Глава 11
Эдель
— Джон, я не могу просто сидеть на месте...
— Милая, я разберусь с этим, не переживай.
— Как я могу «не переживать», ничего не делая?
Я продолжала наворачивать круги по нашей спальне. Заламывая пальцы на руках, я с беспокойством прикусывала свою нижнюю губу.
И как бы мне не хотелось верить в то, что на самом деле происходило за нашими спинами, факт оставался фактом.
Было тяжело до конца осознать, что двое детей подвергались насилию от одного человека, который напрочь забил их головы своей ложью.
Я вновь схватилась за голову, стараясь наконец сконцентрироваться на том, чтобы помочь Лиззи и Гибси.
— Я не понимаю...— простонала я.— Как он вообще смог сделать это с двумя маленькими, невинными детьми? Почему я не заметила, что это происходило с Джерардом?.. Он же... Как?..
Джон встал с края кровати, на котором тщательно обдумывал свои действия. Он подошёл ко мне и прижал к себе. На самую малость стало легче. В его объятиях я всегда чувствовала себя защищённой.
В безопасности.
Но осознание того, что Лиззи и Гибси на протяжении долгих лет не могли почувствовать себя в безопасности, разрывало моё сердце.
— Мне нужно будет навестить девушку в больнице в кратчайшие сроки и узнать всё у неё,— отозвался Джон, всё ещё не выпуская меня из крепкой хватки успокаивающих объятий.
Я тут же отстранилась от него, заглянув в глаза.
— Я с тобой,— решительно заявила, зная, что он будет всячески противостоять этому.
— Нет,— с такой же уверенностью в голосе спокойно ответил Джон.
— Я не спрашивала.
— Нет. Это не обсуждается.
Я осуждающе уставилась на него, стараясь понять, выводит он меня из себя или действительно настолько серьёзно настроен.
Как бы то ни было, я понимала, что должна сейчас чувствовать Лиззи. По крайней мере, я, а не Джон, оказалась в похожей ситуации.
— Будет лучше, если я поговорю с ней,— продолжала настаивать.— Я лучше понимаю её чувства и могу подобрать слова на счёт того, как она сможет справиться с апатией и расстройством.
— Достаточно и того, что ты будешь присутствовать на заседании, узнав о деталях.
— Джон...
— Я серьёзно, милая,— на последнем слове его тон смягчился. Он заправил выбившийся локон за ухо, с теплотой и заботой взглянув на меня.— Если ты переживаешь на этот счёт, то у меня есть опыт с такими делами. Хоть и небольшой, но всё же. Я буду предельно аккуратен в словах, но и ты должна понимать, что она в принципе может закрыться в себе и молчать. Даже с тобой.
Я покачала головой:
— Ты мужчина, который вдвое больше её,— пояснила я.— После того, что она пережила... Я боюсь, что она в принципе тебе ничего не расскажет. Судя по тому, что сказал Джонни, из всех парней её круга общения она спокойно чувствует себя только с Патриком, Джоуи и Хью. Но даже они не знали и четверти произошедшего. Девочка подавлена, милый. Я могу только предполагать, что ей будет легче рассказать всё женщине.
— Конечно, я понимаю это, дорогая,— мягко произнёс Джон.— Я понимаю, что ты переживаешь о девочке, но в данную секунду мы не сильно можем помочь ей в этой ситуации. Она всё ещё в больнице под наблюдением врачей и, по моим данным, ещё не проснулась после препаратов, которые ей ввели. До завтра в моих силах только позвонить в полицию и начать искать детали и доказательства для этого дела.
Я глубоко вздохнула, пытаясь перевести дыхание и собрать все свои мысли в кучу.
— Джон, я так боюсь за эту девочку...— прошептала я тихо.— Боюсь, что она замкнётся в себе, когда окончательно придёт в себя. Боюсь, что что-то ещё никому неизвестно, что она с этим подонком всё ещё хранят ужасные тайны о том, что творилось годы её детства. Не могу представить, насколько сильным должен быть ребенок, чтобы столько пережить в свои юные годы... И что происходит с её матерью?— в мгновение ощетинилась я, когда понимание другой стороны произошедшего появилось в моей голове.— Насколько слепой и чёрствой должна быть женщина чтобы не заметить происходящее со своим ребенком? Почему она не заметила? Почему никому не сообщила? Почему ничего не сделала? Почему не защитила её?.. А отец? Почему им наплевать на свою родную дочь?
Он вновь притянул меня к себе, зарываясь носом в мои распущенные светлые волосы. Тревога о девочке всё ещё терзала меня, но справляться со всем было легче с Джоном. В его обьятиях.
