Часть двадцать четвёртая
— Я хочу увидеть сына и забрать его к нам. — серьёзно заявляет он.
— Н.. — хочет ответить Чеён, но громкий трезвон Пакового телефона перебивает её раньше, чем она успевает что-то сказать.
Чимин хмурится смотря на экран и поднимает трубку.
— Господин Пак! — слышится хриплый голос Бомгю и крики на фоне.
— Что?! — гаркает Пак.
— Склад горит!
Блядство...
— Звони Чону! Я уже выезжаю!
Бросает телефон на кровать и резко подрывается на ноги. Быстро одевает на себя штаны и идёт в гардероб.
Чеён проследив за мужем удивлённым взглядом и сама поднимается с кровати, следуя за ним в гардеробную. Застает она Пака, за одеванием его черной футболки.
— Что случилось? — тихо спрашивает Чеён.
— Ничего серьёзного.
— Ничего серьёзного в четыре часа ночи?!
— Тебе не стоит волноваться. — подходит и нежно прикасается губами к теплому лбу жены. — Я всё улажу и скоро вернусь. — хватает, ранее брошенный, пиджак с пола и уходит, хлопая дверями.
Чеён так и стоит на пороге гардероба и облегченно выдыхает, когда слышит громкий рев машины снизу и свечение фар.
Она избежала этого разговора, хотя бы на пару часов..
***
Чимин яростно выворачивает руль в сторону, заезжая в поворот. Выбегает из машины, громко хлопая дверцей.
Блядь..
Черный дым вздымался в небо, а обугленные остатки, которые валялись под его ногами, сложно было назвать складом.
Всё сгорело. Дотла.
И Чимин сжимает челюсть до хруста, взглядом находя Бомгю, которому уже некуда деваться.
— Безответственный уебок! — зверски рычит он, хватая парня за воротник куртки. — Что, ты делал, что не заметил посторонних на территории?! — со всей дури припечатывает того головой об машину, слыша, как с его уст вырывается болезненный, но тихий стон.
— Господин Пак.. — тихо хрипит парень, еле шевеля губами.
— Безмозглый имбецил! — ещё раз ударяет его голову об стекло и ещё раз, пока щуплый паренек не выдерживая, яростной силы Пака обмякает в его руках.
Пак брезгливо откидывает тело в сторону и поворачивается к остальным, что так и замерли на месте, не смея пошевельнуться.
— Отчёт об убытках, видеозаписи с камер и всё остальное, должно быть у меня на руках за пятнадцать минут! Время пошло!
***
По дороге Чонгук успел обматерить и проклясть этот гребаный день, тысячу раз. Он не хотел оставлять Лису одну и тем более в таком-то состоянии. Сердце разрывалось в клочья при виде того, как она не спокойно спит.
Приставил к ней Соён и пусть подохнет от бессонницы, но будет следить за Лисой, пока он не вернётся, а судя по тому, что он сейчас видит - это будет совсем не скоро.
Куски стен бывшего склада, валялись прямо под ногами, как только подходил ко входу. Пожар уже потушили, но высокая стена темного дыма осталась и безжалостно душила легкие. Чонгуку с трудом удалось найти Чимина, что зарывшись в волосы склонился над каким-то документом.
— Как ты думаешь, кто бы это мог быть? — спрашивает Пак, не отрывая взгляда от бумаги.
— Что говорят камеры наблюдения?
— Систему хакнули. Сигнала нигде не было.
— Намджуну звонил?
— Звонил. — устало вздыхает Чимин, потирая переносицу. — Делает всё возможное и невозможное. — усмехнулся он, откладывая один документ и беря уже другой.
Чонгук берет в руки первый и когда видит первые цифры, яростно сжимает клочок бумаги.
— Веселая хуйня, правда Чон? — скалиться Пак, бросая все документы на землю. И с насмешкой смотрит на него, пока Чонгук пытается перебороть желание пристрелить кого-то.
***
Начало светать.
А Чонгук и Чимин глушили уже десятую чашку крепкого кофе.
— Блядь.. — устало выдыхает Пак, откидываясь на спинку кресла. — Я не знаю, что мы будем говорить итальянцам! За три дня Джин точно не успеет.
— А как же твои связи на границе?
