Ёнвони

- Чонгук, ну Гуки, ну пожалуйста, послушайся меня хоть раз,- Чимин стоит и распинается перед другом в надежде, что тот хоть на секунду задумается и внемлет его словам.
Однако тот ходит по палате, смотря во все углы, собирает вещи и кидает их на койку. Чон накидывает на себя черную кожаную куртку и поворачивается к другу.
- Чимина, я все давно решил. Я выписываюсь,- серьезно с непоколебимым выражением лица проговаривает тот и направляется к двери, берется за ручку и останавливается.
- Подожди меня здесь, пожалуйста,- обернувшись, просит Чон и уходит, закрыв за собой дверь.
Из палаты доносит тяжелый вздох смирившегося в очередной раз Чимина, который кажется даже и не сомневался в подобном исходе событий.
Чонгук уверено идет по коридору, уже до боли знакомому ему. Кажется эта больница скоро будет по атмосфере смахивать на больницу Юнги, которая воспринимается исключительно, как дом, куда можно ввалиться и больше никогда не проснуться, однако тут его достанут даже из могилы, даже если он этого не хочет, ему просто так не позволят спокойной умереть. Он ухмыляется тому, что наконец-то сможет покинуть это место, покинуть даже вполне здоровым, ведь Тэхен заштопал его всего, буквально сотворил его снова новым, снова живым, уйти из места принадлежащее ему, с кем взгляд его пересекается уже в миллионный раз, и каждый раз реакция на это будет одинаковой. То ли радость моментально приходит, как и сам Тэхен, внезапно, то ли тепло накрывает с ног до головы, при виде дорогого человека рядом, то ли чувство спокойствия и облегчения за то, что он жив и невредим, не сводит глаз и бежит со всех ног навстречу. Уже улыбается тому, что просто видит его, что может видеть его.

Тэхен подбегает к парню и останавливает за один шаг до него. Он молча смотрит на Чона и пытается отдышаться. Видимо мчался сюда, как только узнал, что тот его снова бросает. И Чонгук знал, что Ким прилетит сюда, как только, так сразу. Он продолжает стоять и улыбаться тому, казалось бы для Тэхена без причины, но вскоре сам начинает улыбаться в ответ, не замечая этого.
- Я выписываюсь,- начинает разговор Чонгук, не зная, что сказать еще.
- Знаю,- робко с явной печалью отвечает тот.
- Зачем? - резко выдает Ким.
- Чонгук,- начинает врач.
- Тэхен, мне нужно на работу,- перебивает его Чон.
- Чонгук, но..., - все пытается переубедить его Ким, но замолкает, когда видит этот взгляд парня.
- Я не могу остаться, пойми. Я должен уехать,- проговаривает Чон и тяжело вздыхает.
- Уехать? - врач удивленно смотрит на того.
Чонгук отводит глаза, не желая смотреть на Тэхена и тем более как-то оправдываться перед ним, заставив днями ранее пережить чуть ли не свою потерю. Он подходит к стеклянным перилам на этаже и облокачивается на них. Через несколько секунд он чувствую руку Кима на своем плече. И хотелось бы сказать, что на душе стало легче, ведь это на самом деле так, но стало только тяжелее, ведь своим отъездом, своим собственным незнанием, вернется ли он вообще, он обременяет не только себя, но и дорогих ему людей. Чон поворачивается лицом к Киму. Тот стоит и смотрит на него взглядом полным любви. Чонгук бы хотел застрелиться на месте, ли ж бы только не видеть на себе такой взгляд Тэхена, как сейчас. Больно видеть его таким, больно представлять, что будет с ним, больно делать каждый вдох, зная свое будущее и Тэхена теперь тоже, ведь он решил связать его с ним, а у Чона исход только один....

Чонгук подносит свою руку к его щеке, но не касается ее, держа руку на расстоянии 5 миллиметров от лица Тэхена, отстраняет ее, после сжимая в кулак. Он продолжает смотреть на парня, тонуть в его глазах, наслаждаться его присутствием и мыслью о том, что он всегда рядом.
- Тэхен, прости,- произносит Чон. Он говорит эти 2 слова с невероятной болью и тяжестью, с искренностью и глубоким сочувствием.
Ким берет его за руку и слегка улыбается. Чон не может не заметить, как трясутся его руки.
- Все же будет хорошо? - с волнением спрашивает Тэхен.
- Конечно,- улыбаясь, отвечает Чонгук. Улыбается, выдавливая из себя последние оставшиеся эмоции, чтобы Киму стало хоть немного спокойнее и легче.
- Мне пора,- грустно заканчивает Чон и отпускает руку врача.
Чонгук смотрит на Тэхена в последний раз, улыбается и, больше не обернувшись ни разу, уходит. Уходит с надеждой вернуться к нему снова, взять его за руку и сказать, как безумно любит.

- Чонгук, Чон, Гуки... Как мне тебя еще назвать, чтобы ты обернулся вновь?...

