Последняя из рода ведьм

Занятия проходили, как обычно. Вечные упрёки Снейпа в сторону Гриффиндора и прирекания с Гарри. Слезеринцы также не упускали шанса подшутить над ним. Мерзкие слизни.
Алексия с огромным нетерпением ждала свой первый поход в Хогсмид и наконец этот день настал. Она вместе с Роном и Гермионой вышла за пределы Хогвартса и шла по заснеженным дорогам. Не хватало только Гарри, но он обещал придти позже и Лекси даже знала как он попадёт туда. Карта мародёров.
Первым делом они зашли в Сладкое Королевство. От удивления у Лекси распахнулись глаза.
Чего только не было на полках! Огромные куски нуги, грильяж с дробленым кокосовым орехом, толстые медовые ириски, штабели всевозможных плиток шоколада. Посреди магазина стоял громадный бочонок драже разных вкусов «Берти Боттс», бочонок сахарных свистулек, воздушное мороженое, о котором говорил Рон. Целый стеллаж «потешных угощений»: взрывающаяся жевательная резинка «Друбблс» (из нее можно выдувать огромные синие пузыри, которые потом несколько дней летают по комнате), мятные нитки для чистки зубов, перечные чертики в пакетах с надписью «Дохни огнем!», мороженое «Зубом застучи, мышью запищи», мятная помадка в форме лягушат — «В желудке прыгают, ногами дрыгают», хрупкие сахарные перья и карамельные бомбы. Мы протиснулись сквозь толпу шестикурсников в дальней угол магазина под надписью: «О вкусах не спорят!» Рон с Гермионой и разглядывали леденцы.
— Фу, — поморщилась Гермиона, — гадость какая! И цвет, и вкус скорее для упырей, чем для людей .
— А может, возьмем вот это? — Рон сунул под нос Гермионе банку с тараканами.
— Еще чего! — сказал знакомый голос позади.
Рон чуть не выронил банку.
— Гарри! — Гермиона вздрогнула от неожиданности. – Ты что тут делаешь? Как тыы сюда...
— Вот это да! — Рон раскрыл от удивления рот.
— Ты что, научился трансгрессировать?
— Нет, конечно, — ответил Гарри, посмотрев на голубоглазую. Келлис шёпотом рассказала непонимающим друзьям про карту.
— Надо же, мне Джордж с Фредом ни разу ее не показали! — обиделся Рон. — А я им все–таки брат.
— Какая разница? — пожала плечами Гермиона. — Гарри все равно не оставит карту у себя, она отдаст ее профессору МакГонагалл. Верно, Гарри?
— Ну нет! — ответила он.
— Ты что, спятил? — выпучил глаза Рон.
— Отдать такую ценность! Если ее отдать, то придётся объяснять, откуда она у меня, — сказала Поттер. — И Фреду с Джорджем влетит от Филча.
— А вдруг Сириус Блэк знает тайные ходы в замок? — не унималась Гермиона. — Нужно предупредить учителей!
— Никого предупреждать не нужно, — возразил Гарри. — На карте семь тайных ходов.
— По словам Фреда и Джорджа, Филч знает четыре. Из трех: один завален, у входа во второй Гремучая ива. А тот, через который пришёл я, он... откуда Блэку знать, что вход в него в подсобке магазина? Рон важно кашлянул и указал на объявление на двери магазина:
ПО УКАЗУ МИНИСТЕРСТВА МАГИИ Сообщаем покупателям, что дементорам приказано каждую ночь после заката солнца обходить улицы Хогсмида. Эту временную меру предосторожности отменят после поимки Сириуса Блэка. Советуем покупателям после захода солнца оставаться дома.
— Хотел бы я поглядеть, как Блэк проникнет в «Сладкое королевство», ведь в деревне дементоры кишмя кишат. Да и хозяева услышат шум, попробуй он сюда вломиться. Они живут во втором этаже.
— Но ведь... Но ведь... — Гермиона подыскивала возражение, которое воззвало бы к благоразумию друзей. — Гарри не дали разрешения ходить в Хогсмид. Если кто-нибудь узнает, что ты здесь, то могут даже исключить. И солнце еще не село, вдруг Блэк нагрянет в Хогсмид сегодня? Прямо сейчас?
— Да он в такую метель их и не разглядит.—Рон кивнул в сторону улицы, за окнами магазина валил густой снег. —Будет тебе, Гермиона. Рождество на носу, они хуже других, что ли?
