Судьба за стенами

Эйверли сидела на кровати в своей комнате, вцепившись в простыню. Белые стены давили на неё, свет ламп казался слишком ярким, а в голове крутились сотни мыслей.

Дверь резко открылась, и в комнату вошел Дженсон.
— Доброе утро, — сказал он с улыбкой. Эйверли молчала, не сводя с него напряженного взгляда.
— Как ты себя чувствуешь? — продолжил он.
— Где я? — её голос был твердым. Дженсон тяжело вздохнул, будто ожидал этого вопроса.
— Я уже говорил Эйверли, ты в безопасности.
— А мои друзья? Я не могу быть уверена, что они в безопасности. — она сжала кулаки.
— Скоро ты встретишься со своими друзьями, не волнуйся. А теперь пройди со мной в один кабинет, я хочу тебе кое-что показать.
Эйверли не доверяла ему, но у неё не было выбора. Она чувствовала, что она должна была увидеть то, что он так хотел ей показать.

Дженсон шагал впереди, а Эйверли молча следовала за ним по длинному белому коридору. Вокруг не было окон, только ровные, стерильные стены. Свет ламп бил в глаза, а от тишины закладывало в уши.
— Долго еще? — наконец спросила она.
— Уже пришли, — они остановились перед дверью с маленьким стеклянным окошком. Дженсон нажал на кнопку и дверь плавно скользнула в сторону. Внутри было еще одно помещение — такое же белоснежное, только за толстым стеклом находился человек.

Парень сидел на кушетке, его тело было худым, почти изможденным. Вены на руках вздулись, а под глазами залегли темные круги. Он раскачивался взад-вперед, тихо бормоча что-то под нос.
— Кто это? — спросила Эйверли, прищурившись.
— Был одним из нас, — спокойно ответил Дженсон. Эйверли перевела взгляд на парня. Его губы шевелились, но разобрать слова было сложно. Вдруг она почувствовала холод в груди.
— Он болен?
— Он заражен, — ответил Дженсон. — Это все Вспышка. — Эйверли почувствовала, как её сердце ускорило ритм.
— Но мы можем его вылечить, — продолжил он. — И я хочу, чтобы ты это увидела.

Эйверли перевела взгляд на людей в лабораторных халатах, которые вошли в помещение с парнем. У одного из них в руке был шприц с прозрачной жидкостью. Парень заметил их и тут же начал дергаться.
— Нет, нет, нет...не надо.. уберите это от меня! — он закричал, его руки забили по кушетке, но его тут же схватили санитары.
— Он не хочет....— тихо сказала Эйверли, но Дженсон лишь покачал головой.
— Они никогда не хотят. — один из санитаров ввел лекарство парню в шею. Тело парня напряглось, а затем он начал оседать. Его глаза закатились, дыхание стало медленным.
Эйверли не сводила взгляда с парня, который теперь неподвижно лежал на кушетке. Дженсон наблюдал за её реакцией, скрестив руки на груди.

— Видишь? — произнес он спокойным голосом. — Мы спасаем их.
Эйверли не отвечала. Она смотрела, как врачи что-то записывали в планшеты, а затем вывели тело парня из комнаты.
— Он поправится? — наконец спросила она. Дженсон кивнул: — Конечно. Мы нашли способ сдерживать болезнь. Без нас он бы уже потерял себя окончательно. — Эйверли сжала губы. Все выглядело слишком странно. Почему этот парень так сопротивлялся? Почему он был напуган?
— Зачем ты мне это показываешь? — спросила она, глядя прямо на него. Дженсон улыбнулся, но в его глазах не было тепла. — Потому что ты важна, Эйверли. Ты не такая, как все.
— Что ты имеешь ввиду? — Дженсон посмотрел на остальных, а затем снова на неё.
— Мы продолжим этот разговор позже. А теперь тебя стоит выпроводить до твоей комнаты. — он сделал знак охраннику, и тот шагнул ближе, показывая, что Эйверли должна идти за ним.
— Я могу сама найти дорогу, — резко сказала она. Дженсон усмехнулся: — Я не сомневаюсь. — Но в его голосе звучала нотка насмешки, от чего внутри Эйверли все закипело. Она развернулась и вышла из комнаты, чувствуя на себе пристальный взгляд Дженсона.