- Юнги, пф, ты че? - удивляется Чон и смеется в голос.
- Эй, тише ты, а то пол бара на тебя пялятся,- недовольно, как обычно закатив глаза, пробубнил Мин.
Парень толкает друга в плече и продолжает заливаться смехом, не в силах сдержать эмоции. Ему не столько смешно, сколько эмоции просто ключом бьют наружу и выливаются таким образом. Нормальный искренний смех переходит в жуткий истерический, который сдержать уже невозможно. Юнги смотрит на друга и в груди вновь начинает щемить. Невозможно видеть его таким. Таким умершим в душе, но все еще продолжающим пытаться жить «нормально».
- Чонгук,- тихо произносит врач.
- Я в норме,- тут же отзывается тот и его улыбка сходит на нет.
Парень берет стакан в руки и допивает алкоголь до конца. Подзывает бармена и просит налить еще.
- Ты правда не помнишь? - Чон поворачивает голову на Юнги и ухмылка снова возникает на его лице.
- Нет,- беспристрастно отвечает тот, продолжая сверлить взглядом друга.
- А я помню, как вчера,- он делает паузу, насмехаясь над вспомнившимся, - день когда мы познакомились.
Чонгуку приносят очередной стакан виски и он отпивает немого.
- День, когда ты послал меня дальше, чем видел,- Чонгук искренне улыбается, смотря на стакан, который крутить в руке, прокручивая тот момент в голове, как заевшую пластинку.
Юнги облокачивается на стол и смотрит на того. Смотрит на уже немного ожившего друга, который впервые за несколько лет улыбается и думает о чем-то кроме работы и проблем в жизни. Который спокойной сидит перед ним, наслаждаясь временем, выпивая любимый виски с близким ему человеком и смотря на него, начинает еще больше улыбаться, а то вовсе смеяться. Юнги смотрит на него такого уникального, обнаженного, такого совершенно другого, каким он не был даже, будучи подростком. Он смотрит на человека, пережившего сущий ад, человека, который поистине ценит время, каждую секунду жизни и сейчас ей наслаждается по полной катушке. Со щеки Мина стекает слеза. Он никогда не позволял никому видеть свои эмоции, кроме Чонгука, тем более слезы, даже Чон может поклясться, что ни разу не видел, чтобы тот проронил и слезинку. Но эта слеза, в отличии от всех слез его души, наплаканных, там где-то глубоко глубоко, слеза радости и счастья за дорогого ему Чонгука.
Чон опешив от случившегося с Мином, ужасно удивленно смотрит на него, чуть ли не дыша. Юнги смотрит тому в глаза и просто улыбается, а во взгляде читается все. Особенно слово «спасибо». Чонгук поняв его без слов, протягивает стакан и поднимает свой, предлагая тост. Мин охотно отвечает на предложение.
- За нас, за жизнь, за все,- поизносит Чонгук и они громко стукаются, выпивая все за раз.
- Спасибо за все, Юнги,- шепчет Чон, обнимая друга.

- Спасибо, что знаешь мое прошлое, веришь в мое будущее, и сейчас принимаешь меня таким, какой я есть.

- Чимина,- Чон вернулся пьяным после заседания с дьяволом спасителем и, не успев зайти в дом, тут же зовет своего ангела хранителя.
- Гуки,- радостно тянет тот.
- Черт, и как я хотел это услышать,- ухмыляется парень и обнимает подошедшего друга.
- Опять Юнги споил?- недовольно спрашивает Пак.
- Угу,- улыбаясь, отвечает Чонгук и Чимин не может сдержать своей улыбки, глядя на такого него.
Чон подхватывает Пака на руки и несет на диван, аккуратно укладывает и сам ложится рядом. Крепко обнимает того и, уткнувшись носом в шею, начинает посапывать. Чимин смеется выходке этого безобразника, устраивается поудобнее и сам не замечает, как тут же отключается.

Чонгук садится в военный самолет, вскоре объявляют о взлете и он достает фотографию. Это их совместная фотка: Чимина, Юнги и Чона. Не любить ее нельзя, на ней все счастливые, даже суровый Мин искренне улыбается. Чонгук улыбается своим друзьям последний раз и убирает фотографию в карман, надевая на себя военный бронежилет и шлем.
Во время полета спец команде рассказывают о плане действий, точном расположении и маршруте наступления и продвижения в эпицентр зоны полностью пораженной противником. После приземления каждый член команды тут же занял свои позиции и по приказу высшего начались боевые действия. Чонгук быстро продвигался к своей следующей точке, где нужно было обезвредить небольшую часть врагов, но неожиданно рядом с ним произошел взрыв. Звон в ушах, головокружение, полная дезориентировка и Чон падает. Ему не привыкать к такому состоянию, приступы болезни пролетают похоже и он начинает ползти по земле, волоча за собой оружие. Немного прийдя в себя, он неуверенно встает на ноги и медленно, но уверенно продолжает двигаться дальше. Раз, два, три.... Абсолютная тишина. Чонгук останавливается, присев за обломок военной техники.
- Затишье перед бурей? - Чон недовольно посмотрел на часы с навигацией, точка была совсем рядом.
Он выглянул и, не увидев никого, побежал вперед. Три, два, один... Чон на месте, он тут же сел на землю и пытается отдышаться.
- На месте,- произнес парень, поднеся руку ко рту.
Приказ был простой «иди дальше». Он осмотрел местность и все выглядело подозрительно. Да были редкие выстрелы, да где-то вдалеке мелькали люди, но все это, все не то! Где побои? Где стрельбище? Где, мать вашу, война, к которой нас так готовили?! Чонгук тяжело вздохнул и, подхватив оружие, стал продвигаться дальше. Резкий шум в наушнике заставил остановиться. Помехи. Слышно плохо. Чон поднес руку к уху, прижимая наушник сильнее, в надежде разобрать хоть слово.
- Сверху! - вдруг громко раздается в ухе и Чонгук поднимает голову к небу.
Парень стоит посреди почти пустой местности и смотрит на летящую сверху из ниоткуда бомбу. И последнее, о чем думает Чонгук это:
- Я попрощался с каждым.