Гермиона в тревоге закусила губу.
— Гермиона, неужели ты на него наябедничаешь? — улыбнулась Алексия.
— Ну что ты! Нет конечно. Но все-таки, Гарри...
— Гарри, ты свистульки видел? — перебил Гермиону Рон и схватил Гарри за руку и потащил к бочонку с конфетами.
— А желатиновые червячки? А кислые шипучки? Помню, Фред дал мне одну, мне было тогда семь лет, она мне язык насквозь прожгла. Мама его тогда здорово метлой отлупила! — Рон задумчиво уставился на корзину с шипучками. — А что если угостить Фреда тараканьей гроздью и сказать, что это засахаренный арахис, он поверит?
Алексия взяла себе разных сладостей и расплатившись, вышла на завьюженную улицу, где её ждали ребята. Хогсмид походил на рождественскую открытку.
Сказочные домики под соломенными крышами, магазины в снежных шапках, на дверях венки из остролиста, кроны деревьев украшены гирляндами волшебных свечек.  Рождество прошло, а украшения до сих не сняли. Друзья шли по улице навстречу ветру, Рон и Гермиона сквозь шарфы кричали:
— Здесь почта...
— А там магазин «Зонко»...
— Можно пойти в Визжащую хижину...
— Пойдемте лучше в «Три метлы», выпьем сливочного пива, — предложил Рон, стуча зубами от холода. Келлис была мысленно с ним согласна. Она по сильнее укуталась в шарф и натянула шапку на голову.
Друзья перешли на другую сторону улицы и вошли в уютный паб — первый этаж крохотной гостиницы. В пабе было людно, шумно и дымно. За стойкой расположилась компания весельчаков, они смеялись и громко разговаривали, полная миловидная женщина едва успевала наполнять бокалы.
— Это мадам Розмерта, — сообщил Рон. — Пойду принесу нам всем по кружке, — прибавил он и слегка покраснел.
Гарри, Лекси и Гермиона уселись за маленький столик в дальнем углу между окном. Рядом потрескивал камин, было очень тепло. Рон принес четыре кружки пива. Оно было горячее и дымилось.
— Выпьем!— весело сказал Рон и поднял кружку.
Вдруг входная дверь отворилась, и сквозняк взъерошил волосы девушки. Алексия глянула в сторону двери и чуть не захлебнулась. В бар вошли Макгонагалл, Римус и Флитвик, а за ними Хагрид с министром магии Корнелиусом Фаджем – толстячком в темно-зеленом котелке и полосатой мантии. Все пятеро увлеченно о чем-то беседовали. В мгновение ока Рон с Гермионой оба нажали ладонями на макушку Гарри. Поттер соскользнул со стула и очутился под столом, вылив на себя остатки пива.
К соседнему столику придвинулись десять пар ножек пятерых стульев, и на стулья, кто крякнув и кто вздохнув, сели учителя и лесничий с Фаджем. К ним сейчас же приблизились лаковые туфли бирюзового цвета на высоком каблуке.
— Маленькая кружка минеральной... — спросил женский голос.
— Это мне, — ответила профессор МакГонагалл.
— Горячий грог... — Спасибо, Розмерта, — пробасил Хагрид.
— Содовая с вишневым сиропом и зонтиком...
— М-м-м... — чмокнул губами профессор Флитвик и протянул руку за бокалом.
— Стало быть, вам, господин министр, смородиновый ром.
— Спасибо, Розмерта. Рад вас видеть! Посидите с нами?
— Благодарю, господин министр, с удовольствием.
— Каким ветром вас сюда занесло, господин министр? — спросила мадам Розмерта.
Фадж, похоже, обернулся посмотреть, не подслушивает ли кто. Благо, нас не заметили.
— Ясно каким. Сириуса Блэка, дорогая моя, ищем. Вы ведь слышали, что он учинил в школе на Хэллоуин?
— Слышала, слышала.
— Вы, Хагрид, всем успели рассказать, всему пабу? — с укоризной спросила МакГонагалл.
— Думаете Блэк все еще поблизости? — тревожно спросила хозяйка гостиницы.
— Уверен.
— Дементоры уже дважды обыскивали мой паб, распугали всех клиентов, одни убытки...
