Ёнвони

Чонгук стоит около кабинета инфекциониста и улыбается. На его лице расплывается лучезарная улыбка сумасшедшего. И прожив его жизнь, сложно не сойти с ума по-настоящему. Пережить столько и остаться в здравом уме - дорогого стоит. Может быть поэтому его жизнь изначально должна была быть столь короткой. Но тогда где счастье? Где собственно сама жизнь? Чонгук смотрит на экран, где высвечивается его имя и он заходит в кабинет врача, который запретит жить ему, как человек, который отнимет у него ужасную, но все же хоть какую-то, но жизнь, он отнимет, то чего вовсе и не было, возможно даже и не существовало для Чонгука вовсе, но он до конца хочет верить, что это была "жизнь".

- Чон Чонгук,- тут же спрашивает врач.
- Да,- отвечает парень и садится рядом с тем.
- Мне о тебе сказали, я ждал тебя,- неожиданно выдает врач и на его лице появляется улыбка. От этого Чонгуку становится не по себе, к горлу подкатывает ком, а воздуха резко начинает не хватать.
- Надо кровь сдать,- тот встает со стула, идет к процедурному уголку в его кабинете и берет все необходимое. Возвращается к Чону и берет у парня кровь.
- Пока будет делаться, поговорим про твое состояние,- говорит врач, опуская пробирку в специальную машину, и возвращается за свой стол.
- Жалобы?- тот хоть как-то пытается вывести парня на разговор, но Чон сидит, поник головой.
- Вы все знаете, зачем мне вам все снова зачитывать из свой карты?- отвечает вопросом на вопрос Чон.
- Чон Чонгук, нам в любом случае нужно определиться, что нам с вами делать,- спокойно отвечает врач. Парень тяжело вздыхает, у него и правда нет никакого выбора, сейчас, именно сейчас решается его дальнейшая судьба и жизнь.
- С вич,- он запинается и поправляет сам себя,- со спидом я регулярно прохожу обследования, постоянно пропиваю курсы лечения, пока что все нормально,- говорит Чон и поднимает голову, заранее ожидая дальнейшего расспроса по данному поводу.
- А с раком?- уточняет врач.
- Головокружения, головные боли, звон в ушах. При приступах плохая координация, перед глазами все плывет, обычно это заканчивается потерей сознания. Лечить рак я не собираюсь,- выкладывает Чон, то что уже заучил.
- Понятно,- протягивает врач, собираясь сказать что-то дальше, но раздается звон - результат крови Чона готов.
Врач молча встает, подходит к аппаратуре и берет только что напечатанную бумажку в руки.
- Чон Чонгук, у вас все очень плохо с кровью,- проговаривает тот и возвращается за стол.
- Знаю,- спокойно отвечает парень. Врач откладывает результат, поднимает голову и начинает смотреть ему прямо в глаза.
- Мне жаль такое говорить, но я вынужден написать в штаб с просьбой об отстранении вас от военной деятельности,- говорит врач и берет в руки бумаги.
Чонгук молча сидит и смотрит на того, кто на данный момент пишет о его недееспособности в связи с плохим состоянием здоровья. Врач дописывает документ, отрывается от монитора и смотрит на никакого парня.
- Чон Чонгук, мне правда жаль, но если у вас случится приступ во время операции, поймите вероятность умереть почти 100%, а я как врач, пусть и не ваш лечащий, хочу и должен защитить кого бы то ни было от смерти,- пытается подбодрить тот.
- К тому же сейчас, когда ваш вич перешел в крайнюю стадию, вам лучше, как можно больше проводить время с близкими,- заканчивает врач и кладет свою руку на руку Чонгука. Парень поднимает взгляд на человека, сидящего перед ним, и тут же появляется резкая головная боль с головокружением, звон в ушах, а перед глазами все снова начинает плыть. В проблесках светлого разума Чонгук понимает, что этот момент словно дежавю, словно это было, когда вот, вот совсем недавно.
- Чон Чонгук, вам плохо?- где-то в ушах раздается эхом и разливается по всей голове.
- Нормально,- тут же отвечает Чон, вскакивает со стула и шатаясь из стороны в сторону выбегает из кабинета. Врач бежит за парнем, пытается догнать его, но вскоре в большой толпе людей у неотложки теряет его из виду.

