My Dark Nights

— Дженни, начинай делать указатель для триумфального зала, а я сбегаю за лестницей — одна из магламп мигает, заодно накопитель в ней поменяем.

Подобным занимался маг-хозяйственник, но раз Аллару хочется самому, я возражать не стану.

Указателем к триумфальному залу стали лазурно светящиеся следы ног. У входной двери приятный голос сообщал направление, а дальше на полу появлялась цепочка из отпечатков обуви гигантского размера — такие точно не проглядят.

«Кровь... Хочу... Мое...»

Вкрадчивый шепот я слышала однажды, и снова он будто звучал в голове.

Волосы на затылке зашевелились, мурашки страха покрыли спину и руки.

Я испуганно оглянулась. Никого. Коридор возле триумфального зала просматривался плохо — часть ламп выключена, одна тревожно мерцала. В густой тени, куда не дотягивался свет, мог прятаться кто угодно.

Нечисть на территорию университета, как и нежить, проникнуть не могла. Но, если теоретически допустить, что где-то в защите брешь, некроманты и боевики, а то и давелийцы, заполонившие университет, ее давно бы обнаружили. А значит...

Мое плечо крепко сжали. Я заорала.

— Это я! — Аллар чудом уклонился от энергошара, который я запустила.

Заклинание скосило со стены часть темно-зеленой драпировки с гербом КУМа и одну лампу. Звон стекла привел меня в чувство.

— М-да, поменяли накопитель... — с издевкой протянул Аллар.

— Нечего подкрадываться! — завопила я.

— Еще я и виноват, что у тебя нервы сдают?

— Сколько раз повторять? Не трогай меня, не подходи со спины!..

— Знаешь что, Руби?!

Сокурсник не договорил, прикипев взглядом к изувеченной стене позади меня. Я обернулась и ахнула. Она двигалась! Медленно, натужно, сантиметр за сантиметром, но двигалась!

— Это то, о чем я думаю? — прошептал Аллар, и глаза его заблестели, как будто мы нашли вход к несметным сокровищам.

Впрочем, для искателей приключений так оно и было.

— Если ты о тайном ходе, ведущем в катакомбы под университетом, то да, похоже.

Как завороженный, парень шагнул к открывающемуся проему в стене, в котором начиналась непроглядная тьма.

— Стоять! — рявкнула я. — Хочешь вылететь из КУМа?

Племянника магистра Рутха не отчислят, но чем-то пугать нужно?

Не одно поколение адептов искало затерянную библиотеку и хранилище древних артефактов, которые переместили в катакомбы три сотни лет назад. Тогда только началось охлаждение отношений с Давелией, назревала война, и ректор решил перестраховаться — спрятал самое ценное имущество университета. Помощникам с их согласия он стер память, став единственным хранителем координат. А затем взял — и умер! Говорят, что ему помогли уйти на ту сторону. Однако сердечные приступы случаются и у великих магов в расцвете сил. Что случилось в действительности, сейчас не узнать, факт, что бесценные книги и артефакты пропали навсегда.

Их искали годами: преподаватели, студенты и приглашенные маги, пока однажды в катакомбах не сгинула группа из восьми адептов и трех магистров. Отправленный по горячим следам отряд боевиков обнаружил полосу древних ловушек, в которые и угодили беспечные искатели. Несколько тел так и не смогли извлечь на поверхность — ради мертвых решили не рисковать живыми.

Тогдашний ректор под давлением короля издал наказ: дальнейшие поиски библиотеки и хранилища артефактов прекратить, ходы в катакомбы замуровать, тех, кто попытается нарушить запрет, исключить или уволить из университета.

Периодически тайные проходы обнаруживали, но обычно благоразумно сообщали руководству.

— Так, ты ищешь наших магистров, а я стерегу ход, чтобы кто-то на него случайно не набрел.

Аллар побагровел от возмущения:

— Обнаглела, Руби?! Почему я ищу магистров, а ты остаешься?

