Часть 27
Томас
Белые стены, тусклый свет, белая плитка, дождь за окном. Неподалеку слышать голоса. Голоса женщин и мужчин. Они что-то бурно обсуждают и смеются.
Я сижу на кресле в коридоре. Жду утра. Когда можно будет увидеть ее. Несколько часов назад врач, вышел из реанимации.
- Вы родные Татьяны Крамаренко?
- Я ее парень.
- А я подруга.
- А родители?
- Они за границей, - сказала Настя.
- Ясно. Состояние у нее был достаточно сложным. Мы сделали все, что смогли ...
И тут я понимаю, что это все ее нет. Это конец. Вижу как Настя начинает снова плакать. Отворачиваюсь, протираю глаза, мне становится трудно дышать.
- Однако, ребенка нам не удалось спасти. Но она молодая, родит еще.
- Она жива? - переспрашивает Настя
- Да. Только еще без сознания.
Мне даже легче. Он говорил за ребенка. Но ... ребенок ... Таня - живая и это главное. Но как ей потом сказать о ребенке?
- Можно к ней? - спрашиваю уже я.
- Сейчас ее перевозят в палату, завтра утром сможете ее навестить. А сейчас езжайте домой и выспитесь.
- Настя, ты езжай, а я останусь.
- Хорошо. Если что-то произойдет сразу колокола.
- Хорошо.
- Спасибо, доктор, - говорит она и уходит.
- Это моя работа.
- Действительно, мы вам очень благодарны. Вы не представляете, как этот человек дорога для меня.
- Я вас понимаю.
- Еще раз спасибо.
Врач ушел, а я остался. Радует мысль о том, что она жива, но ребенок ...
Всю ночь я не мог нормально сидеть и спать. Кресло все время было неудобным, а пить кофе уже не могу. Скоро сердце выскочит от того кофеина. Поэтому всю ночь я пытался заснуть или хотя немного подремать. Утро наступило быстро.
Меня разбудила, девушка, которая стояла и кричала чтобы я проснулся.
- Эй! Томас! Очнись! - кричала девушка.
Я открываю и протираю глаза и вижу перед собой ...
- Ава? Ты что здесь делаешь?
- Что я здесь делаю? Это ты что здесь делаешь? Я только недавно узнала, что случилось и сразу приехала сюда. А ты как здесь оказался?
- Я ... Я был недалеко от места аварии и уехал вместе с ней в больницу и сижу здесь от вчера, - говорю я зеваю.
Она села рядом со мной.
- Мама с папой также здесь, - говорит Ава.
- А они что здесь забыли? - спрашиваю я, я не ожидал от них такого. Папе Таня нравится, а вот мама - и ее не очень одобряю.
- Папа как только узнал, что случилось то сразу собрал вещи и уехал, еще и накричал на маму через отношение к ней. Объяснял - что Таня не виновата в том, что Томас известен и т.д., что ей не нужны твои деньги, что она действительно тебя любила.
- Любила ... А они где?
- С врачом говорят.
- Томас, почему ты не сказал, что она была беременна? - залетает мама. Как я рад ее слышать. - Есть и ты не знал? То даже не твой ребенок? Наверное нагуляла где-то.
- Мама, все с меня хватит! - не выдержал уже я. - Я знал, что она беременна, но вам не говорил, зная твою реакцию. Это во - первых, а во - вторых, то мой ребенок. И не смей больше так о ней говорить! Ты не знаешь, что произошло! Ты даже понятия не имеешь! Потому видишь только тех девушек, которые тебе нравятся, но вот как раз им и нужны мои деньги. Я не хочу такой жизни! Я хочу быть счастливым! С ней! И я буду с ней! Мне все равно по-твоему!
Она взяла обернулась и ушла.
- Не надо было с ней так жестоко. Она хочет для тебя лучшего, - говорит Ава.
- Мне все равно, что она хочет.
Папа просто стоял и ничего не говорил. Он понимал, что я прав. Он всегда меня понимал.
Он сел возле меня, похлопал по плечу.
- Все будет хорошо. Ты главное верь.
- Я верю, папа, верю.
***
Таня
Странное белый свет разит мне глаза. Я хочу их закрыть, избавиться от этого света, но я не могу. Не получается. Слышу голос. Этот голос одновременно такой близкий и такой далекий. Удивительно, слышать этот голос снова, после такого большого промежутка времени. Слышу все слова, которые произносятся, но их смысл я не могу понять. Понимаю, что нужно проснуться, вернуться, не оставаться здесь. Но, как это сделать, как мне проснуться?
Если бы я не пыталась, я не могу проснуться. Это слишком сложно. Но нет ничего невозможно, отсюда должен быть выход. Слышу уже не один голос, а несколько и опять не понимаю смысл слов.
