29
После насыщенного дня с Гарри, Роном и Невиллом настало время, когда стало понятно, что стоит расходиться, потому что Рон и Невилл зевали не переставая. Казалось, что Гарри был единственным, в ком осталась энергия, но Джеймс решил все же завершить вечер. Он оставил Гарри на Ренату, беря на руки сонных мальчиков, чтобы отвести их домой, сказав, что он не надолго. Когда он ушел, Рената и Гарри остались в саду, Рената раскачивалась в гамаке, наблюдая как Гарри собирал цветы, которые ранее поливал Невилл.
Она услышала, как дверь в квартиру Поттеров открылась, понимая, что Джеймс не мог прийти так рано, только если он не оставил детей с родителями, без единого слова. Она не думала, что он бы так сделал, особенно в Норе, и подозрения подтвердились, когда она увидела Сириуса.
Прошло немного времени после инцидента между мужчиной и Адельмо, он почти не появлялся, Джеймс утверждал, что Сириус, скорее всего, страдает в своей квартире. В большинстве случаев, Джеймс бы вмешался, как предлагала Рената, но он дал понять, что Сириусу стоит несколько дней побыть наедине с собой. Когда ему нужно будет внимание, он сам придет, очевидно, Джеймс оказался прав.
Сириус прошел в дом, опустив плечи, пока не оказался перед дверью на улицу. Он не поднимал глаз, но подошел к тому месту, где расположились Гарри и Рената. По глупости, она хотела спросить, как он себя чувствует, чтобы как-то начать разговор, однако, Сириус не дал ей шанса, опускаясь на землю рядом с гамаком.
- Погладь меня, - попросил он, - мне грустно.
Она наблюдала, как он обернулся, и теперь черный пёс лежала на боку, поскуливая. Рената знала, что смех сейчас был бы неуместным, но не могла удержаться от улыбки. Сириус действительно был Королем Драматических Искусств, и его действия служили прямыми доказательствами. Но она сочувствовала мужчине, как и сочувствовала брату. Ситуация была невероятно запутанной, и по сути никто не был виноват, за исключением их родителей.
Именно родители заставили Адельмо стыдиться своих чувств, на протяжении многих лет он пытался спрятать себя настоящего. И вот, когда наконец появился шанс быть с кем-то, кто нравился ему, он изводил себя, потому что родители внушили "греховность" подобных мыслей. С другой стороны Сириус, у которого была любовь и поддержка близких, но страдал, ведь человек, с которым он хочет быть не подпускает к себе.
Мысль об этом злила Ренату, несмотря на то, что дом был так далеко, родители все равно умудрялись контролировать их жизни. Они были в тысячах километрах от дома, но это не имело значения, Рената до сих пор ощущала, что живет по правилам, которые установили родители, как и Адельмо.
Быстро выбравшись из гамака, Рената присела на траву, и легонько начала поглаживать Сириуса-пса по голове. Он уложил голову на её колени, немного поскуливая.
- Мне очень жаль, что тебе приходится проходить через это, Сириус, - нежно начала Рената, - надеюсь, ты понимаешь, что несмотря на случившееся, Адельмо не хотел делать тебе больно.
Внезапно, Сириус принял свой человеческий опыт, присаживаясь рядом с ней на траве.
- Тогда почему...почему он это сделал? Почему дал надежду, если не собирался -
- Все не совсем так, - отозвалась Рената, стараясь успокоить мужчину. - Ал бы никогда не сделал этого нарочно. Он просто запутался, его пугает ситуация, он никогда не был открыт о своей сексуальности, преимущественно потому, что родители стыдили его за такое.
- Я и не просил его публично признаться! - парировал Сириус. - Я бы не возражал сохранить отношения в тайне. Но он пригласил меня, буквально затащил в спальню-
- Мне не нужны подробности, - быстро остановила его Рената. Последнее, что она хотела услышать, так это постельные истории с участием брата, особенно, если обсуждала это с одним из участников.
Сириус вздохнул, проводя рукой по волосам.
- Прости, но ты поняла, что я имею ввиду. Он пригласил меня, а потом выгнал.
- Уверена, что ему было больно, Сириус. Поверь, мой брат никогда намеренно не ранит других. Думаю, он был испуган тогда, и единственное, что он смог сделать - дистанцироваться. Наверное, он хочет быть с тобой, и не в первый раз он испытывает влечение к мужчинам, но суждения отравлены предубеждениями родителей.