— Я разберусь с этим, милая. Обещаю,— заверил он меня в очередной раз.— Тебе нужно лечь и поспать. Уже поздно...
Я ни капли не сомневалась в профессионализме Джона и том, что он обязательно всё выяснит и доведёт дело до конца. Но в то же время моё сердце обливалось кровью, переживая о детях которые потеряли детство и мечты о будущем из-за одного человека.
— Кажется, после такого я вряд-ли смогу заснуть,— прошептала я.
Даже если я закрою глаза, я знала, что лихорадочные мысли всё равно будут метаться по моей голове в поисках наилучшего выхода из ситуации Лиззи и Гибси.
— Надо, милая.
Джон успокаивабще поцеловал меня в волосы и подвёл к кровати.
— Чем скорее ты начнёшь возвращать себе силы, тем быстрее я смогу созваниваться со знакомыми в поисках информации.
Я покачала головой.
— Тебе тоже надо отдохнуть. День был длинный и тяжёлый.
Джон пристально следил за тем, как я опустилась на свою половину кровати и устроилась под одеялом.
— Пара звонков, и я приду к тебе. Засыпай.
Он наклонился ко мне, ещё раз быстро поцеловал, но уже в щёку, поправил одеяло и направился, как я предположила, на кухню, чтобы никого не разбудить.
Джон
В нашу спальню я вернулся только через три часа.
Эдель к тому времени мирно посапывала, но не в кровати, а свернувшись калачиком в кресле. Видимо, она собиалась дождаться меня и вместе лечь спать, но так и не дождалась.
Внутри разлилось теплое чувство. Казалось бы, за столько лет совместной жизни я уже должен был привыкнуть к тому, как Эдель практически всегда шла наперекор моим просьбам позаботиться о себе и не дожидаться меня, а она всё равно каждый раз старалась до последнего и терпеливо ждала меня.
Я покачал головой, не в силах сдержать мягкую улыбку, расплывшуюся на моих губах, осторожно поднял её на руки, чтоб не разбудить. Она что-то неразборчиво пробормотала во сне, прижавшись ко мне, но не проснулась. Я был уверен, что если бы она не вымоталась эмоционально за этот день, Эдель непременно дождалась бы меня и узнала обо всём, что мне удалось выяснить. И я мог поклясться, что она сделает это, как только откроет глаза следующим утром.
Когда я уложил жену рядом с собой и устроился рядом, она во сне подобралась ко мне, как обычно обняв мою руку так, чтобы я не смог выбраться. Это вызвало у меня очередную улыбку.
Мыслями я снова вернулся к девочке, которая сейчас находилась на препаратах в больнице. За это время я успел сделать по меньшей мере пять звонков. Несколько касательно задержанного Марка Аллена. Ещё несколько, чтобы узнать состояние, в котором сейчас находится девочка Янг. После следующих звонков уже знали, что этим делом буду заниматься я, получил разрешение побеседовать с девочкой, когда она сможет это сделать, и, что не менее важно, договорился обо всём с Джерардом. На момент моего звонка он всё ещё не спал и мы договорились, что я смогу побеседовать с ним о произошедшем уже завтра.
— Здравствуй, Джоуи,— парень сидел на диванчике возле палаты Лиззи, а, услышав мой голос, оторвал голову от рук.
— Джон,— кивнул он мне в ответ.
— Как ты?
Он неопределённо пожал плечами.
— Вроде неплохо.
— Как она? Хьюи с ней?
Напряжённый взгляд Джоуи опять метнулся на дверь палаты. Его плечи поникли.
— Не знаю...— сокрушённо выдохнул он.— Она мало что сказала. Сейчас с ней Биггс. Они уже пару часов разговаривают.
— Не переживай, парень,— я ободряюще сжал его плечо.— Скоро всё закончится и мы со всем разберёмся.
Джоуи кивнул и следил за тем, как я направился к палате.
Лиззи Янг сидела на больничной кровати, прижавшись спиной к стене. Девочка казалась такой маленькой и истощённой среди стерильно белого цвета, что меня передёрнуло бы, если бы я не сдержался. Рядом с кроватью сидел Хьюи. На тумбочке стоял едва тронутый суп. Видимо, изначально он пытался накормить её, но его усилия не увенчались успехом.
Я остановился в проходе и оба тут же обратили на меня внимание. Во взгляде Лиззи промелькнула паника. Я так и не понял, это был страх передо мной или тем, что ей надо было мне рассказать. Хью поднялся и подошёл ко мне. На его лице читалось облегчение и благодарность.
Он ничего не сказал. Просто кивнул вместо приветствия и направился в коридор.