Потому что дурак и полезешь прямо в смертельную западню. Мне очень хотелось ответить так, чудом сдержалась.

— Я не такая смелая, как ты, и не сунусь в катакомбы, — ответила, старательно на него не глядя. — И вообще, это я повернула лампу энергошаром.

— Ты ее сломала, — злорадно уточнил парень.

Он вмиг успокоился, когда услышал о моей предполагаемой трусости.

Я пожала плечами.

— Сломала, не спорю. Думаю, ректор меня простит, еще и премию выпишет.

Денежные поощрения за информацию о ходах в самом деле выдавали за внимательность и честность, но в последний раз это случилось лет двадцать назад.

— Может, я останусь, а дяде отправлю «вестника»? — предложил Аллар.

Представив, сколько сил потрачу, чтобы отговорить его не заглядывать в катакомбы, я воспротивилась идее.

Помявшись, сокурсник ушел на поиск магистров.

Стоило затихнуть его шагам и воцариться тишине, как я вспомнила о странном шепоте. Вот шмырь! Надеюсь, больше его не услышу и за время до появления магистров со мной ничего не случится. Еще один минус работы без преподавателя, жаль, что и Кариссы нет рядом.

Страх сильнее, когда на нем концентрируешься. Когда же есть дело, о вероятных опасностях можно и вовсе забыть. И я, не желая впустую бояться, принялась собирать осколки разбитой маглампы. Закончив, с минуту понаблюдала за ее моргающей соседкой. И она меня дико злила!..

Лестницу Аллар принес, мешочек с нефритами при мне. А что, если поменять накопитель? Дома, в своей спальне, я не раз это делала, не желая лишний раз гонять слуг.

Переставив лестницу, без страха на нее забралась. Ход в катакомбы теперь находился справа, и краем глаза я могла не только его видеть, но и чувствовать поток холодного, сухого воздуха, оттуда идущего.

Отковырнув ногтем специальную панельку, вынула старый накопитель. Новый оказался маловат, пришлось следить, чтобы не выскользнул со своего гнезда, когда закрывала крышку на маглампе.

«Моя добыча...»

Свет справа на миг что-то заслонило.

Я услышала шепот, увидела мельтешение, но среагировать не успела.

Что-то выбило из-под ног лестницу.

Я падала молча, не в силах кричать от ужаса.

Мне — конец...

Я не шмякнулась о мрамор плит. Мое тело поймало что-то упругое, а затем перехватило живое и теплое.

И только тогда я закричала.

— Держу! Тише, адептка!

Грубоватый голос ректора узнала сразу — он, как холодная вода, привел в чувство.

— Какого шмыря рогатого вы полезли на неустойчивую лестницу? — Лорд Йохенссельский отчитывал меня, продолжая удерживать на руках.

И оправдываться в таком положении не просто нелегко, а вообще невозможно.

И я молчала, переживая вновь и вновь падение, прежде чем сознание немного очистилось и возникла закономерная мысль: а почему все-таки я упала? Кто-то толкнул, как показалось? Или лестница поползла по стене от неосторожного движения, а диверсию выдумало воображение?

Я уже не уверена, что видела кого-то, кто выскользнул из тайного хода!

— Лорд Йохенссельский, благодарю за спасение. Если бы не вы, я свернула бы шею.

— Преувеличиваете, адептка.

Не думаю, что у многих хватило бы ловкости зацепить падающую девушку воздушной петлей, а потом подхватить. Нужно посетить храм богини Матери и поблагодарить также ее дочь Судьбу за удачу, за то, что послала некроманта с отменной реакцией...

— Лорд Йохенссельский, а что вы делаете с нашим координатором? Похищаете?

Не надо было поворачивать голову, чтобы увидеть Чон Чонгука, обладателя едкого голоса. Сейчас в нем звучала не вальяжная насмешка, а стылая колкость.

Лысый маг хмыкнул и поставил меня на ноги. Дрожащие.