- Тогда я стану противоядием, - решил Сириус. - Мне не важно, что люди об этом думают, и если у кого-то есть с этим проблемы, я разберусь. Но сначала отчитаю ваших родителей, если нужно.
Рената замолкла на несколько секунд, и Сириус поднял взгляд, думая, что нарушил определенные границы. Он думал, что Рената обидится или разозлится на него, но она скорее выглядела напугано, представляя как Сириус пойдет на конфронтацию с ее родителями. Он не мог поверить, что взрослые люди, живущие за тысячи километров от дома, все еще боялись родителей.
- Что они могут сделать, Рен? - из любопытства спросил Сириус. - Не разговаривать с ним больше? Это самый худший вариант?
Рената не знала, что они могут сделать, не говоря уже о потенциально худшем исходе. Эта мысль приводила ее в ужас, как и Адельмо.
- Я-я-я не знаю, Сириус, - ответила она, потирая висок, - но думаю, это не самая лучшая идея.
Он только собирался поспорить, ведь защитный механизм Адельмо, то, как он скрывает свои чувства, является нездоровым способом решения проблем. Но, казалось, Гарри понял, что взрослые могут отдохнуть от напряженной беседы и подошел ближе.
В руках мальчик держал букет из самых разных цветов, помня, какой счастливой Рената была, когда он подарил ей цветы в первый раз. Из уголка сада, в котором Гарри провел какое-то время, он увидел нахмуренное лицо Ренаты и решил подбодрить ее. Он приблизился к взрослым с широкой улыбкой на лице, протягивая руку с букетом.
- Держи, мама!
Невинный детский жест заставил двух взрослых открыть рты в удивлении. Рената очень ценила подарок, но буря эмоций захватила ее, пока Сириус был полностью поражен. Он задавался вопросом, послышались ли ему слова, произнесенные мальчиком, и если нет, то он не был уверен, как реагировать. Но Гарри дал понять, что не по ошибке назвал Ренату "Мамой", повторив это, пока держал цветы перед ее лицом.
Пару мгновений, она медлила, но увидев, что Гарри может расстроиться, Рената протянула руку и взяла букет.
- Спасибо, Гарри, - начала она, немного дрожащим голосом, чувствуя как бешено стучит сердце. - Это очень мило с твоей стороны, но помни, Наната, так?
Гарри просто уставился на нее, прежде чем пожать плечами.
- Мама Наната!
- Нет, Гарри, пожалуйста, - умоляла она, нервно думая о том, что в любую минуту Джеймс вернётся, и услышит. Достаточно было того, что Сириус стал свидетелем. - Просто Нанана. Наната!
- Наната, - наконец повторил Гарри, и она облегченно выдохнула, пока мальчик вернулся к клумбе. Тем не менее, оставалось успокоить дрожащее сердце, особенно когда Рената повернулась и увидела, что Сириус смотрит прямо на нее.
- Пожалуйста, не говори Джеймсу об этом, - прошептала она, - пожалуйста, не рассказывай, что сказал Гарри.
- Почему? - потерянно спросил Сириус. - Гарри просто назвал тебя мам-
- Нет, он не должен, - прервала Рената. - У меня есть чувство, что он очень расстроится, если узнает, что Гарри начал называть меня так. Я не мама, Лили его мама...
С каждым произнесенным словом она все больше нервничала, Сириусу казалось, что она была на грани.
- Рената, Лили всегда будет матерью Гарри, биологически и она была прекрасной матерью для Гарри, когда была жива, - начал Сириус. - Но ты пришла в его жизнь спустя время. Для Гарри ты ближе всего к маме, после смерти Лили. Тем более, он еще мал, не думаю, что Джеймс расстроится, он бы понял. Также, ты столько всего сделала для него и Гарри...
- Нет, - покачала головой девушка. - Не думаю, что Мистер Поттер...то есть Джеймс...то есть...
Она закрыла лицо руками, сохраняя молчание некоторое время, стараясь собраться с мыслями. Казалось, что она действительно опасалась за то, как Джеймс может отреагировать, если Гарри назовет ее мамой в его присутствии. Сириус действительно не думал, что реакция будет плохой, но если она так боялась, возможно, были на то причины. Ему не нравилось видеть ее в таком состоянии, если не страх перед родителями, она сталкивалась со страхом огорчить Джеймса, даже если это не зависело от нее.