— Доброе утро, Лиззи,— наконец сказал я, как только дверь закрылась за моей спиной, и направился к тому месту, где до моего прихода сидел сын Биггсов.
Девочка ничего не сказала, настороженно следя за моими движениями, пока я опускался на стул, лишь кивнула.
— Уверен, ты уже в курсе, что я буду вести ваше с Джерардом дело.
— Я...— начала было она, но запнулась, видимо, подбирая нужные слова.— Я не у-уверена, что смогу рассказать это...
Было понятно, что это будет сложно для неё. Я всё ещё прекрасно помнил наставления своей жены утром о том, что я ни в коем случае не должен говорить девочке. Эдель так волновалась, что было трудно не заметить мелкую дрожь её рук. Она переживала о девочке, что было понятно, учитывая то, что я узнал после своих звонков и увидел сейчас.
— Лиззи,— вздохнув, начал я мягким голосом.— Тебе не следует бояться меня,— девочка недоверчиво оглядела меня. Я понимающе улыбнулся.— Я понимаю, как это звучит, но по-другому тут не скажешь. В первую очередь я адвокат и это моя работа, только потом я отец. И сейчас то, что мне уже известно, я анализирую не только с профессиональной стороны, но и как родитель, который переживает не только за своего ребёнка. Я уже разговаривал с Гибси и знаю его версию происходящего. Ты в этом деле такой же ключевой пострадавший. В некоторой мере даже больше, чем парень. Я знаю, что у тебя есть причины не доверять мне, но...
— Не знаете,— оборвала меня девочка. В её глазах плескалось столько боли, что у меня оборвало дыхание.— Часть того, что происходит, которую вы могли бы узнать — лишь мелочная часть. Вы не можете точно знать мои чувства, если не знаете всего.
— Так позволь мне узнать. Позволь мне помочь тебе и твоему другу,— продолжал я свои попытки уговорить Лиззи.— Вы же в детстве были хорошими друзьями. Так почему бы вам сейчас не объединиться против виновного?
Её передёрнуло от этого.
— Вы не знаете того, что произошло,— её голос был наполнен горечью и болью.— Теперь мы ненавидим друг друга. Он ни за что не будет по одну сторону со мной...
Всё внутри меня сжалось. Девочка даже не надеялась на поддержку от друзей. Они так переживали о ней, что не могли найти себе места, а она уже смирилась с тем, что она всегда одна на тропе своей войны.
— Я знаю версию Джерарда,— настойчиво продолжал я.— Он переживает за тебя и винит себя, что не заметил раньше того, что ты старалась ему объяснить,— Лиззи недоверчиво взглянула на меня.— Я серьёзен, Лиззи. Ты думаешь, что одна, но посмотри на парней, которые столько дней находятся с тобой в больнице. На тех, кто переживал за тебя на том мосту. На Шаннон, которая каждый день по несколько раз звонит брату, чтобы узнать, в каком ты состоянии. Расскажи мне то, что происходило, и я обещаю, что сделаю всё, что только возможно, чтобы засадить Аллена.
Лиззи молчала минут десять, обдумывая всё услышанное. Было видно, как противоречия сменяли друг друга на её лице. Она перебарывала себя в том, чтобы наконец позволить кому-то помочь ей.
— Вы можете поговорить с моим психотерапевтом, — нарушила молчание Лиззи, всё ещё неуверенная в том, чтобы самой поделиться.
Она выглядела так, словно всё ещё надеялась, что я поведусь на это.
Я понимающе глянул на девочку.
— Я не вчера родился,— слабо усмехнулся я её попытке избежать того, чтобы я услышал всю правду от неё самой. — И я прекрасно понимаю, что твой врач не в курсе и четверти того, что с тобой происходило на самом деле. Мне можно доверять, Лиззи. Я помогу тебе.
Она вновь ушла в себя, а я не смел прерывать её тщательные раздумия. Я понимал, как тяжело наконец признаться, что нуждаешься в помощи, хотя до этого всегда молчала и пыталась справиться сама.
— Клянётесь, что я избавлюсь от него, если расскажу вам? — с неимоверной надеждой в глазах взглянула она на меня.
На её лице отразилось такое отчаяние, что это заставило моё сердце практически перестать биться. Словно она хотела верить в то, что её откровения и правда не будут напрасными.
— Клянусь. Он сядет далеко и надолго. Только мне нужна вся правда.
Мне показалось, что на несколько мгновений её глаза загорелись предвкушением свободы и надеждой. Но это пропало, потому как на её лице отразилась неуверенность в собственных силах.
Она не была уверена, что сможет рассказать мне обо всём.
Независимо от величины желания сбросить этот груз со своих плеч.
— Я постараюсь...