Это приказ?

*Мне пришлось немного подредачить эту часть. Диалоги были слегка изменены. (Как и дальнейшее развитие событий)
Извиняюсь перед теми, кто уже прочитал😨

Как и ожидалось, уже к вечеру она чувствовала себя намного лучше.

***
Чара вновь просматривала письма, адресованные своей прежней хозяйке. На что она рассчитывает? Что прямо сейчас, с помощью силы мысли призовет Ториель? Конечно же, это невозможно.
Служанка тяжело дышит, сжимая бумагу в руке.
Она хочет отправить их, эти письма, но каждый раз, думая о том, как огорчиться леди Тори, как она будет плакать и винить себя в том, что ребенок живёт в несчастье, совесть девочки велит остановиться и не делать этого.

Большая часть времени прошла в полной тишине. Но потом, Чара вспомнила песню, что пела ее мама, когда ей было грустно. Она хранит эти воспоминания с детства, ведь…больше ничего не помнит…
«Птица улетит…»
Они напевали эту мелодию вместе.
«Ты полетишь за ней…»
Грустными и одинокими вечерами.
«Ведь тянет как магнит…»
Элая поддерживала дочку.
«Тебя к свету огней…»

— Мелкая.

Погрузившись в свои мысли, девочка не услышала шагов Санса. Она вздрогнула, когда тот оказался в комнате.

— Д-да? — неуверенно ответила Чара, стараясь спрятать письма. — Вы чего-то хотели?

— Вообще, я собирался узнать о твоём самочувствии, но, вижу, есть что-то поинтереснее. — он усмехнулся. — Покажи, что в твоей руке.

— Я…Не… — «Нет. Он не должен видеть…»
— Дай взглянуть.

Парень выхватил письма и начал читать. Сердце девочки вот-вот выпрыгнет от страха… Лёгкая улыбка Санса исчезла.
«Я неудачница.»

— Ты понимаешь, что она не заберёт тебя? — он был серьезен и очень зол. Он и так делает все для этой девчонки, а она… Никакой отдачи.
Неблагодарная.
— Нет! Она обещала! Она смож-
— Дура! Как ты не понимаешь этого?! Она. Не. Придет. За тобой. — он смотрел в красные глазки, что были готовы заплакать. — Забудь уже о ней и живи спокойно… Пока можешь. — он усмехнулся, но это была далеко не шутка.
В этот момент, Чара не выдерживает.

Она плачет, осознавая правду. Ее отрезали от всех, тех близких людей, которые были так дороги. Закрыв лицо руками, она отворачивается от принца.
Тот обречённо глядит на нее несколько секунд, что-то подсказывало ему, что тот перегнул палку. «Она просто ребенок.»
Парень кладет руку на ее плечо, приобнимая.

— Чш, успокойся, прости. Я не хотел. Вырвалось. — шептал эти слова, нагнувшись, он поцеловал ее макушку. — Мне не трудно понять, как они дороги для тебя. Но все же, почему ты так привязана к этой женщине?

Долгое молчание со стороны служанки. Она не ожидала, что Санс подобреет так быстро… Это странно…

— Она… Она заменила мне маму.
— А что случилось с твоей настоящей матерью? — уж точно не самый лучший вопрос в этой ситуации, но красноглазка ответила.
— Она умерла, когда мне было семь.

На лице парня появилась грустная, поддерживающая улыбка.

— Хах, у нас есть что-то общее.

Красноглазка не переспрашивала. Она поняла, что он имел в виду. Так грустно…
Санс тоже потерял родного человека, но, в отличии от Чары, принц не сломался. Не убивался, не искал замены, был невозмутим; пусть даже если в душе скребли кошки, он не подавал виду. Привык. Смирился. Что не дано сделать слабой девочке.

— Мистер, не сочтите за грубость, но… Разве…вам не должно быть все равно на меня? — ей не стоило говорить этого. Очередная ошибка, которая цепной реакцией повлечет за собой куда худшие последствия.
Санс злобно фыркнул и отпустил ее.