Если Гарри видел в Ренате маму, не за что было винить ее. Теперь слыша то, как она мечется между тем, как обращаться к Джеймсу, Сириус был в замешательстве. Он помнил, как Джеймс распинался, что хочет, чтобы Рената обращалась к нему по имени, но стеснялся спросить ее напрямую, дабы не ставить ее в неудобное положение. Но если Сириус правильно оценил ситуацию, звучало так, будто она хочет называть его по имени, но по какой-то причине сдерживается.
И поскольку она была посвящена в личную жизнь Сириуса, по причине кровных уз с братом, он подумал, что она также немного поделится о том, что происходит в её жизни, чтобы он смог как-то помочь.
- Быстрый вопрос, - сказал он, заставляя Ренату поднять взгляд. - Есть ли какая-то причина, по которой ты называешь Джеймса "Мистером Поттером"? Ты не обращаешься ко мне подобным образом, и думаю, тоже самое с Ремусом. Почему так?
- Мистер Поттер - мой наниматель, - без промедления ответила она. - Он платит мне, и думаю, что это мой способ держать границу, чтобы между работником и работодателем ничего не произошло.
- Ничего не произошло? - повторил Сириус, выгибая бровь, и наблюдая за тем, как Рената залилась краской. Его глаза широко распахнулись, пока она принялась внимательно рассматривать букет, чтобы не смотреть на Сириуса. Возможно мужчина не всегда сразу понимал определенные вещи, но был отчаянным романтиком, и мог за милю учуять подобное.
Внезапный вздох раздался рядом с Ренатой, и девушка знала, что обречена.
- Тебе он нравится, так?
Не желая раскрывать чувства, которых в принципе не должно быть, Рената быстро покачала головой, но было слишком поздно. Она могла сказать по ухмылке, которая запечатлелась на лице Сириуса. Возможно, это было очевидно, возможно он мог прочитать язык тела, или её неспособность врать, но Сириус знал. Поначалу, она была сбита с толку его легкомыслием, полагая, что мужчина не поддержит ее влечение к другу, который был вдовцом.
Однако, Сириус казался довольным таким поворотом событий, хлопая в ладоши от своей догадливости.
- Я так и знал, - сказал он, скорее самому себе. - Так и знал. Я видел, как ты смотришь на него, пару раз.
Он указывал на очевидное, но это только заставляло ее думать о том, как забраться в ближайшую канаву и умереть со стыда. Он не помогал, скорее наоборот, давал еще больше поводов для беспокойства. Сначала Гарри назвал ее "мамой", теперь Сириус знает об этом и чувствах, которые она испытывает к Джеймсу. День определенно выдался не лучшим, и она не знала, что делать.
- Прошу, Сириус. Не рассказывай об этом. Не рассказывай про Гарри или про мои чувства. Пожалуйста, пусть это останется в тайне.
Сириус думал, что она сошла с ума, смотря на Ренату в упор. Как так получилось, что она не видит в этом ничего хорошего? Вот она, красивая девушка, которая так заботится о Гарри, что он видит в ней свою маму. Более того, она настолько сблизилась с Джеймсом, начиная испытывать что-то, и если Сириус не ошибался, был почти на сто процентов уверен, что его друг разделяет эти чувства. Так почему она говорила об этом, как о чем-то неправильном, будто мир рухнет, если Джеймс узнает?
- Но почему? Почему ты считаешь, что это плохо-
- Это ненормально, - настояла она. - Меня наняли не для этого. Меня наняли , чтобы я была няней-
- И это превратилось в гораздо большее, это не плохо!
Она уже собиралась парировать тем, что с ее стороны было непрофессиональным, влюбляться в Джеймса. Однако, голоса затихли, как только они услышали, что Джеймс вернулся. Быстро, Рената посмотрела на Сириуса с мольбой во взгляде, убеждая его хранить молчание.
Джеймс вышел во двор, и был рад увидеть, что Сириус наконец собрался и покинул свою темную квартиру. Рената извинилась и ушла в дом, говоря о том, что ей нужно принять душ, оставляя мужчин с Гарри.
- Как дела? - спросил Джеймс, подходя к Сириусу. - Кажется, тебе лучше, я не ожидал, что ты появишься еще минимум пару дней.
Сириус пожал плечами.
- Не хотел сидеть в одиночестве. Решил навестить, посмотреть как вы. Есть ли продвижения с тем, чтобы Рената называла тебя по имени?