Я сильно зажмуривает глаза, собираюсь с мыслями и вижу уже не просто белый свет, а уже начинают прорезываться различные очертания. Белый потолок, небольшой шкафчик, одна картина с непонятным смыслом, несколько вазонов, окно с белыми шторами, сквозь которое пробивается солнечный свет. Вижу у своей кровати Томаса с опущенной головой, а недалеко от него стоит Ава, Марк и Таша. Они здесь. Даже Таша пришла.
- Томас, - говорю я.
Но он никак не реагирует.
- Томас, - повторяю еще раз, но опять никакой реакции.
- Ава! Таша! Марк! - кричу я. Но они также не реагируют.
Протягиваю руку, чтобы коснуться его плеча, но вдруг моя рука проходит сквозь него. Я не понимаю, что происходит. Встаю с кровати и вижу ... вижу себя. Мое тело, все в синяках и царапины, бледное лицо, закрытые глаза, губы неестественного цвета и подключена к различным аппаратам, которые контролируют весь мое состояние.
Я мертвая? - самая спрашиваю себя.
И не могу в это поверить. Этого не может быть.
Я не хочу умирать. Я хочу жениться, иметь семью. Семья ... А что с моим ребенком? Неужели у меня ... она ...
- Нет - кричу я и падаю на землю. - Этого не может быть! Нет! Только не ребенок!
Начинаю плакать, бить кулаками в землю.
Томас, подрывается, начинает что-то кричать, забегают врачи, все происходит быстро. Они мне что-то колят, я это вижу. Мое состояние ухудшается.
Пусть будет. Мне и так уже нет ради кого жить. Я жила ради того маленького лучика, который рос во мне, а сейчас ...
- Таня, пожалуйста не оставь меня! - кричит Томас.
- Выйдите, пожалуйста из палаты! - кричат на него врачи.
- Таня! - он плачет. Я впервые вижу, что Томас плачет. Он никогда не плакал. По крайней мере я этого не видела. Его вывели из палаты.
Врачи восстановили мое состояние. Мое тело снова лежит на больничной койке и не подает никаких признаков жизни. Единственное, подтверждает то, что я жива, это устройство, которое подает каждую секунду звук.
Я все еще сижу на полу оперся на стену. Смотрю на себя. Никогда не могла подумать, что все так закончится. Я не хотела такого конца для себя.
В палату заходит Томас. По его лице я вижу, что он уже долгое время не спит, почти ничего не ест, потому что сильно похудел. Его тело замученное и он уже еле - еле переводит ноги. Доходит до моей кровати, садится на стул и смотрит на меня, умоляющим взглядом.
- Я знаю, ты слышишь все, что я говорю. Таня, я очень сильно виноват перед тобой. Это из-за меня ты здесь, это из-за меня у нас не родилось дитя. Это все из-за меня. Я долго обдумывал, что скажу тебе при встрече. Я планировал нашу встречу миллионы раз, но никогда не мог подумать, что встречу тебя через такой длительный период времени, стекающей кровью. - Он то смотрел на меня, то опускал взгляд вниз. А я сидела и все то слушала внимательно, не пропуская ни единого его слова. - Таня, я хочу сказать, что знаю ввиду, что тебе пришлось пройти. Но это именно те проблемы, которые мы должны пройти вместе. Ты очень сильная, раз осталась здесь в Лондоне. Я бы наверное не смог. Ты намного сильнее меня. Ты всегда была сильнее, - он улыбнулся. - Сейчас вспоминаю нашу первую встречу. Тогда ты мне казалась не такой, как все. В нашу первую встречу я это понял. А потом, когда ты пришла на конференцию, я понял, что уж тут я тебя не отпущу. Но отпустил. Позволил уйти. Не удержал, не объяснил всей ситуации, - я встала и начала подходить к нему. Я понимаю, что, возможно, когда ты проснешься, ты не захочешь меня видеть, я пойму твой выбор. И обещаю, что если ты еще раз об этом попросишь, то я не буду тебя искать и пытаться вернуть, я дам тебе жить, так, как ты этого хочешь. Я не буду тебя преследовать. Но когда ты нуждаться в моей помощи, то я с радостью тебе помогу, - он взял меня за руку. Я почувствовала холод его вечно холодных рук. По моему телу пробежались мурашки. - Но единственное о, что я тебя сейчас попрошу, возможно это будет последнее мою просьбу, вернись. Я хочу знать, что ты жива. То ... я люблю тебя. Таня, я люблю тебя. - Капельки его слез упали мне на руку и я почувствовала это.
- И я тебя люблю, - говорю я и смотрю на него, а из глаз моих текут слезы.
Я закрываю глаза и снова передо мной белый свет, но почему-то на этот раз оно меня не пугает. Я уверена, что сейчас все будет хорошо. Я не боюсь.