6 часть
Цепь скребла изнутри, звенья цеплялись за плоть, разрывая. Каждый толчок — новый виток агонии.
Я бьюсь, задыхаюсь, но его хватка только крепчает.
— Чувствуешь? — он дышит мне в ухо, голос хриплый от удовольствия. — Это твое место.
Кровь.
Она течет по бедрам, капает на пол.
Я больше не кричу.
Хёнджин:
Я уехал, оставив свое солнышко одно.
Помню, как он морщил носик во сне, когда я целовал его на прощание. "Вернусь скоро", — шептал я, зная, что это ложь.
Месяц.
Целый месяц он должен был ждать.
---
**Уведомления.**
Они всплывали на экране каждый день.
"Ты не попращался.."
"Скучаю..."
Я видел. Но не отвечал.
"Отпишу, когда все закончу. Тогда и извинюсь."
---
Неделя молчания.
Я наконец открыл чат.
"Был(а) неделю назад в 04:57"
Сердце упало.
"Солнышко, прости, что не отвечал... Я скоро приеду, потерпи еще месяцок, чуть-чуть осталось."
Ответа не было.
---
4 дня.
Тишина.
Еще 4.
Пустота.
Я позвонил Джисону.
— Привет, Феликс с тобой?
— Мм... нет. Он мне тоже не отвечает.
— Зайди, пожалуйста, проверь. Может, он дома...
— Хёнджин, я не в Сеуле.
Глухие гудки.
---
Банчан.
— Чан, Ты в Сеуле?
— Да, а что?
— Проверь квартиру.
---
**Стук в дверь.**
— Феликс? Ты там?
Тишина.
Дверь поддалась сразу.
Открыта.
Холодный воздух.
-Телефон на столе. Ключи. Куртка. Все на месте. Кроме него.
— Хёнджин... Его здесь нет. Дверь не была закрыта.
---
Тишина в трубке.
— Может, у родителей?..
— Но вещи здесь.
Паника.
Острая, режущая.
Где ты, солнышко?
__
Хёнджин сорвался с места, бросив все дела. Он метался по городу как одержимый – проверял их любимые места, опрашивал друзей, умолял полицию помочь. Но Феликс будто испарился, не оставив ни единой улики.
Родители Феликса поседели за эти месяцы. Их глаза, когда они смотрели на Хёнджина, кричали: "Ты оставил его одного".
И он ненавидел себя за это.
---
Четыре месяца кошмара.
Полиция разводила руками. Ни свидетелей, ни следов, ни тела.
—
Феликс:
Четыре месяца. Четыре долгих месяца ада, за которые я превратился в никем не узнаваемую тень. Меня никто не ищет. Или же просто не может найти. Вчера я совершил отчаянную попытку побега, и теперь горько жалею об этом, ведь снова оказался в этой ужасной Белой Комнате.
"За каждый побег полагается наказание, ты ведь знаешь?" - голос Ёнхо звучал спокойно, почти ласково.
"Да..." - мой ответ был едва слышным шёпотом.
"Отлично."
Металлический лязг нарушил гнетущую тишину. Ремни туго стянули мои запястья, одна нога оказалась прикованной к столу, а вторую... вторую он оставил свободной. Страх сдавил горло, когда я осознал, что это значит.
Ёнхо взял мою ступню в свои холодные, влажные ладони. "Нет..." - успел я прошептать, прежде чем он зафиксировал большой палец. Блестящие щипцы сомкнулись на ногте.
Хруст.
Невыносимая боль пронзила всё тело, когда ноготь оторвался вместе с кусочком плоти. "ААААРГХ!" - мои крики разрывали тишину комнаты, я бился в оковах, чувствуя, как тёплая кровь заливает ногу.
"Нужно продезинфицировать рану," - его голос звучал отстранённо, будто он говорил о погоде. Бутылка с перекисью наклонилась, и жидкость хлынула на открытую рану. Шипение, пена, новая волна нечеловеческой боли - я выл, задыхался, но это было только начало.
Жужжание тату-машинки заставило меня открыть глаза. "Это останется с тобой навсегда," - прошептал Ёнхо, прежде чем игла вонзилась в кровавую мякоть. Раз. Два. Десять. Я терял сознание от боли, но он приводил меня в чувство - ледяной водой, пощёчинами, чем угодно - только чтобы я прочувствовал каждый момент этого кошмара.
Когда он наконец отпустил мою изуродованную ногу, палец представлял собой кровавое месиво с чёрными кляксами чернил. "Попробуешь сбежать снова?"
Я не ответил. Потому что знал - в следующий раз будет ещё хуже. Намного хуже.
--
560 слов)
в моём тгк проды выходят раньше: зарисовки лисы. (@lisaserions)