди называют свои заклятия для того, чтобы это звучало более приемлемо. Профессор Амбридж подняла брови, и Гарри понял, что это произвело на нее впечатление.
— Но я не согласна, — продолжала Гермиона. Брови у Амбридж поползли еще выше, и взгляд стал еще более холодным.
— Не согласны?
— Да. — Гермиона, в отличие от Амбридж, не шепта­ла, а говорила звонким голосом, так что теперь их слушал весь класс. — Мистер Слинкхард не любит заклятий, правда? Но, думаю, они могут быть очень полезны, если ими пользоваться для защиты.
— Вы так думаете? — Профессор Амбридж перестала говорить шепотом и выпрямилась. — Боюсь, что в этом классе нас интересует мнение мистера Слинкхарда, а не ваше, мисс Грейнджер
— Но... хотела возразить Гермиона. - Довольно Амбридж отошла и повернулась лицом к классу от веселости её не осталось И следа.
— Тогда зачем нам мнение этого Слинкхарда, если нельзя высказать своё? — влезла Алексия, прямо смотря на Амбридж. Та нервно покосилась на неё. Её ноздри расширились, ещё немного и она взорвётся. Амбридж попыталась придти в себя и глубоко вдохнула.
— Никто не запрещает вам высказывать своё мнение. — спокойно ответила «розовая жаба».
— Но Гермионе вы прямо сказали, что её мнение не важно. Так что, вы отказываетесь от своих слов?
Гермиона дёрнула подругу за рукав мантии, чтобы она успокоилась, но Алексия отмахнулась. Все в ожидании уставились на Амбридж. Теодор Нотт удивлённо глядел на подругу. Он знал, что она может и не промолчать, но не думал, что после одного наказания Амбридж, решиться снова с ней спорить. Даже Малфой сидел, как на иголках, выжидая чего-то.
— Что вы, я вовсе не отказываюсь от своих слов. Это было недопонимание.
— Я так не считаю. — Алексия сама не знала, почему продолжает спорить, но эта Амбридж выводила её из себя и молчать не получалось.
— Алексия права, профессор. Сначала вы говорите одно, потом совершенно другое. — поддержал подругу Поттер.
— Мистер Поттер, я снимаю с Гриффипдора пять очков. По классу пробежал шумок.
— За что? — сердито спросил Гарри.
— Только не задирайся, — шепотом взмолилась Гермиона.
— За неоправданное нарушение хода занятий, — спокойно произнесла профессор Амбридж. — Я здесь для того, чтобы внедрить одобренную Министерством методику, не поощряющую учеников высказывать свое мнение о предметах, в которых они мало смыслят. Ваши прошлые преподаватели этой дисциплины, по-видимому, давали вам больше воли, но ни один из них — за исключением, возможно, профессора Квиррелла, который хотя бы ограничивался темами, проверенными на протяжении веков, — не удовлетворил бы министерскую инспекцию.
— Да, Квиррелл был чудесный учитель, — громко сказал Гарри, — только с одним маленьким недостатком: у него Волан-де-Морт торчал из затылка. Оглушительная тишина, какой никогда еще не слышал Гарри. Затем:
— Я думаю, ещё одна неделя дополнительных занятий принесет вам пользу, мистер Поттер.— вкрадчиво проговорила Амбридж.
кончился. Все поспешно стали собирать свои вещи.
— Сволочь. — разозлился Гарри. — Опять её наказание!
— Интересно, почему она решила в этот раз не наказывать Лекс? — спросил Рон.
Все пожали плечами. Одна Алексия догадывалась. Видимо Амбридж знала, кто она и причём узнала не так давно. Либо же, ей всячески запретили, хоть как-то вредить ей.
Ребята пошли на ужин. Алексия, сославшись на отсутствие аппетита, пошла в библиотеку, где она должна была встретиться с Тео.
Войдя в библиотеку, она почувствовала запах сырости и старых книг. Здесь всегда так пахло, но этот запах её совершенно не отталкивал, а наоборот притягивал.
Алексия прошла мимо рядов и свернула за угол. За столом возле окна уже сидел парень. Как он тут быстро очутился, девушка не знала и спрашивать не собиралась. Она присела напротив него.
— Привет. — улыбнулся парень.
Девушка улыбнулась в ответ, отчего на её щеках появились ямочки.
— Что-то случилось?
— Почему сразу случилось? Я может просто хотел увидеться. — сказал Тео. — Неужели ты не рада?
— Извини. Я конечно рада встретиться с тобой.
— Вот и отлично, но ты всеровно права. — ответил слизеринец.
— На счёт чего?
— Я тут подумал...но не знаю, как ты отреагируешь, но всё же... Ты думала над тем, чтобы развивать свои силы?
— Развивать свои силы? — не поняла девушка.
— Как мы поняли, ты ведьма четырёх стихий, но из-за нехватки знаний и практики, ты не умеешь их контролировать. Поэтому, я думаю, что тебе стоит начать практиковаться.
— Я тоже рад этим думала. Я не умею пользоваться своей силой, но я хочу научиться, хочу научиться контролю. Раньше, это происходило неосознанно и без всякого контроля, но я так не хочу.
— Тогда решено. Мы начнём обучение контролю магии.
— Мы?
— Конечно мы или думаешь, что я брошу тебя после того, что узнал? Нет. Я буду с тобой до конца, я помогу тебе.
Алексия неверующе уставилась на него. Парень каждый раз продолжал удивлять её. Лишь благодаря ему, она узнала всю правду и он единственный из её окружения, кто знал про неё. А сейчас, он предлагает ей помощь в контроле магии, говоря, что будет с ней до конца. Эти слова безумно тронули её. Она положила свою руку на его и со слезами на глазах, сказала:
— Спасибо...