Джеймс не знал, но у Сириуса уже был ответ на этот вопрос, ему было любопытно, что удастся узнать от Джеймса.
- Не совсем, - проговорил Джеймс, устраиваясь в гамаке и посматривая в сторону Гарри, который окружил себя травой, вырванной ранее. - То есть, она обращалась ко мне по имени пару раз, но обычно, в силу обстоятельств, и потом снова переходит на "Мистер Поттер". Мне это очень не нравится, но не хочу, чтобы она чувствовала себя некомфортно. Но это сводит меня с ума, так, что я даже вижу сны об этом -
- Хочешь сказать, что тебе снится Рената?
Также как Рената нечаянно проболталась, Джеймс понял, что сделал ошибку, стараясь исправить это. Но знал, что было слишком поздно, ведь ничто не проходит мимо Сириуса, когда дело касается подобного. Хотя, он решил быть честным, зная, что нужно выговориться, и он точно не мог поговорить с Ренатой.
- Только один, прошлой ночью, - признался он. - И я все время думаю о нем.
- Продолжай, - сказал Сириус, наблюдая за тем, как Джеймс бросил взгляд на дверь, убеждаясь, что они одни. Очень быстро, опасаясь возвращения Ренаты, Джеймс начал рассказывать про свой сон. Он старался лишь вскользь упомянуть поцелуй, но Сириус не дал ему шанса.
- Так, во сне ты поцеловал ее или она тебя?
- Какая разница, Сириус?
- Большая! - воскликнул он.
С тяжелым вздохом, положив руки в карманы брюк, Джеймс посмотрел в сторону, будто провинившийся школьник.
- Я поцеловал.
- Но, что с твоим лицом, это казалось неправильным?
- Нет! - выпалил Джеймс, стараясь успокоить себя. - Нет, совсем нет. Настолько, что я целый день об этом думаю. Думаю о том, что хотел бы, чтобы это было реальным. Насколько это херово?
- И каким образом это херово, Сохатый?
- Из-за Лили -
Прежде чем Джеймс мог продолжить, Сириус поднял руки, призывая к молчанию.
- Джеймс, перед тем, как ты продолжишь, послушай меня, - начал он спокойным голосом. - Ты не можешь использовать Лили как оправдание своему страху. Я знаю тебя слишком хорошо. Послушай себя, рядом с тобой есть замечательная женщина, которая не только старается для тебя, но и для Гарри. Она уже давно появилась в вашей жизни. Она видела тебя в лучшем и худшем свете, и все еще здесь. Ты определенно находишь ее привлекательной, так?
- Так, - еле слышно отозвался Джеймс. - Но-
- Никаких "но", Джеймс, - продолжил Сириус. - Я знаю, что потеря Лили была ужасной, нас всем было тяжело, я даже не могу представить через что ты прошел, потому что сам испытывал дикую боль. Однако, если ты находишь счастье, собираешься просто упустить его? Некоторые люди теряют любимых, Джеймс и не могут найти никого, кто бы сделал их счастливыми, но кажется, что ты нашел такого человека.
- Я не могу заменить Лили -
- Ты этого и не делаешь. Ты не можешь заменить Лили, потому что Рената другой человек. Они совершенно разные люди. У тебя разный опыт с ними. Также, как ты можешь найти больше, чем одного друга, Джеймс, ты можешь любить не только одного человека. Лили была твоей первой любовью, она мать твоего ребенка. Она навсегда останется в твоем сердце, но это не значит, что твое сердце недостаточно большое, чтобы любить кого-то еще.
- Это не слишком рано?
- Только если ты сам так считаешь, - успокоил его Сириус, - никто не имеет права говорить тебе когда. Только ты. Так что, нет, ты не обязан сразу же бросаться с головой в чувства, но пожалуйста, не сдерживайся из-за чувства вины.
Джеймс несколько минут молчал, казалось, что он старается осмыслить все, что сказал Сириус, прежде чем кивнуть.
- Все в порядке? - спросил Сириус. - Хочешь погладить меня, чтобы почувствовать себя лучше?
- Это не заставит почувствовать меня лучше, Сириус, скорее наоборот!
Поднимая взгляд, Джеймс заметил, что Сириус уже обернулся в пса, щенячьими глазами уговаривая исполнить его просьбу. В ответ, Джеймс закатил глаза, посмеиваясь.
- Так уж и быть, поглажу тебя, иди сюда.