— Розмерта, дорогая моя, мне и самому дементоры не по душе. Но что ж поделать? Как иначе прикажете вас охранять? Раз ваша гостиница стоит именно здесь, значит, дементоры еще не раз к вам зайдут. Я только что с ними встречался, они в бешенстве: Дамблдор не пускает их в школу.
— И правильно делает, — вступилась за директора школы МакГонагалл.
— Как мы стали бы преподавать в присутствии таких чудовищ?
— Верно, верно, — тоненьким голоском поддержал коллегу Флитвик, не достающий ногами до пола.
— Что поделаешь... — сдержанно заметил Фадж. — Они охраняют вас от злодея. Блэк способен на все...
— А мне как-то не верится, что Сириус Блэк мог переметнуться на сторону Темного Лорда. Это на него не похоже... — задумчиво сказала мадам Розмерта.
— О Розмерта, я тоже бы не поверил, ведь я очень хорошо знал Сириуса, – сказал Римус.
— Помню его студентом Хогвартса... Скажите мне тогда кто-нибудь, что из него выйдет черный маг, я бы подумала, что этот человек выпил слишком много медовухи.
— Вы, Розмерта, и половины всего не знаете, — угрюмо ответил министр. — Люди не знают самых страшных его дел.
— Что может быть страшнее убийства невинных людей? — удивилась хозяйка.
— Кое–что может.
— Сомневаюсь.
— Вы, Розмерта, говорите, что помните его студентом, — заметила профессор МакГонагалл.
— А помните, кто был его лучший друг?
— Ну как же? — Розмерта усмехнулась. — Два неразлучных приятеля. Они часто бывали здесь. Столько от них было веселья! Друзья — не разлей вода. Так и стоят перед глазами — Сириус Блэк и Джеймс Поттер.
Гарри выронил кружку, и она грохнулась на пол. Рон ткнул его ногой, дабы не спалиться.
— Верно, — подтвердила МакГонагалл. — Блэк и Поттер. Зачинщики всевозможных проказ. Оба блестящие ученики, на редкость блестящие, но отчаянные сорвиголовы! Таких ни раньше, ни позже не было!
— И они были, как братья, — вставил Флитвик. — Как два неразлучных брата.— Именно, — подтвердил Фадж. — Поттер никому не доверял так, как Блэку. Они и после школы дружили. Блэк был шафером на свадьбе Джеймса и Лили.
Потом родился Гарри, и Блэк стал его крестным отцом. Гарри, конечно, ничего об этом не знает. Узнает, будет очень страдать.
— Но я не понимаю, почему Блэк стал сподвижником Сами–Знаете–Кого? — прошептала мадам Розмерта.
— Может от безответной любви. — грустно ответила Макгонагалл. — Вы же помните, Амелию Рэйнфорд?
— Да к то ж её не помнит! — воодушевилась Розмерта. — Великая ведьма огня из великого и древнего рода, самая могущественная из всего семейства!
— Как же Сириус тяжело переживал её смерть. — Она была замечательной волшебницей и человеком. — произнесла Макгонагалл.
— Да, трагичная ей судьба далась. — прошептала Розмерта. — Умерла сразу же после родов, так и не увидев свою дочь. Где же эта малышка сейчас...
— Вот, кстати, — неожиданно начал министр. —Не многим тогда было известно, что Поттеры знали, что Вы-Знаете-Кто за ними охотится. У Дамблдора, который, разумеется, всегда боролся против Вы-Знаете-Кого, было много тайных агентов, и один из них сообщил, что Джеймсу и Лили грозит опасность.
Дамблдор тут же дал им знать и посоветовал спрятаться в тайном укрытии. А для верности подсказал воспользоваться заклятием Доверия.
— Что это такое?
Мадам Розмерта слушала, затаив дыхание.
Профессор Флитвик откашлялся и стал тонким голосом объяснять:
— Заклятие Доверия — одно из самых сложных, оно запечатывает тайну в сердце человека. Хранителя Тайны, как его называют. Эту тайну раскрыть невозможно, разве что сам Хранитель ее выдаст. Вы-Знаете-Кто мог годами искать Лили и Джеймса и не нашел, даже если бы сунул нос в окно их дома.
— Значит Блэк был Хранителем Тайны Поттеров? — догадалась мадам Розмерта.
— Да. Джеймс Поттер говорил Дамблдору, что Блэк скорее сам погибнет, чем их выдаст, что он и сам подумывает об укрытии, — ответила профессор МакГонагалл.
