41 глава.
*Дисклеймер: при прочтении рекомендуется прослушать произведения Три дня дождя «Отпускай», «Прощание», «Вдох». Не рассчитывайте на счастливый конец, ведь в этом сезоне его не будет.*
— Мам, я не пойду туда, — сказала я снова, — мне нечего там делать.
— Да ты с ума что-ли сошла? — опешила мама,— вы столько готовились, а в итоге ты говоришь, что не пойдёшь. Лёша, ты ей хоть скажи!
— Сень, это важное событие, — напомнил папа, — поэтому поднимайся.
— Боже, кто вообще это придумал, — промямлила я,— сейчас встану.
— Я бы уже давно была там, — сказала мама, — бал, это такое прекрасное событие! Все в красивых платьях, кавалеры зовут на танец. Господи, прямо как в девятнадцатом веке! Пушкинская эпоха. Как же я люблю её.
— Пушкин убит был на дуэли, аты считаешь это прекрасным, — фыркнула я
Родители покинули комнату. В глаза бросился рюкзак, в котором лежал пакетик порошка. Поднявшись с кровати, я переложила наркотик в свою сумочку. Если я приму его в школе, ничего сверхъестественного не случится. Лишь станет легче. Я не буду обращать на Кислова внимание, пропущу этот день мимо.
***
Школа. Все девушки в красивых платьях, а парни в деловых костюмах. Даже Ира сегодня очень красивая. Отношения с Аней её очень изменили. Она стала нежной, поменяла стиль одежды. Никогда не думала, что отношения могут поменять человека в обратную сторону. Я тоже изменилась. Но в другую сторону.
Я зашла в туалет, закрывшись в кабинке. Никого нет. Вот и славно. Осторожно сделав «дорожку» из белого яда, я скрутила купюру ста рублей в трубочку и осторожно вдохнула порошок. По началу было неприятное чувство в носу, но после отпустило. Господи, что я делаю? Глаза уже красные.
Оставшееся я убрала обратно в сумочку и вышла из туалета. Фух. Надеюсь, что не сильно заметно.
— Ксюшка! Привет, — окликнула меня Рита, — что с тобой?
— Всё нормально, — улыбнулась я
— Ты же врёшь, — сказала блондинка, — ты плакала?
— Ваня изменил мне, — сухо ответила я, стараясь сдержать слёзы
— Тихо, не плачь, — проговорила Рита, усаживая меня на скамейку, — ты говорила с ним?
— Нет, — кратко ответила я и из глаз покатились слёзы
Подруга нежно обняла меня, поглаживая по спине. Проходящие подростки косо смотрели на меня, иногда даже перешёптывались. Я не хочу говорить с Кисловым, не хочу видеть его, хоть и до сих пор люблю. Он нанёс травму, а я всё ещё люблю.
Наркотик начал действовать. Я чувствовала облегчение, будто бы прямо сейчас взлечу. Зрачки были расширенные, а глаза до сих пор красные. Я же усну сейчас.
Начался танец. Я не могла даже передвигать ногами, лишь как-то вяло шаталась. Ваня смотрел на меня не осмеливаясь что-то спросить.
— Всё нормально? — наконец спросил он
Я лишь пьяно улыбнулась, закрыв глаза. Я теряюсь. Мне плохо. Голова кружится. На пол капнула кровь. Снова чувство облегчения, но теперь я полностью теряю сознание. Крики людей уже не были громкими, я последний раз открыла глаза. Растерянный и испуганный взгляд Кислова. Он сидел возле меня на коленях и пытался привести в чувства.
— Ты урод, — вяло, но с улыбкой проговорила я, — но... Я люблю тебя.
— Ксю, очнись! — кричал Ваня, тремя меня за плечи
Пульс становится медленнее. Всё чёрное. Мама. Я слышу истерический плач своей матери. Мне легко. Очень легко. Я люблю тебя Ваня, но теперь ты останешься для меня предателем.
Навсегда.