My Dark Nights

Придя к подобному выводу, я повеселела.

Значит, надо поспешить и бросить в урну возле ворот свое имя. Насколько я слышала, зачарованный ящик был первым испытанием — он определял, подходит ли кандидатка по физиологическим и социальным показателям: возраст, отсутствие брачной метки, здоровье, невинность...

После позора на площади удача смилостивилась: принцу понадобился глава службы безопасности, и Тэхен меня оставил.

Но перед тем, как уйти, попросил:

— Дженни, задержись после собрания, я провожу тебя к общежитию.

Ладно, буду честной сама с собой: не просил он, а фактически приказал.

Вот только, странное дело, я перестала сердиться, начиная привыкать к беспардонности кромешника. Но раз не собиралась работать иллюзионистом и координатором темных, он мне не начальник, и я могла игнорировать распоряжения.

Тэхен не успел дойти до принца, как я тихонечко выскользнула из зала.

Спустившись на административный этаж, едва не расплакалась от обиды. Пустой коридор, закрытые двери всех кабинетов. Счетоводы сегодня не работали! Ректор отпустил их на время отбора! Я нашла нужную сумму за проживание в общежитии для аристократов, но не смогла ее внести! А все клятый отбор!..

Безрезультатно, но с надеждой на чудо я немного побродила по этажу и вышла из здания.

— Руби, погодите!

От неожиданности я чуть не сбилась с шага, что на ступенях чревато падением. Судьба уберегла от переломов.

В очередной раз разозлившись, подождала, пока меня догонит магистр Рутх. Если начнет ругать за плакат или напомнит, что нужно оплатить обучение, я... я не знаю, что сделаю!

В это мгновение почтение к преподавателю спорило с обидой, и последняя побеждала.

— Как хорошо, что я вас нашел, Дженни, — обеспокоенно произнес магистр и, ухватив за локоть, повел вбок, к аллее.

— Что-то случилось? — Тревога сменила раздражение.

— Случилось, — мрачно подтвердил маг.

Заведя за ближайшее вечнозеленое дерево, он остановился и заглянул в глаза.

— Дженни, я обещал помощь в вашей проблеме.

Я закрыла рот, буквально глотая рвущийся вопрос, сейчас неуместный. Своим заявлением преподаватель буквально встряхнул меня, переключив внимание на другие вещи.

— То, как поступил ваш отец, омерзительно. Неудивительно, что злость толкнула на хулиганство. — Рутх поднял руку, останавливая поток моих возражений. — Да, я понимаю вас, Дженни, и не осуждаю. Вы — талантливый, в будущем великий маг и должны остаться в стенах КУМа. Мы не могли оставить лучшую ученицу факультета в беде...

Девичий многоголосый визг прервал словоизлияния Рутха. Нахмурившись, он посмотрел в ту сторону, откуда донеслись крики.

Я же с удивлением осознала, что улыбаюсь. Все эти комплименты... Рутх обычно не баловал ими, а тут просто-таки захвалил. И то ли я действительно такая замечательная магичка, то ли он просто поднимает мне настроение — не понять.

Но, боги, как же приятно услышать, что кто-то ценит тебя!

— Магистр, я заплатила за семестр, — обрадовала я Рутха.

Но он почему-то мою радость не разделил, посмотрел возмущенно-недоверчиво и уточил:

— Вы взяли деньги у давелийцев?

— Нет! Продала свои украшения.

Я расстроилась из-за подобного предположения. Да с чего он взял? Или... Неужели кто-то видел, что меня подвозил Тэхен?

Противный визг повторился. Как будто девчонки дерутся... К этой же мысли пришел и магистр Рутх.

— Дженни, я вынужден проверить, что там творится, но мы еще продолжим наш разговор, — потрясая указательным пальцем, заявил он и поспешил к вратам.

Ага, продолжим... Всеми силами буду теперь избегать его.

Пока поднималась в комнату, думала о разговоре, о наказании, даже о причинах поступка Аллара размышляла. Парень не отличался особым благородством. И в то же время — отчего бы Судьбе не пошутить? — он мог в меня влюбиться.

Ох нет, смешно самой, не после месяцев соперничества и гадостей, которые мы друг другу сделали...

Мне стало не до веселья, когда вошла в комнату. Джису здесь не было. Исчезли и наборы с косметическими зельями.

Ох, она ушла, не проверив коробочки! И не видела мою пакость! Теперь ее обнаружат клиенты и...

Что они сделают, представлялось слабо. Одно точно: потеряв их, Джису придет меня убивать...

Через четверть часа я спешно покидала общежитие, но не потому, что испугалась отвечать за свои действия. Точнее, я-то испугалась, но планировала лишь отсрочить скандал. Я отвечу за свои действия и частично компенсирую нанесенный ущерб. Но для того, чтобы отдать пострадавшей от моей глупости зельеварше пару тысяч лэтов, мне нужна поддержка семьи, и сегодня я ее верну.

Все! Хватит тянуть канитель с отбором, я мирюсь с отцом.

В кармане лежал листик с двумя словами: «Руби Дженни». Идя по двору студгородка, я периодически щупала бумажку — боялась, что выпадет, и в то же время мечтала, чтобы она исчезла. Решение принято, но как же страшно! Я старалась не думать, чем обернется мой выбор.

Чем ближе подходила к воротам, тем сильнее становился шум. Разговоры на повышенных тонах, смех, причитания, возмущение...

