Часть двенадцатая.
- Ты думала, что твои 800 лет - это много? Я 3000 лет наблюдаю, как ты наступаешь на те же грабли, причем из того мира, - наигранно возмутилась эта женщина. - Знаешь, как сложно сдерживаться и не подсказывать тебе? Ты же все равно не слышишь.
- Что значит «на те же грабли»? - я искренне не понимала, что она имеет в виду, и вообще, почему моя бабка решила только сейчас со мной связаться?!
- Весь род этими демонами испорчен, - покачала она головой. - Что моя мама, что твоя мама, - тихо проговорила она, а затем резко хлопнула ладонями. - Демоны всегда существовали, существуют и будут существовать. Но проблема в том, что наш род как-то с ними связан, вот только из-за предрассудков и несостыковок у нас никогда не выходило быть вместе с ними. Даже то, что твоя прабабка была влюблена в одного демона, это не помешало ей провести ритуал по его изгнанию.
Я стояла, слушала и недоумевала. Я думала, у меня веселая жизнь, а тут, оказывается, есть и повеселее.
- Но, похоже, кто-то из нашего рода должен был связать свою жизнь с демонами, - женщина подошла ближе и положила свою прозрачную руку на мою щеку. - И Великая Прародительница, - бабушка посмотрела наверх. - Выбрала тебя, - вернула она восхищенный взгляд на меня. - Ты та, которая сможет изменить всё! - напоследок крикнула она, и, кажется, мой сон начал растворяться.
- Ну-ка погодите, женщина! Что значит «изменить»?! Я что вам, реформатор, что ли?! - возмущенно кричала я, пытаясь оставаться на плаву в этом кошмаре.
- Только ты можешь спасти все человечество и этого дьявола! - голос моей бабушки был ото всюду и в то же время нигде. Мне пришлось закрыть уши от ужасного звука, который звенел в моей голове: «только ты», «спасти», «единственная». Все смешалось и превратилось в какофонию.
Я резко села на кровати с учащённым дыханием и сердцебиением. Рядом никого не оказалось, и, судя по моему чувству, ближайшие несколько метров никаких демонов (особенно дьяволов) не наблюдалось.
Тяжело выдохнув, я опять упала на подушку. Это какой-то бред! Как, по ее мнению, я должна спасти Нам Гю? Единственный способ, который рассказал мне Марбас, - это дать ему мое тело. Но он не давал гарантии, что не убьет напоследок Нам Гю.
Взгляд зацепился за дневник, который как-то по-другому лежал на столе. Я помню, что швырнула его туда, и он врезался в стену, но теперь он лежал практически на самом краю.
Нахмурившись, я подошла ближе. Открыв первую страницу, я нашла кровавую запись, перебивающую заклинание: «в том же клубе в 10 вечера. Не придешь - твой любимый дьяволёнок умрет».
Вот ведь урод. Я резко захлопнула книжку. Что ж, раз бабушка сказала, я единственная, кто может спасти, то буду действовать по наитию. Все равно заклинания бесполезны.
***
Этот ненавистный мне клуб был пуст. Ни музыки, ни людей - только тьма, сгущающаяся в углах, и одинокая фигура Нам Гю, стоящая в центре зала.
Нет, не Нам Гю. Сразу же поняла я. Это был Марбас.
Он повернулся ко мне, и его глаза - совершенно чёрные, без проблеска сознания - заставили меня содрогнуться, но я не показала этого страха, ну или попыталась.
- Я знал, что ты придёшь, - его голос звучал как скрежет металла.
Я сделала шаг вперёд, сжимая кулаки.
- Где Нам Гю? - сразу же перешла в делу.
- Ты же знаешь: он здесь, - Марбас провёл рукой по своей груди. - Но ты его больше не увидишь.
Я не ответила. Просто шла к нему, чувствуя, как связь между нами - та самая, что образовалась после инициации - пульсирует, будто живая нить. Мне не хотелось придумывать никаких планов, пользоваться собственной магией, чтобы попробовать обезвредить демона. Я действовала, как чувствовала интуиция. Ну или что-то другое.
- Ты решила отдать мне своё тело? - он ухмыльнулся. - Как благородно.
