Касания

Будь мы в толпе, одни или вовсе в непонятном месте, часто возникает мысль зачем мы здесь. Кто-то захотел или кому-то было это удобно. Что-то сподвигло оказаться здесь или это просто случайность. В основном, это желание не наше, редко, когда человек сам оказывается там, где хочет. Желание быть в толпе и шуме возникает гораздо реже, когда ты предпочитаешь домашнюю обстановку или рабочую атмосферу.
Все эти громкие звуки, полупьяные тела. Это раздражает и влечет одновременно, ведь именно в такой толпе проще всего затеряться. Полностью растворившись в этом, мы забываемся на короткие мгновения и после снова возвращаемся в круговорот чего-то мало приятного, если не владеем собственной жизнью.

Владеть собственно жизнью...смешно.

Это практически невозможно, когда ты застрял в состоянии зависимости от обстоятельств, людей и своей стороны, которая сильнее тебя самого.

***

Неон сверкал ослепляющими лучами. Музыка, казалось, заполнила все пространство даже за пределами клуба. Благодаря Юнги, он и Инхи пришли в самый дорогой клуб Итэвона. Парень знал его владельца и всегда был званым гостем. Ну и в добавок, здесь была лучшая охрана, а на баре не наливали плохой алкоголь. Зная сестру, Юн сразу зарезервировал себе вип комнату, чтобы отдохнуть, а не плясать в бешенной толпе. Инхи сразу же растворилась с радостным лицом, где-то у самого диджея. Мин же позволил пройтись до бара и поздороваться со знакомым. Бармен сегодня был Чонгук, который был совладельцем и парнем любящем кутить.

— Хей, давно не виделись, брат! — прокричал Гук и потянулся через стойку — Что с тобой было? Где пропадал?
— Да, знаешь, работа, авария, работа, сестра — протянул Юнги, пока тянулся за бокалом воды
— Стоп, что? Авария?! — удивленные оленьи глаза парня чуть из орбит не выпали, а руки зависли с бутылкой в руках
— Эй, спокойно, я цел, она была небольшая — в успокаивающим жесте проговорил Мин и улыбнулся.
— Хорошо, а то я уже напугался — выдохнул Гук и налил Юнги виски
— Как ты? Как работается? — разговор превращался в непринужденную беседу. Юнги же только и успевал следить за неоновым топом Инхи, которая уже поразила собой половину танцпола
— Нормально, Техён весь в делах, такой важный, а я смотрю за клубом и веселюсь — улыбнулся Чон
— Понятно, ладно, я пойду, зарезервировал комнату, а то я тут опухну. Как ты это терпишь? — спросил, усмехнувшись, Юнги
— Я кайфую, брат. Ты ничего не понимаешь — протянув бутылку хорошего виски, Чонгук заметил, что Юнги засмотрелся на что-то и тихо коснулся его плеча, но парень не отреагировал — Юнги?

Звук будто погас, исчез и осталась тишина. Все замедлилось и люди, и свет, осталась только тень знакомой улыбки. Это как наваждение. Будто разум пытается сыграть злую шутку. Но глаза видят, а сердце начинает неистово биться в груди.

Так не бывает. Невозможно среди этого шума слышать смех только одного человека. Невозможно. И Юнги повторял это в своей голове, пока не мог поверить собственным глазам. Длинные темные волосы, всё такие же искрящиеся глаза. Ты была видением, им и осталась, растворившись в толпе.

Не сразу понимая, что бежит, Юнги протискивался сквозь толпу и ему было всё равно. Он желал только дотянуться до неё, только понять, что не ошибся. Желание вновь ощутить это прекрасное чувство, которое было только с ней. Да сейчас нет болезни и это не сон, а она может быть вполне реальна. Но увиденное, заставляет остановиться.

Красивое, юное тело в объятиях другого. Такая живая и улыбается, как во сне. Это она, её невозможно ни с кем спутать , ни с кем...

— Кан Ён — срывается с уст Юнги, когда он в упор смотрит на неё и наконец ловит взгляд.

Мимолетный, совершенно чужой. Она не знает его, но он прекрасно все помнит. В особенности её касания.

Дыхание прерывается, становится туманно в голове и спустя минуту, Юнги уходит. Он не слышит ничего и никого не видит. Только несущуюся к нему Инхи. Девушка касается плеча Мина и смотрит в потухшие глаза.

— Это она? — Юн сразу взметнул взгляд — Девушка из сна? — Стало еще труднее, осознание, что это все в заправду, болью отдаётся в разбитом сердце и Мин только кривит лицо, двигаясь к выходу.

Инхи же осталась на месте, смотря на танцующую в обнимку пару. «Такая, как он описывал» пронеслось в её голове. Запомнив её и разглядев лучше, девушка уходит, чтобы найти Юнги, не замечая внимательных темных глаз.

— Всё нормально? — спрашивает на ухо молодой парень
— Да
— Ты их знаешь? — он удивленно смотрит на возлюбленную, которая легко улыбается
— Нет, конечно — поцелуй и они сливаются с толпой, даже не подозревая, что разрушилось чьё-то сердце, в очередной раз.

***

Быстрый стук каблуков по лестнице и шумное дыхание.

— Юнги! Юнги, постой же! — Инхи со всех ног бежала за братом, пока он не остановился, и не замер — Юнги — тихо коснувшись плеча и почувствовав напряженные мышцы, девушка попыталась вспомнить, когда брат так сильно злился
— Что? — холодно спросил тот и повернулся, напугав Инхи
— Зачем ты так?
— А что? Я не могу злиться? Не могу думать о том, что судьба так зло пошутила? У неё другой, а сам факт её существования меня разрушил. Я хотел, чтобы она существовала, но я так же желала, чтобы это всё осталось лишь сном — красные глаза Мина еще больше напугали Инхи и она отпрянула, но тут же взяла себя в руки и коснулась предплечья брата
— Возможно, это не злая шутка судьбы, а твой шанс. Только представь, девушка, что приснилась тебе, существует и она была так близко. Плевать, что у неё кто-то есть, ты Мин Юнги! Ты берешь все, что захочешь! — энтузиазм сестры удивлял, но Юн хотел совершенно не этого
— Не это я хочу, Инхи. Я хочу настоящее. Чтобы она чувствовала ко мне то же. Но она другая, только внешность той, что засела в моей голове, и всё — голос потухший и разочарованный. Инхи не видела брата таким никогда. И это её безмерно пугало.
— Тогда просто давай подождем, если это и правда твоя судьба, она сведет вас снова — проговорила девушка и начала вызывать машину — На сегодня, я думаю, хватит. Надо отдохнуть.

Хоть в чем-то они были согласны. Сев в машину, тишина вновь ударила с силой и даже водитель не смел спросить что-либо. Но в мыслях Юнги был ураган. Бушующий и беспощадный. Её образ неумолимо всплывал перед глазами, стоило их прикрыть даже на мгновение. Это убивало. Дышать было тяжело, будто камень на груди, а дорога, как на зло,была длинной.