— Но Дамблдор все равно за них тревожился. Он даже сам себя предложил в Хранители Тайны.
— Значит, он подозревал Блэка?
— Не то, чтобы подозревал, но ему сообщили, что кто-то из друзей Поттеров переметнулся на сторону Вы-Знаете-Кого и сообщает ему об их передвижениях. Он уже какое-то время знал, что среди нас завелся предатель.
— Но Джеймс Поттер настоял на своем?
— Да, настоял, — вздохнул Фадж.
— Заклинание Доверия применили, а две недели спустя...
— Блэк предал их? — выдохнула мадам Розмерта.
— Да. Ему надоело быть двойным агентом, он хотел открыто объявить на чьей он стороне, потому и выдал Поттеров. А дальше вы знаете, Тот-Кого-Нельзя-Называть убил Джеймса и Лили. Хотел убить и Гарри с Эстери, но лишился волшебной силы. Мощь его исчезла, и он бежал. Блэк остался ни с чем: его патрон сгинул как раз, когда предательство его обнаружилось. Видимо совсем крыша поехала после потери любимой.
— Гнусный, смердящий душепродавец! — прорычал Хагрид на весь бар. Соседи притихли и повернулись в их сторону. МакГонагалл зашикала на него.
— Я тогда его видел, — Хагрид понизил голос. – Наверное, в самый последний раз, перед тем убийством. Это я спас Гарри, вынес из развалин, Лили с Джеймсом уже погибли ... а тут этот... Сириус Блэк на своем мотоцикле. Я то тогда не знал, чего он явился... что он Хранитель Тайны. Я подумал, он... э-э... прилетел помочь. Бледный, как смерть, весь трясется. А я то, я то! Я его утешать стал! — Хагрид разрыдался.
— Хагрид, пожалуйста, умерьте голос, — взмолилась МакГонагалл.
— Откуда мне было знать, что ему наплевать на Лили и Джеймс, что он шпион. А он еще говорит: «Я крестный Гарри, отдайте его мне, я, мол, о нём позабочусь...» Я Гарри не отдал, Дамблдор велел мне отвезти его к тётке. Блэк спорил-спорил и согласился. И дал мне свой мотоцикл отвезти Гарри: «Мне, говорит, он больше не нужен». И попросил еще отвезти. И как это я не догадался! С чего это он отдает любимый мотоцикл? И как это он больше не нужен? Эх, дубина я, дубина! Дамблдор это знал, что Блэк - Хранитель Джеймса.
Блэк думал улизнуть в ту ночь, думал, у него есть часа два, пока Министерство узнает. А отдай я ему Гарри!.. Он бы повез его на мотоцикле да и кинул бы в море. Сына то лучшего друга, да и дочку б наверное не пожалел! Да чо уж там, переметнулся волшебник на сторону темных сил, нет для него ни свата, ни брата... Хагрид замолчал, и никто долго не решался заговорить.
— Но далеко он не убежал, — произнесла удовлетворенно мадам Розмерта.
— Министерство магии сцапало его на другой день. — Увы! — вздохнул Фадж. — Не мы его нашли, к сожалению. Его нашел друг Поттера Питер Петтигрю. Он чуть с ума не сошел от горя. Знал, что Блэк – Хранитель Тайны Поттеров, и сам стал искать Блэка.
— Петтигрю, Петтигрю... уж не тот ли толстячок, что еще в Хогвартсе всюду таскался за Поттером и Блэком? — припомнила мадам Розмерта.
— Он самый, — подтвердила профессор МакГонагалл.
— Он души не чаял в Блэке и Поттере. Он им был, конечно, не ровня, не те способности, а я была чересчур строга к ним. Как я теперь раскаиваюсь... — МакГонагалл всхлипнула.
— Ну будет, будет, Минерва, — похлопал ее по плечу Фадж.
— Петтигрю умер, как герой. Очевидцы, маглы — мы потом стерли им память, — уверяли, что Петтигрю со слезами укорял Блэка: «Как ты мог, Сириус! Лили и Джеймс наши друзья!» Потянулся за волшебной палочкой, но Блэк, разумеется, опередил его. От Петтигрю почти ничего не осталось... Профессор МакГонагалл высморкалась и сказала севшим голосом:
— Глупый, глупый мальчишка... Дуэли никогда у него не получались! Зачем только он сам... Ведь есть же Министерство...