— Такое количество..даже мои связи не помогут перевезти. Тем более они усилили контроль и сделали зачистку персонала.
— Сколько твоих осталось?
— Двое, а это пиздец, как мало.
— А председатель Минатозаки? Это его же дочка у тебя работает?
— Сана? — ухмыльнулся Чимин.
— Ну, вот! — довольно протянул Чонгук, наблюдая за реакцией друга. — Присунешь ей разок-второй и считай всё в ажуре!
Сана - единственная дочь председателя Минатозаки, который на данный момент является самым богатым бизнесменом Японии.
Ей позволено всё. Абсолютно всё.
И её отец даже не раздумывал, когда посылал свою дочь работать в чужую страну. Ибо она так захотела.
Та ещё хитрая сука. Глазки построила, умело наплела папе о каком-то там «опыте».
И готово!
Работа секретарши не была работой её мечты, намного больше её беспокоил Пак Чимин. И что бы подобраться к нему поближе и не вызвать подозрений у журналистов, которые уже раз пытались рассекретить их связь, она не придумала ничего лучшего, чем устроиться к нему секретаршей.
Впервые девушка увидела Пака, на благотворительным вечере в дома отца. Он тогда ещё был со своей женой. Такая стерва, что Сана сразу её не возлюбила, как только глянула на неё. И в тот же вечер, пока женушка Пака мило болтала с её отцом, Сана содрогалась от конвульсиий оргазма в кабинке туалета, когда Чимин жестко пригвоздил её к холодной стене.
Ох..она до сих пор помнит то чувство. Необузданная, неконтролируемая страсть. Чимин был настоящим ненасытным животным.
Тогда Сана и решила действовать. Она думала, что постепенно вытеснит Пак Чеён, но шел уже четвёртый год, а сука всё равно оставалась рядом с Чимином.
А что сам, Пак? А Пак лишь трахал её когда уж очень приспичило или же когда просто хотел развлечься...
Но Сана не жаловалась. Нисколечко! Она всё ещё жила мечтой и болшой надеждой на общее будущее с Пак Чимином.
Пак потянулся за телефоном, но Чонгук его остановил:
— Давай потом, а то я блевану, как только услышу ваш разговор. — скривил лицо он.
Чимин громко засмеялся, а Чон лишь слабо ухмыльнулся. Силы были на исходе, а мысли лишь там с Лисой в теплой кроватке. Так чертовски хотелось сорваться и поехать домой, затащить её в свои крепкие объятия и зарыться носом в её волосы.
Чон так хотел спокойствия. Хотелось не думать о том, что партия наркоты, которую они с Чимом должны были переслать итальянцам, сгорела. Хотелось не думать о пропаже Гон Ю и вместе с ним пары важных документов, и флешки с компроматом на всех Чонов.
Как же он заебался..
Чимин отвернулся от Чонгука и посмотрел на небо, что переливалось кроваво-красными цветами в более спокойные, желтые. Это было так похоже на Чеён. В один момент она могла быть строптивой, позволять себе дерзить и унижать его, а в другой могла быть тихой и покладистой, дрожать от одного его крика или взгляда. В ней смешивалось несколько личностей одновременно. И Чимин до безумия любил её такую. Как только она рядом, его пленяют самые противоречивые чувства и желания. С одной стороны хочется приласкать и нежно обнять, с другой - содрать с неё одежду и отрахать так жёстко, чтобы забыла, как ходить. А с третей хотелось причинить столько боль, сколько ему каждый раз , причиняет она сама.
Чимин завидовал Чонгуку.
Лиса хоть и ненавидела его, но жалела. Пак всегда видела это в её глазах. А Чеён...она люто проклинала и презирала его.
А Чимин хотел, чтобы его просто пожалели, попытались понять. Не воспринимали, как чудовище. Не хотел, чтобы видели в нем только монстра с деньгами. Нет. Ему так хотелось ласки. Хоть иногда..
Кто-то ворвался в кабинет без стука, буквально вырывая двери с петель.
— Господин Ч-чон.. — задыхаясь, произнес Субин.
— Что случилось?! — рыкнул он.
— Гон Ю.. его..нашли..
— Ну?
— Его нашли около нашего офиса. Мертвым.