— То, что у меня есть деньги, не значит, что у меня нет сердца, тупица. — он встал и начал уходить. Закончил свою фразу парень уже около двери. — Зря я решил, что ты хоть чего-то стоишь. Готовься, завтра у тебя трудный день.

«Лучше бы я молчала.» — подумала Чара, упав на кровать.

***
— Смешно, не правда ли. — Папайрус беседовал со своим братом в одной из комнат. Положив ноги на небольшой столик, он откинул голову и руки назад.
— Что именно? — старший принц был не в духе из-за болезни красноглазой.
— Ты так привязался к своей служанке. Ходишь с ней на балы, лечишь, болтаешь. Не находишь?
— Заткнись, Папайрус! И без тебя тошно! — Санс вскочил с кресла и хотел было уйти, но следующая фраза младшего его остановила.
— Конечно, как я мог подумать. Ты же ненавидишь ее, это видно, ведь после каждого разговора с этой чернью ты сам не свой. — Папс злобно улыбается. Он всегда знает, как поддеть старшего братца.
— После каждого?
— А ты даже не замечал? Я несколько раз видел, как она плачет, занятное зрелище. А ты весь на взводе, готов рвать и метать.
— Это неправда. — парень слегка растерялся, но сразу же понял, что Папс врёт. Он всегда врёт. — Я видел, что она даже улыбалась. А я… Я не был зол на нее.
— Возможно, я слегка приукрасил со слезами. Конечно, ты слишком добрый тюфяк, чтобы пойти на такое. Но твои эмоции просто бесценны. Ты так сильно хочешь избавиться от нее!
— Ты не прав!

Санс, уже скрываясь за дверным проемом, слышит: "Идёшь проведать ее? О да, эта мышка болеет."

После этого, голубоглазый выбегает из комнаты, а Папс, улыбаясь, продолжает сидеть на месте.

***
— И как она? — спросил младший брат с издёвкой, увидев старшего.

— Никак. — равнодушно сказал Санс, уходя куда подальше от комнат для прислуги.

Папайрус лишь посмеялся.

*— Тогда, могу ли я дать ей список заданий после завтрака? — с ехидной улыбкой говорил кареглазый.
— Делай что хочешь.*

***
— Какого черта ты не выполнила мой приказ?! — Папайрус кричал на Чару, что стояла, боясь сказать хоть слово в свое оправдание.
Она не успела вымыть всю посуду после завтрака, т.к. кто-то оставил пятно от чая на скатерти, которое пришлось выводить.
— Я в-все сделаю, дайте м-мне минуту, пожалуйста!
— Учти, если ты не успеешь, я отправлю тебя на каторгу. А ещё лучше — на казнь. — он держал ее руку. — Ты будешь умирать медленно и мучительно. В лучшем случае, твою плоть просто сожрут крыс…

— Папс, отпустите ее, немедленно! — Санс, что прибежал на громкие крики брата, увидел девочку, в глазах которой застыл ужас и неописуемый страх. Она бестолку пыталась вырвать свою руку. — Зачем ты делаешь это?

— Потому что хочу. — он оттолкнул служанку. — Ты сам разрешил, помнишь? Тем более, я ненавижу таких, как она...Жалкая дрянь. — обратился последней фразой к напуганной малышке.

— Замолчи, идиот! — крикнул старший, толкая Папса.

Служанка сразу же скрылась из виду.

— Да, ты прав. Я слишком добрый, чтобы бить прислугу. Видимо, Папайрус, ты не такой, как я, ведь именно ты отыгрываешься на бедном ребенке!

— Я не скрываю свою неприязнь от других. — съязвил младший, а после начал уходить. — А ты не держишь своих слов, брат.

— Забудь о моем разрешении давать ей приказы. Ты больше не подойдёшь к этой девчонке.

"Посмотрим, Санс, посмотрим."