Оказавшись за стеной, поняла, в чем дело: к воротам стеклись десятки, если не сотни девушек. Кандидатки в невесты темных. И все они стояли в очереди к зачарованной урне — прозрачный куб мягко сиял зеленым.

Вроде бы что там сложного и длительного? Подошла, бросила листочек со своим именем — отошла в сторону. Но нет, едва ли не каждая вторая, когда подходила ее очередь, устраивала целое представление: вздыхала, кусала губы и снова вздыхала и лишь потом делала то, за чем пришла.

А что было, когда первый этап отбора кандидатка не проходила! Мятую, будто пережеванную, бумажку с именем куб громко выплевывал и озарялся красным светом. Под косыми, любопытными, а то и откровенно насмешливыми взглядами несчастная вся сжималась и сбегала. Иная же начинала громко ругаться, доказывая, что она, и только она должна стать женой принца.

Когда вышла, я успела увидеть скандал: бесспорно, красивая, но уже довольно зрелая дама кричала, что ее пятеро детей и внук — не помеха браку с принцем, это только доказывает ее отменное здоровье и плодовитость. Успокаивали госпожу латорийские боевые маги и... муж.

Забавно, что возле урны темных не наблюдаюсь. Боялись, что отвергнутые девы порвут на ленточки? Или прошедшие первое испытание невесты от радости задушат в объятиях?

Посмотрев на творившийся бедлам, на очередь, чей хвост терялся где-то в конце улицы, я растерялась. К вечеру только и смогу подойти к урне, а предстоял еще тяжелый разговор с отцом, поездка в храм...

Если бы я сразу согласилась заменить сестру, бросать свое имя в урну не пришлось бы. Не участвовать в первом этапе отбора — привилегия тех, кому выпал жребий представлять аристократию Латории. Считается, что они все подходят по изначальным параметрам: возраст, здоровье, невинность, свобода от брачных уз. И это так, если род боится гнева короля.

Правда, еще говорят, что куб учитывает не только физические показатели девушки, но и проверяет, совместима ли она с одним из женихов. Сомневаюсь, ведь за всю историю отборов ни одна аристократка, которая не проходила испытание кубом, не осталась без мужа.

Что ж, у меня будет возможность узнать брачные секреты темных, став одной из участниц.

Длина очереди пугала. Шум успел утомить за несколько минут. И, подумав, я решила воспользоваться тем, что магичка.

Вернувшись на территорию университета, на коленке свернула «птичку» из листочка с написанным на нем именем.

Выйдя за ворота, я надвинула капюшон плаща ниже и, зачаровав свою бумажную посланницу, отправила ее в полет. Заклинание из простейших, категории почтового «вестника», и оно не подвело.

Легко и незаметно планируя над головами девушек, мой посланник опустился на куб и без проблем скользнул в широкое отверстие в крышке.

Я затаила дыхание. А ну как выяснится, что не подхожу! Вот будет смешно!

Яркая зеленая вспышка — в воздух поднялась полупрозрачная изумрудная печать и растворилась, осыпав меня и ближайших девушек золотыми искрами.

Миг — и я ощутила легкое жжение на внутренней стороне правого запястья. Безумно хотелось взглянуть, но рисковать я не стала. В поднявшейся шумихе преспокойно выбралась из толпы и отправилась на поиск кеба.

Далеко идти не пришлось — улицу они буквально заполонили: одни кандидатки приезжали, окрыленные надеждами на счастье, другие уезжали, растеряв иллюзии.

Выбрав пожилого, с ухоженной разлапистой бородой извозчика, я немного подождала, пока меня заметит. Он горячо спорил с мужчиной, владельцем соседнего кеба.

— Четвертый грабеж уже, целого графа обнесли! Не найдут эту шайку!

— А я тебе говорю, он — одиночка! И полиция так говорит!

— Да шайка это, шайка! Одному все сделать не под силу!

Что-то я читала об ограблениях аристократов. Общественность взбудоражена и возмущена — в защищенные магией дома высшего сословия не часто проникают преступники. Воры экстра-класса, которые сами обладают магией, — да. Но и они не грабят, когда хозяева дома. А тут во время одного нападения погиб пожилой глава семьи — и дело передали в отдел Чимина. Больше ничего о дерзком грабителе — или о целой шайке грабителей? — я не знала.

Устав слушать пустые разговоры, я громко кашлянула.

— Леди, вы желаете нанять кеб? — оживился бородатый извозчик.

Кивнув, я назвала адрес родителей.

Уже сидя в карете, расслабилась. Ну вот и все. Самое страшное позади, печать получена, назад дороги нет.

И это не просто слова. Бросая свое имя в зачарованную урну, девушка уже не могла отказаться от участия в отборе. И если кто-то, одумавшись, пытался спрятаться, печать на руке позволяла темным отыскать беглянку в любом уголке Латории.

У меня нет выбора, если хочу вернуться в род Руби, поэтому я точно бегать от давелийцев не буду. Да и зачем мне, если на шее есть метка вампира? Я защищена от матримониальных планов оборотней. И это здорово!

Расстегнув плащ, я рассмотрела печать участницы — изумрудно-золотой узор напоминал роскошное кружево. Красиво и необычно. Поскребя ногтем, убедилась, что просто так рисунок не свести. Но это и так понятно, все-таки задействована магия высшего порядка.

Ехать к родительскому дому около часа. За это время я успела о многом передумать, успокоиться, а затем вообще задремать.

И виделись мне улыбающиеся родители, сестра, рисующая новую картину у окна с видом на зимний сад, запах ванильных пирожных, которые затеяла кухарка в честь моего приезда, и много-много солнца...