- Нет, - прошептала я. - Я пришла забрать своё.
И прежде чем он успел среагировать - я схватила его за лицо и притянула к себе в поцелуй.
Марбас застыл. Я чувствовала, как его губы - холодные, чужие - дрогнули под моими.
А потом... Взрыв света.
Нам Гю взвыл - не его голосом, а чем-то между рёвом демона и человеческим криком. Его тело затряслось, кожа трескалась, и из ран хлынул то ли свет, то ли тьма (я не могла понять).
- Что ты сделала?! - зашипел Марбас, но его голос раскалывался, будто два существа кричали одновременно.
Я не отпускала его. Все еще держала его лицо в своих ладонях.
- Я разбудила его, - прошептала я ему в губы. - Нашу связь нельзя разорвать.
И тогда Нам Гю открыл глаза. Настоящий Нам Гю. Его глаза: темные, с белком и никакой тьмы.
- Моя очередь, малышка, - прохрипел он, всматриваясь в мои глаза.
Тьма вырвалась из него, как живая туча, зависшая в воздухе.
- Н-Е-Е-Е-ЕТ! - завопил Марбас, его форма распадалась на части. Будто тело превращалось в пепел или прах.
Нам Гю, шатаясь, поднял руку и схватил пустоту.
- Ты забыл, с кем связался, - прошипел он. - Я - Верховный Дьявол. А она - моя жена.
Его пальцы сжались, и тьма взорвалась в миллион чёрных искр.
Долгожданная тишина, которая прерывалась лишь нашим дыханием.
Нам Гю обессиленный рухнул на колени, а я бросилась к нему, хватая за плечи.
- Ты... здесь? - мои пальцы дрожали.
- Да. - он поднял голову и улыбнулся. - Спасибо.
Я не сдержалась и несильно ударила его по плечу.
- Никогда больше не позволяй демонам вселяться в тебя! - наигранно возмущалась я.
- Обещаю, - он рассмеялся, обнимая меня за талию.
А где-то в глубинах Ада последняя искра Марбаса погасла. Последнее, что связывало его с этим миром.
***
Две недели спустя мы все сидели в гостиной и обсуждали последние новости.
- Так давайте я правильно пойму, - Су Бон вертел в руках бокал с адским нектаром, ухмыляясь во всю ширину своего инкубьего рта. - Вы хотите сказать, что Верховный Дьявол Ада был одержим древним чертом, который угрожал уничтожить мир, но его победил... поцелуй?
- Да, - я скрестила руки на груди. - И если ты ещё раз усмехнёшься, я превращу твои рога в пепельницы.
- Ой, Сэ Ми, не злись! - Ми На заливисто рассмеялась, хлопая в ладоши. - Это же так романтично! Как в дорамах!
Нам Гю, сидевший рядом со мной на диване, тяжело вздохнул и налил себе ещё виски.
- Я всё ещё Верховный Дьявол. Я мог бы вас всех испепелить за такие шутки.
- Но не сделаешь, - Су Бон уверенно потягивал напиток. - Потому что тогда Сэ Ми превратит тебя в коврик для йоги.
Я фыркнула, а Нам Гю неожиданно рассмеялся - настоящим, живым смехом, которого я не слышала... ну, наверное, никогда.
- Ладно, признаю, - он обнял меня за плечи. - Это было чертовски глупо. Но сработало.
- Как и всё, что делает Сэ Ми, - вставила Ми На, подмигивая.
- Кстати, а где твои родители? - спросил Су Бон. - Они же знали, что Марбас был настоящим.
- Улетели на какие-то острова, - отмахнулся Нам Гю. - Говорят, им надо «отдохнуть от нашего героизма», - все засмеялись, даже я.
А где-то в ином измерении, в тени древних миров, ряд теней улыбался.
- Ну что, прародительница? - прошептал один из них. - Ваш план с притворством ее бабушки сработал?
- Как я и говорила, - ответила та самая женщина из моего сна, глядя в зеркало, отражавшее нашу гостиную. - Она та, кто изменит всё.
И зеркало погасло, оставив после себя лишь тихое эхо смеха - нашего смеха.