Чонгук еле как добирается до любимой лестницы и плюхается на первые ступеньки, в сею же секунду хватаясь за голову, в которой все трещит, гудит, сводит с ума. Перед глазами словно волны, бушующие в сильнейший шторм, а в ушах сирена, словно в мозг вставили что-то неисправно работающее, ужасно давящее, угнетающее, подавляющее. Чон, облокотившись на перилы, сидит весь скрюченный пополам, пытается отдышаться, хватая воздух ртом. Постепенно приступ проходит, его начинает немного отпускать и тело заметно слабеет от пережитого стресса. И Чонгук заметил, что это с каждым разом становится все хуже и хуже, удивительно, что сейчас он до сих пор находится в сознании. Головокружение проходит, картинка перед глазами медленно перестает плыть, а звон в ушах незаметно исчезает, но на сердце очень тяжело и больно. Чон трет рукой грудь, пытаясь унять раздирающую боль изнутри, но тщетно, эмоции, которые казалось бы не предшествуют ничему, начинают переполнять и лезть наружу. Парень встает с лестницы и, крепко держась за поручень, спускается вниз. Он выходит в центр первого этажа, где бурлит активная жизнь врачей и пациентов. Где все куда-то бегут и торопятся, где кто-то плачет горькими слезами, умирая на ходу, а кто-то плачет от радости, благодаря врача за спасение жизни. Где кто-то с невероятной улыбкой бежит в объятия к своим родным, а кого-то увозят накрытым белой тканью. Вот она жизнь, бежит, идет, бредет и ползет у каждого по-разному, но для всех она по своему драгоценна. Для кого-то прожитой минутой, для кого-то чем-то большим. Чонгук смотрит на летящую жизнь вокруг себя и понимает, что он сам тоже живет, живет прямо сейчас, продолжает жить прямо сейчас, и жизнь его пока не остановилась. Он смотрит на счастливых и беззаботных детей, спокойных и улыбчивых взрослых и слегка поникших, но продолжающих наслаждаться каждой секундой, пожилых. Он смотрит на того, от чьего вида сердце начинает непроизвольно биться быстрее. Он смотрит на парня в белом халате, который стоит на противоположном конце огромного холла больницы. На парня, который все так же неподвижно стоит. Резко Чона прошибает боль, словно сильным разрядом тока, и без того слабое тело парня, слабеет еще сильнее, сознание отключается и он валится на пол.

- Тэхен, я помню все. Я помню, как ты впервые посмотрел на меня с такими искорками интереса в глазах. Как ты помог мне отойти от преследующего меня кошмара. Как ты оказался рядом именно в тот момент, когда так нужен был. Я помню, как ты звал меня по имени, в надежде вернуть меня в состояние, как ты бежал ко мне несколько сонет метров и кажется даже не заметил, что это расстояние было таким. Как ты смотрел на меня с ужасным волнением в глазах. Я помню, как ты дрожал от страха, когда тебе угрожали смертью, но ты с доверием смотрел на меня и продолжал ждать. Как начал копать на меня информацию, цепляясь за каждую деталь, чтобы понять, что с мной. Как ты стал смотреть на меня, когда узнал чем я болен. Как ты преследовал меня везде, ли ж бы предотвратить неизбежное. Как ты вечно жалел меня одним лишь взглядом и умолял остаться. Как умолял не делать, то что могло бы навредить мне. Я помню, как ты ненавидел себя, когда мне пришлось подставиться под пули, ли ж бы защитить тебя. Как ты смотрел на меня, истекающего кровью и вновь теряющего сознание у тебя на глазах. Как ты сделал все, чтобы найти меня и спасти, когда я валялся без сознания около военного штаба. Как ты смотрел на меня, когда я пришел в себя и остался в здравом уме. Я помню твое каждое прикосновение. Каждое твое до дрожи пробирающее "Чонгук". Каждый шепот и мольбу. Каждый взгляд и твою невероятную улыбку. Каждое сияние твоих глаз и задумчивое лицо, поглощенное работой. Каждый восторг при виде меня рядом с собой живым. Каждого тебя. Всего тебя. Я помню, я помню все, я вспомнил все...

Чонгук открывает глаза и видит, как в палату, где он лежит, сбегаются врачи, он слышит, как назойливо пищит аппарат, стоящий рядом с ним, и чувствует, как все нестерпимо болит. В палату влетает парень в белом халате и тут же подбегает к Чону. Он смотрит на показатели и что-то кричит другим врачам, а сам тем временем берет шприц и вводит какой-то раствор. Перед глазами все потихоньку перестает плыть, и он видит его.

- Я помню, как ты меня любил, и знаю, как ты любишь.,
- Тэхен,- Чон смотрит на человека, которого забыл, и ужасно ненавидит за это себя. Он забыл человека, которого безумно любит, за которого жизнь отдал бы, и он его забыл... Парень вспоминает глаза Кима, когда тот понял, что Чон его не помнит, и сколько же боли и отчаянья в них было, но вместе с этим его глаза продолжали гореть любовью и счастьем, что Чонгук вернулся живым. Сколько эмоций его переполняли, как сильно он хотел подойти и обнять, но Чон стоял, смотря на того, как на сумасшедшего, и позже выдал «мы знакомы?». Чонгук ненавидит себя больше, чем свою гребанную жизнь, ненавидит то, как поступил с несчастным Тэхеном, заставив разбиться его мир, который и впрямь рухнул в ту же секунду. Становится боль, ужасно, невыносимо больно от всего этого. От безысходности, от поганой жизни, от ситуации, в которую парни попали с течением обстоятельств. В груди Чона появляется резка режущая боль, и аппарат начинает орать еще громче и быстрее. Ким оборачивается смотреть на показатели и его выражения лица тут же меняется. Тэхен тут же запрыгивает на парня и начинает делать ему массаж сердца.
- Чонгук,- кричит Ким, пытаясь его вернуть.
А Чон лежит полумертвый на койке и смотрит, как его любимый изо всех сил пытается спасти его.
- Тэхен,- шепчет Чонгук и с его щеки стекает последняя слеза.

- Я помню, как ты меня любил, и знаю, как ты любишь, и буду помнить вечно.