Она шла по длинному коридору в общую комнату. Здесь обычно собирались остальные подростки, ей об этом как-то    Лина упоминала.
    Как только она переступила порог, разговоры мгновенно стихли, а десятки глаз устремились на неё. В воздухе повисла напряженность, словно все ждали, что она скажет или сделает.
  Эйверли невольно почувствовала себя чужой среди этих людей, но постаралась не выдать своего беспокойства. Она лишь окинула комнату беглым взглядом: кто-то сидел на диванах, лениво перекидываясь словами, другие что-то рисовали на бумаге, третьи с интересом наблюдали за происходящем. Через мгновение к ней подошли двое знакомых лиц — Арис и Лина.

— Ты как? — спросила Лина. Эйверли чуть замялась, думая рассказывать им то, что показал Дженсон ей или нет. — Эйверли? — снова спросила Лина с украдкой смотря на неё.
— Аа..да, да.
— Мы собирались сыграть в карточную игру, — улыбнулась Лина, кивнув в сторону стола. — Хочешь присоединиться? — Эйверли на секунду задумалась, но затем кивнула. — Почему бы и нет, — ответила она, стараясь говорить непринужденно.
— Отлично, — Арис жестом пригласил её за стол.

Они сели рядом, игра началась. Вроде бы обычное развлечение, но Эйверли чувствовала, что многие все еще поглядывают на неё с любопытством. Будто она была для них загадкой.
— Ты точно в порядке? — шепотом спросил сидевший неподалеку Арис. Эйверли лишь кивнула.
   Игра шла уже минут десять, когда к их столу подошел высокий парень с темными волосами и уверенностью, читающейся в каждом его движении. Он без лишних слов сел рядом с Эйверли, опираясь локтем о край стола, и посмотрел на неё с легкой улыбкой.
— Не против, если я присоединюсь? — спросил он, не отводя взгляда. Эйверли заметила, как Лина закатила глаза, а Арис едва заметно ухмыльнулся.
— Садись, — пожала плечами Эйверли, возвращаясь к картам. Парень взял несколько карт, мельком посмотрел на них, но больше внимания уделял не игре, а ей.
— Меня, кстати, зовут Кай, — представился он, чуть склонив голову. — А ты, кажется, Эйверли?
Эйверли кивнула, не поднимая глаз.
— Ага.
— Слышал, что ты была в лабиринте, — продолжил он. — в том жутком месте. Должно быть, у тебя потрясающая выносливость. — парень откровенно её разглядывал, словно пытаясь разгадать тайну.
— Должно быть? — повторила Эйверли, вскинув бровь. Кай усмехнулся, наклоняясь ближе.
— Ну, я еще не проверял. — произнес он.
Лина громко вздохнула:
— Кай, может, хотя бы раз ты перестанешь играть в свои игры?
— Я просто интересуюсь, — безобидно пожал плечами он, но не отвел взгляда от Эйверли. — Не каждый день встречаешь такую девушку.

Эйверли почувствовала, как её охватывает легкое раздражение. Внимание Кая было слишком навязчивым, и в его взгляде читалось что-то большее, чем просто интерес. Она поставила карту на стол, намеренно отводя взгляд.
— Я не думаю, что тут есть, что проверять, — спокойно сказала она. Арис тихо усмехнулся, наблюдая за их разговором, а Лина откровенно скучала, словно зная, чем все это закончится.
— Да ладно тебе, неужели ты против нового знакомства? — продолжил Кай, слегка наклоняясь вперед, будто стараясь поймать её взгляд.
  Эйверли вздохнула и наконец посмотрела на него.
— Я не против знакомств. Я против фальшивого интереса.
Кай удивленно приподнял брови, но быстро взял себя в руки, снова улыбнувшись.
— Ого, ты настоящая загадка, да? Мне нравится.
Лина громко хлопнула картами по столу:
— Все, с меня хватит! Кай, оставь её в покое.
— Расслабься, Лина. Я просто...
— Просто ведешь себя, как обычно, — перебил его Арис, скрестив руки на груди. Кай лишь усмехнулся, но наконец-то откинулся на спинку стула, давая Эйверли передышку.